Как указывает издание, ранее аналитики предупреждали, что ограничение потоков мигрантов может использоваться каналами экстремистской пропаганды, которая стремится изображать Запад в качестве противника мусульман.
18 августа этого года канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что беженцы не могли привезти с собой в ФРГ терроризм.
За три дня до этого немецкие спецслужбы сообщили о сотнях случаев вербовки в террористическую группировку «Исламское государство» (ИГ, запрещена в России) через приюты для беженцев.
За полгода до этого немецкая контрразведка рассказала о боевиках ИГ в рядах мигрантов. Сообщалось, что экстремисты могли проникнуть в Германию под видом беженцев из ближневосточных и североафриканских стран.

Это понятие пришло в американский политический словарь из одноименного романа-бестселлера Ричарда Кондона, опубликованного в 1959 г. По сюжету американского сержанта в период Корейской войны захватывают «Советы», вывозят в китайскую Маньчжурию и там зомбируют. Его задача - обеспечить приход к власти в Америке путём зловещих интриг кандидата в вице-президенты Джона Айселина (John Yerkes Iselin), выступающего с крайне правых позиций, но на деле являющегося «ставленником коммунистов».

Фильм по роману был снят в 1962 г. с Фрэнком Синатрой в главной роли, в 2004 г. появился ремейк. Оба варианта прошли с большим успехом. Оттуда и пошло – «маньчжурский кандидат». В узком смысле означает – скрытый ставленник чуждых сил, в широком – не тот человек, каким представляется, «тёмная лошадка».

Идиому «маньчжурский кандидат» можно трактовать и так, что избиратель получает совсем не то, за что он голосовал. Употребляется чаще всего иронически (есть русский эквивалент – «засланный казачок»). Во время первой избирательной кампании Обамы в 2008 г., когда шли дискуссии вокруг его якобы неамериканского происхождения, этот термин нередко использовался по отношению к нему.

В биографии нынешнего кандидата в вице-, а скорее всего в полные президенты Тима Кейна можно обнаружить столь же загадочный эпизод, от которого легко провести причудливую параллель, хотя и с противоположным знаком, к нынешней очень специфической ситуации в американской президентской кампании.

В молодости Кейн, ирландский католик по корням, был близок к иезуитам и проповедуемой ими в Латинской Америке теологии освобождения. Ещё учеником старших классов иезуитской школы он в 1974 г. впервые отправляется в Северный Гондурас, чтобы вместе с миссионерами «помогать его народу». В южном Гондурасе в то время полностью хозяйничало ЦРУ, превратившее эту территорию в главную базу своих операций против полыхавших в то время левых революций в Никарагуа и Сальвадоре. По признанию самого Кейна, некоторые местные жители и его подозревали в связях с Управлением, так что братья-иезуиты даже советовали молодому миссионеру не злоупотреблять общением с соотечественниками-американцами.

Как бы там ни было, вскоре Кейн был вынужден «под угрозой жизни» покинуть Гондурас из-за недовольства местных властей оказанной им помощью в переходе двух никарагуанцев через гондурасскую границу. Отметим, что происходить это могло только на юге, в зоне ответственности ЦРУ, а не на севере, куда вроде бы прибыл Кейн. А в 1980 г., уже поступив в юридическую школу Гарвардского университета, он вновь возвращается в Гондурас, где остаётся почти на год.

В те же годы Кейн завязывает тесные отношения с весьма колоритной харизматичной личностью – преподобным Джеймсом Карни, американцем, активно продвигавшим идеи соединения христианства с социализмом и коммунизмом, посвятившим этому целые труды и весьма популярным в Латинской Америке. Когда Кейн уже вернулся в Америку, в 1983 г. Карни погиб «при невыясненных обстоятельствах» на посту капеллана одной из повстанческих групп в Гондурасе. До сих пор некоторые католические организации в США опасаются, что глубоко в душе Кейн остается прилежным учеником своего радикального наставника.

В качестве кого на самом деле выступал юный Кейн в Гондурасе - марксиста-иезуита или добровольного помощника американских спецслужб - до конца неясно. Вспоминая те годы, он писал, что именно тогда убедился, как много зла порой чинят американские государственные представители за рубежом. Однако если это его подлинные убеждения и верна первая версия, то вот он перед вами - «маньчжурский [гондурасский] кандидат» в чистом виде. Кто знает, на что способен, оказавшись на вершине власти, такой человек и какую заложенную в него программу он начнёт проводить в жизнь?

