Теперь о проблеме. Оставалась свинья. У неё было имя, данное много лет назад – Евдокия. От одной мысли, что ему придется резать Евдокию, у Якова опускались руки. Сидит, думает: ну это же свинья, сало, грудинка, корейка... Это же – свинья. Возьмет нож, выйдет на улицу, присмотрится: ан-нет, показалось... Евдокия. Это как на улицу выйти и почтальоншу Оксану заколоть. Так-то всё сходится: вес, профиль, манера разговаривать и тоже в Минск не собирается. И визгу будет столько же. И тогда зять сказал – сам заколю! Но Яков с Евдокией прожили много счастливых лет. Да тут еще пенсионная реформа. Её тонкости внесли в смысл сожительства элемент состязательности. Заканчиваем абзац: вот это и была проблема.

Зять постепенно переходил на мат. Его речь запестрила метафорами. Каждая из них угрожала автору пятнадцатью сутками административного ареста. Иногда в одном спиче их набегало на пожизненное. Вскоре в его речи даже предлоги стали окрашиваться в яркие тона. Обход соседей результата не принес. Дело в том, что никто не помнил эту свинью Дуняшей. Даже полный георгиевский кавалер Семен, тогда еще Сёма, впервые увидел Евдокию сразу Евдокией. Неизвестно насчет кровати, но что эту свинью Чингисхан видел своими глазами - это было точно. Как свиноматка Евдокия соседями не рассматривалась. Было заметно, что секс в списке её желаний на последнем месте. Исчезла игривость во взгляде. Перестала занимать выигрышные позы. А насчет мяса вообще все плохо. Мясо в возрасте Евдокии имело характеристики каучука позднего созревания. Её окорок можно было пережевывать всей деревней неделю. Передавая куски изо рта в рот, предварительно вынимая из них свои протезы. Единственная радость – жрала Евдокия как бодибилдер, ведрами. Но это радость так себе.

Вскоре на мат перешла дочь. В отличие от зятя она не стеснялась, в метафоры очевидное не облекала. Она русский язык знала лучше зятя, учительница всё-таки. От её доводов с треском сворачивались в рулоны обои на стенах. Выговорившись, она решила так: утром приедем – свиньи чтоб не было! Утром приехали – действительно, свиньи нет. Правда, и Якова тоже нет.

Первой мыслью было: наконец-то свихнулся папа окончательно. Затосковал и пошел босый в ясные поляны аки граф Толстой, книги сочинять со свиньей на веревке. Но ближе к вечеру к дому подъехал грузовик и семь мужиков, дико крича, спустили с кузова по доскам Евдокию. Евдокия щурила слезливые красные глаза, дрожала альбиносовыми ресницами и, вытянув губы как для поцелуя, визжала. Разгрузкой командовал Яков. На вопрос зятя, где был, ответил, подтверждая первую мысль: в таможне.

Ему кто-то в деревне сказал, что свиньи служат на таможне. У них, оказывается, не только запах, но и нюх поразительный. Наркоту чуют лучше спаниелей. За что получают премии и звания, но только до майора. Появление Якова в аэропорту с Евдокией произвело на таможенников неизгладимое впечатление. Из окон таможни было хорошо видно, как какой-то дед катит за веревку к зданию какую-то приблуду, очень похожую на устройство, сброшенное на Хиросиму. Подняли караул в ружье, но вскоре выяснилось, что это мирный атом. Хозяин свиньи предложил взять Евдокию на службу безвозмездно, но с единственным условием. В связи с очевидной для всех выслугой - сразу в майоры. Таможенники проявили себя неустойчиво. Один сказал, что такая сотрудница найдет наркоту и сожрет вместе с чемоданом. Другой, вытирая пальцами слюни с губ, сказал:

- Ну, оставляй на стажировку.

Незрело себя повели, в общем. Дочь тоже хотела что-то сказать, но зять её рот руками перехватил и долго держал в руках трепещущее тело. А Яков сообщил следующее. Пока ехал обратно с Евдокией, мысль пришла в голову. В Минск он со свиньей поедет.

- В Беларусь со своей свининой?! – завизжал зять. – Это же как в Таиланд со своими пидарасами!..

Он еще хотел что-то добавить, но дочь вцепилась в мужа и запечатала его рот руками. Зять долго бился в её мощных учительских руках, суча ногами. Иногда сквозь её пальцы вылетало что-то напоминающее библейские мотивы. Что-то про Ноя, который насадил виноградник, кажется. Потом затих.

Соседям после сообщили: поездку Евдокия перенесла удовлетворительно. Аппетит присутствует. Стул нормальный. Ностальгирует.

Автор: Вячеслав Денисов.

Домой они вернулись довольные, насквозь пропитанные солнцем.
Девочка уселась перебирать ягоды. Самые крупные и спелые складывала отдельно.
— Это на варенье, — показала она. — Зимой откроем — и снова летом запахнет.
Она немного помолчала.
Потом вздохнув, сказала:
— Надо было сразу направо...
Собака подняла голову. Посмотрела на девочку. Потом кивнула на отобранную землянику.
— Из целого ведёрка ты выбираешь самое лучшее?
— Конечно.
Собака немного помолчала.
— А из целого дня?

