Во-первых, сделать Турцию ключевым участником решения проблем Ближнего Востока, для чего необходимо укрепить её военно-политические позиции в регионе. Во-вторых, противодействовать росту влияния курдских сил, в том числе играя на противоречиях турецких, сирийских и иракских курдов. В-третьих, не допустить усиления влияния Ирана, этого основного конкурента неоосманистов, нацеленных на восстановление влияния Анкары среди мусульман Закавказья, Ближнего и Среднего Востока и Средней Азии. В-четвёртых, держать под контролем маршруты транспортировки энергоресурсов, влияя тем самым на перспективы конкурирующих проектов (в первую очередь, российских и иранских).

Среди четырёх означенных целей одна традиционно особенно важна для турецких властей. Речь идёт о курдах. Анкара откровенно недовольна составом участников начавшейся операции по освобождению Мосула. Прежде всего, участием в операции по освобождению города курдских отрядов, действующих при американской поддержке. Такое же недовольство вызывает привлечение к наступлению на Мосул шиитской милиции.

Премьер-министр Турции Бинали Йылдырым заявил, что его страна будет вынуждена «принять меры в случае необходимости». Он также предложил Багдаду согласиться на участие в операции по освобождению Мосула армии Турции, но натолкнулся на решительный отказ своего иракского коллеги Хейдара аль-Абади.

Именно Хейдар аль-Абади отдал 17 октября приказ о начале наступления на Мосул с участием полицейских сил и национальной гвардии, но боевые возможности этих вооружённых формирований оцениваются не очень высоко, отчего к операции были привлечены лучше подготовленные подразделения курдов и шиитов. Последние при этом больше ориентированы не на Багдад, а на Тегеран.

Турецкие СМИ высказываются еще более жёстко, чем Бинали Йылдырым, усматривая в военно-политическом сотрудничестве США и курдов прямой вызов интересам Турции. Издание Akşam считает, например, что для турецких властей возникает императив изменения своей внешнеполитической ориентации. «Сегодня очевидно, что отношение [Турции] к Западу вступило в новую фазу. Сначала сирийский вопрос, затем события в Мосуле. Даже если отбросить в сторону поддержку, которую западные «службы» оказывают таким террористическим организациям, как Рабочая партия Курдистана / партия «Демократический союз», FETÖ Фетхуллаха Гюлена… нельзя не видеть, что антагонизм по отношению к Западу в Турции не есть нечто преходящее. Он перестаёт быть предпочтением одной правящей партии и становится институциональным выбором государства», - пишет Akşam.

Однако операция в Мосуле может обернуться для Турции более значительными геополитическими потерями, чем укрепление влияния курдов и углубление противоречий с Вашингтоном. Речь идёт о начале глубоких перемен в масштабах всего Ближнего Востока, в результате чего Анкара рискует оказаться в одиночестве перед лицом усиления позиций России, Ирана и Сирии. Как подчеркивает турецкое издание Odatv.com, «после попытки государственного переворота террористической организации FETÖ Фетхуллаха Гюлена 15 июля позиции Турции в дипломатии стали еще слабее. А влияние России и Ирана в регионе окрепло. Их пространство для маневра расширилось в связи с сирийскими ходами России и ядерным соглашением, которое Иран заключил с Западом… Снова стало очевидно, что в борьбе против ИГИЛ, в сирийском вопросе США и ЕС нуждаются в России и Иране. Это усилило положение Асада. Турция не смогла увидеть, что в ссоре с Россией, Ираном, Ираком, Сирией, Египтом она не сможет стать региональной силой, центром притяжения, энергетическим узлом. Поэтому она была отстранена, окружена, изолирована», - заключает Odatv.com, отмечая, что политика Турции в Северном Ираке «зашла в тупик».

Растущая изоляция Турции стала прямыми следствием политики США в регионе, создающей новые узлы противоречий. Один из элементов данной политики - стремление администрации Барака Обамы привлечь на свою сторону Иран, с тем чтобы, во-первых, противодействовать формированию военно-политического альянса Москвы и Тегерана, во-вторых, получить дополнительный рычаг воздействия не только на Турцию и Ирак, но и на монархии Персидского залива, особенно на Саудовскую Аравию и Катар.

