Тут надо сказать, что особого практического эффекта от приостановки СОУП не будет. Очевидно, что Россия не остановит производство МОКС-топлива, поскольку уже построен не только завод по его производству, но построены и продолжают строится высокоэффективные реакторы серии БН, специально для такого топлива предназначенные. Собственно, в пояснительной записке к проекту закона так прямо и сказано: «…плутоний, подпадающий под действие Соглашения, остается вне ядерной оружейной деятельности, что свидетельствует о приверженности России курсу на ограничение ядерных вооружений».

Да и для дела ядерного разоружения предполагаемые соглашением к утилизации 34 тонны плутония не могут иметь большого значения на фоне общих его запасов – около 105 тонн в США и около 150 тонн в России. Достаточно сказать, что из одной тонны плутония может быть изготовлено до двух сотен ядерных боеприпасов, поэтому и оставшегося сырья вполне хватит для гарантированного уничтожения нашей планеты. Единственный практический результат – американских инспекторов перестанут уведомлять о движении плутония и не допустят к проверкам.

И тем не менее это чрезвычайно важный сигнал, учитывая, что сказано, кому и когда. Ведь вполне можно было бы вступить с США в очередные бесконечные переговоры об исполнении СОУП, доказывать их неправоту, добиваться исполнения или искать иные компромиссы. И именно так Россия до сих пор поступала, скажем, в решении ядерной проблемы Ирана или в многосерийном процессе достижения договорённостей по Сирии.

Но нет, риторика указа и законопроекта звучит совсем иначе. «В связи с возникновением угрозы стратегической стабильности в результате недружественных действий Соединенных Штатов Америки в отношении Российской Федерации», «США предпринимают меры по расшатыванию экономики Российской Федерации и нарушению прав российских граждан», «предпринятые США действия привели к коренному изменению обстоятельств, существовавших при заключении Соглашения…», «исходя из необходимости принятия безотлагательных мер по защите безопасности».

До сих пор нормальной для России практикой было вести переговоры на одну тему без увязки с другой. Если переговоры по Сирии - значит, говорим только о Сирии. Если о разоружении, торговле или ядерной программе Ирана – значит, обсуждаем именно разоружение, торговлю или ядерную программу Ирана. На этом фоне условия возобновления действия СОУП, прописанные в теле законопроекта, можно считать беспрецедентными.

Собственно проблема утилизация плутония в его тексте занимает самое последнее место. Зато широкими мазками представлены и отвод войск НАТО от российских границ, и отказ от недружественной политики с отменой всех возможных санкций, которые США напринимали за последние годы, и обязательная компенсация ущерба за эти санкции (разорванная в клочья экономика – помните?). Вишенкой на торте можно считать требование компенсаций за ответные российские контрсанкции – ну а что вы думали, ведь шило, которое воткнули в бок европейцам, тоже денег стоит.

Условия возобновления СОУП в законопроекте сформулированы так, чтобы ни один президент США не имел возможности их принять, а это значит, что СОУП в обозримой перспективе похоронен. А что же с другими договорами? Если отношения с США уже испорчены хуже некуда, стоит ли останавливаться на достигнутом? Почему, например, по той же причине «недружественных действий Соединенных Штатов Америки в отношении Российской Федерации» нельзя пересмотреть какие-нибудь другие соглашения, скажем, о поставке космических двигателей, благодаря которым американцы выводят в том числе и военную нагрузку, или договор СНВ-3 от 2010 года, который является практически единственным заметным достижением президентства Обамы в отношениях с Россией. Отправка астронавтов на МКС с помощью батута стала бы достойным украшением этой коллекции.

Если Россия и вправду наконец-то отказалась от традиции не увязывать разные темы, то получается, что любые переговоры с США на любую тему теперь будут начинаться с вопросов расширения НАТО, отмены санкций и компенсаций за них. Но мы ведь отрицаем идею об исключительности США, а это значит, что и другие страны в этом смысле ничем от Америки отличаться не должны.

Например, ЕС тоже «…предпринимают меры по расшатыванию экономики Российской Федерации и нарушению прав российских граждан», и к ним тоже возможно предъявлять требования относительно НАТО, санкций и компенсаций в начале любых переговоров. Тем более, что и повод есть – скажем, Германия и Франция не выполняют своих обязательств по принуждению Украины к миру точно так же, как США не выполняет своих обязательств по СОУП.

А есть ещё Япония, которая активно желает наконец-то заключить с Россией мирный договор и получить острова, одновременно присоединившись к антироссийским санкциям. Конечно, претензии по НАТО ей предъявлять было бы несколько нелогично, а вот потребовать компенсации – вполне. А потом можно и про острова.

Время для ужесточения тона бесед с США сейчас самое подходящее. За месяц до выборов делать резкие движения было бы просто опасно, ибо это даст Трампу прекрасную возможность оттоптаться на «успехах» демократической администрации последнего времени – с соответствующими результатами для Клинтон. Так что если обычно завершающий свой срок президент именуется «хромой уткой», то Обама сейчас ещё и утка неоднократно потоптанная.

С российской стороны уже звучали заявления, что business as usual, бизнес как обычно, в отношениях с западными партнёрами больше невозможен. Будем надеяться, что именно за последовательным развитием этого процесса мы сейчас и наблюдаем.