Девочка задумалась, посмотрела в окно на сгущающийся вечер. Потом улыбнулась.
— А помнишь, как ты перепутала бабочку с цветком?
— Не было такого! — фыркнула собака. — Зато я помню, как искала твоё ведёрко в траве!
— Ну, оно просто очень хорошо спряталось, — прищурилась девочка.
Потом добавила:
— А ещё помнишь облако? Похожее на взбитые сливки?
Собака согласно дёрнула ушами.
— Ты тогда ещё облизнулась и сказала, что пора подкрепиться.
— Оно было очень аппетитным, — подтвердила собака.
Девочка засмеялась. Взяла ещё горсть спелых ягод. Насыпала к остальным.
— Вот теперь точно всё положили.
Собака втянула носом воздух.
— Ага... Собрали лето.

Ариша Леар

— Бедолага, — вздыхали соседки, глядя, как она тащит сумку с обоями, — был бы мужик, помог…

А Варенька пошила новые занавески, выкинула старый шкаф, вместе со всеми строгими платьями, которые полагалось носить приличной женщине и купила белого цвета шифоньер с огромным зеркалом, перед которым крутилась, выкраивая себе лёгкие платьишки из прозрачного шифона. Иногда, перед сном, она всхлипывала в подушку, тогда приходил Васька, тихонько кусал за кончик уха, напоминая, что мужчина у неё в доме всё-таки есть, и мурчал пол ночи, попеременно закидывая на неё то лапы, то хвост, периодически отбирая подушку и сбрасывая одеяло на пол.

Подруги с завидным упорством сватали холостых друзей, она, смеясь отказывалась и ходила одна на выставки, на которые раньше не хватало времени. А потом и вовсе записалась на курсы по искусствоведению при музее и теперь рассказывала Ваське про Рембрандта, Микеланджело, Дюрера, хвалясь кособокими зарисовочками в толстом блокноте.

Так прошло лето, потом зима, а в марте Васька пропал. Она вытребовала у дворника ключи от ближайших подвалов, осмотрела чердаки, заглянула под каждый куст во дворе, но кота нигде не было. Развесила объявления на столбах, и сорвала голос.

А через два дня ей позвонил мужчина с требованием забрать пушистого бандита из его дома.

Да, Васька влюбился! Такое бывает, что Амур пролетая над крышами домов пускает стрелы не только в сердца людей. Белоснежная красотка, покорила черномордого Ромео на столько, что тот едва узрев её на балконе соседнего дома, сиганул из форточки, и призрев все законы тяготения, взлетел к любимой на третий этаж. Впрочем, возможно, ему в этом помогла рябина, чьи ветви так удачно склонились прямо над нужным окном. Но, это уже не так важно, верно?

Василий наотрез отказался покидать даму сердца, требуя от её хозяина немедленной капитуляции и разрешения на совместное проживание, угрожая громким шипением и острыми когтями.

Конечно, Варенька прибежала за любимцем, долго извинялась за его поведение и воспитание, и всхлипывая, признавалась, что не понимает, что происходит, ведь Василий всегда был очень воспитанным котом, и до этого момента, ничего подобного себе не позволял!

Мужчина, конечно, побурчал про отражение характера хозяев на питомцах, но глядя на растерянное лицо Вареньки, на трясущиеся от волнения руки, на расстёгнутые, обутые на босу ногу сапожки, сжалился и пригласил войти, выпить чаю и обсудить план действий.

Чайник давно остыл, а они всё говорили и говорили. Вареньку как прорвало, неожиданно она рассказала этому странному, суровому человеку всю свою жизнь, и как росла и как была счастлива выйдя за муж за свою школьную любовь, и как он ушёл к другой. Конечно, она понимает, мужчину пирогами не удержишь, и как не старайся соответствовать, найдётся и получше, а Варенька никогда не была красавицей… Потом долго извинялась, за кота, за себя, за его потраченное на них время. Схватила кота в охапку и убежала, в хозяйских тапочках домой, забыв про сапожки.

А на следующий день, загрустившая без Василия Маркиза, вместе с хозяином, уже звонили в дверь Вареньки, принеся с собой тортик и забытые сапоги.

Он ведь тоже один. Жена не выдержала и сбежала пока он был в очередном рейсе. Так и написала, что любит, но не готова ждать, пока его отпустит к ней море. Так пусть же хоть котейки найдут своё счастье, ведь Варечка не против? И снова разговоры под хитрый прищур кошачьих глаз.

А дальше… что дальше… он любит всё что она готовит, и в доме всегда вкусно пахнет, и не обязательно быть красавицей, чтоб быть для кого-то самой лучшей в мире.

А у него снова рейс, и полгода в море. Но теперь он уверен ‒ его ждут и дождутся. Ведь что такое полгода, для тех, у кого впереди вся жизнь…

Автор: Вера Шахова