Сегодня политика США на Ближнем Востоке направлена на то, чтобы «заполучить Иран, и обнаружилось это прежде всего в Ираке», замечает турецкое издание Star gazete и продолжает: «В противовес сложившемуся в Сирии альянсу «асадовский режим - Иран - Россия» США пустились на поиски баланса «багдадский режим - Иран - США» в Ираке. Эта инициатива, с одной стороны, пошатнула союз «руководство Эрбиля [главный город Иракского Курдистана. – П.И.] - США» в Ираке, с другой - осложнила позиции Турции и Израиля… Нельзя сказать, что этой политикой США ради того, чтобы заполучить Иран, подавляли Турцию, Израиль, Саудовскую Аравию, не позволяя им стоять на пути у Ирана; достаточно было, чтобы возникла ситуация «Иран на стороне США». В итоге США и Иран не смогли перетянуть на свою сторону, и доверие своих традиционных союзников потеряли», - делает вывод турецкое издание.

Существуют серьёзные сомнения и относительно военной составляющей операции в Мосуле, на чём тоже, разумеется, способно сыграть турецкое руководство. «Действия западной коалиции в Сирии и Ираке являются такими же непоследовательными и неправильными, как и всё, что мы в последнее время делаем на Ближнем Востоке, начиная от вторжения в Ирак и поддержки химерических восстаний в ходе «арабской весны», до катастрофической и глупой интервенции в Ливии», - пишет британский The Spectator. Автор статьи, ссылаясь на данные ООН и Международного комитета Красного Креста, предупреждает о том, что «более одного миллиона жителей станут беженцами в результате «славного» освобождения Мосула». И ответ на вопрос, куда устремятся эти беженцы, известен заранее: в Турцию, чтобы оттуда попробовать перебраться в Европу вслед за сотнями тысяч беженцев из Сирии. Что ж, это даст президенту Эрдогану ещё один рычаг в давлении на Европейский союз.

(Окончание следует)

ПЕТР ИСКЕНДЕРОВ,

И ведь можно даже поверить в это – считайте, на протяжении всего того времени, что Запад активно борется с российским непослушанием и неповиновением (это даже будет правильнее), санкции применялись ко всем почти без разбора – политики, бизнесмены, компании разные. Да буквально, начиная с советника Владимира Путина и заканчивая Александром Залдостановым (Хирургом из «Ночных волков»), все почувствовали на своем лице эту санкционную пощечину.

Так что, не мудрено, что ограничивать в России США стало просто некого. Как описал все это научный сотрудник Кеннановского института при Центре Вудры Вильсона Майкс Кофман, у Америки просто нет поля для маневра в вопросе расширения коммерческих и финансовых санкций против России. Эх, как красиво сказал.

Но не существует безвыходных ситуаций. Так, единственное, что осталось Вашингтону, это ввести ограничительные меры против… представителей Министерства обороны России. Кроме этого есть и план «б» у Белого дома:

• запретить американским банкам покупать российские облигации,

• отключить Россию от банковской системы SWIFT,

• ввести эмбарго на экспорт энергоносителей (это только так, чисто теоретически, сделать возможно, но вообще этот вариант даже не рассматривают, как заявляют американские чиновники).

Ну, да, немного радикальный план, а что еще остается делать, когда козырять-то больше особо и нечем? Приходится выкручиваться, жертвуя чем-то.

И вот даже жалко становится Вашингтон. Столько лет стараний, столько попыток и все впустую. Однако если посмотреть на весь этот «плач Ярославны» с другой стороны, то закрадывается мысль о том, что попросту Вашингтон пытается оправдать свое бездействие, брошенные на ветер слова и не осуществленные в реальности. Мужик сказал и мужик… не сделал, потому что и делать-то, оказалось, нечего, а он и не знал.

Неправильно я сказала в самом начале, Вашингтон не вызывает жалость (добрую, человеческую) – он становится просто жалким. Эх, могли бы, в принципе, уже ничего и не сочинять – все и так уже поняли, что Вашингтон только и умеет языком чесать. Больше слов – меньше дела. Вот это точно про него.
http://lisovskayaeva.livejourn al.com/7915.html