Однако последующая бурная карьера Кейна в государственных органах, которые он в молодости обличал (вероятно, в интересах дела), заставляет серьёзно усомниться в первой версии. Ну а если внедрение происходило в обратном порядке – не из марксистов во власть, а от неё к ним, то всё становится на свои места. Так, по собственному признанию Кейна, одной из его любимых книг остаётся роман «Шпионы Вашингтона» ("Washington’s Spies”), и они вместе с женой с удовольствием смотрят снятый по этому произведению сериал "Turn”, где речь идёт о заре американской разведки и её юных героях.

Впрочем, вопрос о том, кто всё-таки индоктринировал Тима Кейна в его молодые годы – коварные иезуиты или циничные цэрэушники – остаётся открытым. Что делать: причуды истории и американской политической культуры.

Какое развитие может получить эта история после 8 ноября? Люди будут голосовать за программу Хиллари Клинтон, а получат программу Тима Кейна – «гондурасского кандидата», который, действуя по «маньчжурскому» сценарию, произведёт полную подмену того, что обещает Хиллари. Например, известно, что самой массовой группой поддержки Клинтон являются женщины. Американок более всего привлекают декларируемые ею «полная свобода планирования семьи» (читай: абортов) и ограничения на продажу оружия. Однако Кейн как католик - противник абортов и отступиться от этого не может. Ко второй поправке к конституции, гарантирующей американцам право на владение оружием, он также гораздо более лоялен, чем его патронесса. Получается, что американских женщин по-крупному вводят в заблуждение.

Имеются нестыковки в позициях демократической пары и по другим важным вопросам. Таким, например, как отношение к крупным компаниям. Хотя в официальных биографиях Кейна указывается, что он «выходец из рабочих» (так писали когда-то в Советском Союзе), но на деле его отец был владельцем предприятия по переработке металлов. Это всё равно как сына владельца тракторного завода назвать «потомственным трактористом». Уравнительные идеи в отношении большого бизнеса Кейну совсем несвойственны. Да и как бы крупнейшие магнаты, стоящие за Клинтон, типа У. Баффета и Дж. Сороса, позволили ей на заключительном этапе предвыборной кампании проповедовать заимствованные у Берни Сандерса популистские идеи, если бы не знали, что проводиться в жизнь будет программа совсем другого человека. Для них гораздо более удобная.

Личное обаяние тоже проблема – Кейн вообще пришёлся не по вкусу Америке, даже демократам, проиграв вчистую единственные теледебаты с республиканским визави Майком Пенсом. Даже канал CNN, аудитория которого на две трети состоит из демократов и который регулярно присуждает Клинтон победу над Трампом с разгромным счётом, зафиксировал преимущество Пенса над Кейном с результатом 48 % против 42 %. Женщин не обижает, зато активно использует. Сотрудничество с Хиллари Клинтон - это не первый случай в карьере Кейна, когда он действует за спиной женщины. Своё восхождение на политический Олимп он начал с удачной женитьбы на дочери губернатора Виргинии Линвуда Холтона (Linwood Holton), чтобы потом самому занять место тестя.

А ещё по принципу вечного возвращения ситуация напоминает положение, сложившееся в Америке после Уотергейта. Тогда, если вспомнить, после досрочного ухода со своего поста из-за угрозы импичмента президента Никсона его место занял вице-президент Форд. Подчеркнём, что на свой предыдущий пост Форд также не избирался, а занял его после ухода в отставку обвинённого в коррупции Спиро Агню. В результате на пост главы государства был продвинут человек, вообще избежавший процедуры демократических выборов. Удар по авторитету политической системы США был огромный. В современных политических условиях последствия могут быть ещё более тяжелыми.

Механизм передачи власти от Клинтон к Кейну может сработать по тому же принципу, как в случае с Фордом. Сначала Кейн, заняв место Клинтон, без всяких выборов назначит кого-то в вице-президенты, а дальше неизвестно, что ещё всплывёт из его мутного гондурасского прошлого. Не возникнет ли необходимость заменить и самого «нового Форда», опять же без волеизъявления народа?

Углубление кризиса американской политической системы, в случае если нынешняя избирательная кампания будет иметь «маньчжурский» исход, обеспечено. Демократия в Америке, стремящаяся предстать эталоном для всего мира, удаляется от демократического идеала куда-то… в сторону Гондураса.