Во-первых, что касается нападений сирийских войск, то как раз ничего серьёзного в этом смысле силы Сирийской арабской армии (САА) не предпринимают. Несмотря на то, что как раз им до Аль-Баба меньше всех остальных претендентов — всего около 8 км. Чтобы понять значение этого затишья, то надо обратить внимание, что в среду утром турки аж на уровне своего Генштаба сообщили: что вертолет правительственных войск Сирии нанес авиаудары по позициям оппозиционной Свободной сирийской армии (ССА) на юго-востоке от города Мари.

То есть: один вертолёт побомбил даже не турецкие позиции, а протурецких «зелёных» (что полностью укладывается в военно-политическую рутину гражданской воны в Сирии, причём на второстепенном направлении — и это становится поводом для заявления турецкого Генштаба и затем — упоминания в речи турецкого министра иностранных дел. Второе важное обстоятельство: на юго-востоке от города Мари нет соприкосновения между армия САА (Дамаск) и ССА (Анкара). Там ССА тяжело и медленно, но теснит курдов. И есть ли у Дамаска ныне интерес помогать курдам, которые спят и видят, как образовать фактически независимую от него «Федерацию», да к тому же проамериканскую, — это большой вопрос. Ответ на который скрыт в тиши очень высоких кабинетов Дамаска, соответственно — Москвы, соответственно — Анкары, соответственно — Вашингтона. Но во всяком случае, можно поставить под сомнение, что тот одинокий героический вертолёт был сирийским.

И, наконец, третье. Если он был сирийским, с военной точки зрения задача у него могла быть только одна — политическая. А именно: обозначить туркам и САА границы их предельного продвижения. И скорее всего, это так и есть, ибо как-то случайно вышло, что одновременно с этой вооружённой акцией прозвучало и заявление из Дамаска, что, мол, терпеть продвижение турок на свою территорию Сирия не будет, и будет плохо каждому, кто покусится, и тому подобное. В общем, тоже не совсем естественная воинственность при том, что все реальные силы сирийской армии заняты тяжёлой зачисткой Алеппо, а также территорий вокруг Дамаска. И клейкой обороной в Дэйр-эз-Зоре.

Ответ прозвучал незамедлительно. «Единственной целью наших операций является зачистка региона от группировки Исламское государство (запрещена в России). Операция продолжится до Эль-Баба, и этот регион мы должны объявить зоной безопасности, чтобы в него начали возвращаться люди», — обозначил турецкие интересы Чавушоглу.

«Это заметное изменение позиций Анкары, — отметил один из видных сирийских политических аналитиков Низар Буш. — Ещё относительно недавно турки вели речь о захвате Алеппо, ещё прежде — об отставке сирийского лидера Башара Асада. Теперь, как видим, интересы их стали заметно скромнее, и главное, что они обозначили, — держать под контролем протурецких сил территорию между городами Джараблус, Аазаз и Аль-Баб».

Зачем туркам Аль-Баб?

Всё значение этой территории для турок сразу понятно при взгляде на карту. Слева от неё — кантон сирийских курдов Африн. Справа — острие длинной полосы других курдских кантонов город Манбидж. Позволь им соединиться в (условно) Аль-Бабе — и Турция в своём подбрюшье получает предельно враждебную ей курдскую автономию, сидящую к тому же на плечах у американцев. А те уже даже перестали скрывать свои давние планы по переформатированию большого Ближнего Востока, в которых Турции отводится роль терпилы, от которой должны быть отчленены населённые курдами территории.

Что это — не просто геополитическая гипотеза, показывают нынешние события вокруг Аль-Баба, на который одновременно наступают курдские отряды YPG, входящие в «Сирийские демократические силы» (СДС) и войска турецко-исламистской коалиции, исполняющие всё ту же операцию «Щит Евфрата». И хотя формально обе стороны заявляют, что ведут бои против ИГИЛ, каковая группировка Аль-Баб, собственно, и контролирует, одновременно они откровенно щиплют друг друга. Причём не до синяков, а до крови.

Так, 25 октября турецкое командование операцией «Щит Евфрата» заявило о взятии высоты Тель-Джизан в нагорье Акиль. Однако вечером того же дня курдские отряды начали наступление против ССА, по ходу которого им удалось взять под контроль несколько высот в нагорье Акиль, в том числе отбить высоту Тель-Джизан. Стороны обмениваются самыми воинственными заявлениями и предельно кровожадными сводками потерь противника, но по факту выходит, что ССА продвигаются не слишком бодро. Курды их «гасят».

А турки, в свою очередь, «гасят» курдов. Согласно официальным турецким данным, более 80% всех артиллерийских и авиаударов за последние сутки пришлись по курдам. Помогает это пока не очень — всё в силу тех же не слишком убедительных боевых качеств ССА (а турки свою пехоту в бои стараются не пускать). Тем не менее, и курды показывают довольно скромные темпы продвижения к Аль-Бабу.

Кто в выигрыше?

Хотя официальный Дамаск это отрицает и делает воинственные заявления, но в принципе его положение вещей, сложившееся вокруг Аль-Баба, вполне устраивает. Объединившиеся в «Федерацию» курды, что бы они ни говорили сегодня о простой автономии, представляют прямую и реальную угрозу территориальной целостности Сирии. Уже сегодня, по свидетельству близко знакомого с положением в Сирии сирийца Низара Буша, контролируемые курдами районы в массовом порядке покидают другие этнические группы. Что в целом для сирийцев предельно болезненно, ибо в обществе царит убеждение, что курды в Сирии — пришельцы. Из Турции в основном, но и из Ирака, и из Ирана, и из Армении, где после конца интернационалистского СССР им часто напоминают их зловещую роль исполнителей в Армянском геноциде 1915 года. А поскольку это Восток, и это Кавказ, и это прежде всего Карабах (Лачин вообще считался курдским городом), — то воспоминания эти далеко не бездеятельны…

В этих условиях разрезающая курдскую «Федерацию» в собственных жизненных интересах Анкара объективно защищает и жизненные интересы Дамаска. И не только из-за обращения курдской военно-политической энергетики на себя, но и потому, что объективно прищемляют хвост и американцам, активно формирующим из курдов свой боевой отряд в регионе, и саудитам с катарцами, для которых перспектива построить газопровод в Европу через расчленённую Сирию отодвигается в вечность.

Таким образом, складывают все кусочки паззла аналитики «Катехона», взаимные обвинения между турками и Асадом будут продолжаться, но это риторика. Сирийские войска явно оставляют Аль-Баб туркам. В ответ турки заверяют Дамаск, что дальше Аль-Баба не уйдут, причём делают это на официальном, обязывающем уровне. Что может быть признано надёжным, ибо всем ясно, что за Дамаском стоит Москва, и значит, именно она негласно апробирует эту полу-главную договорённость.

В свою очередь, это означает, что хоть турки действуют под Аль-Бабом в своих интересах, но эти действия согласованы с Россией. А значит, это результат договорённостей с Москвой. Не исключено — тех же самых, на которые намекал президент Владимир Путин, когда говорил про «удар в спину» со стороны Турции, когда Россия уже согласилась дать ей то, с чем не соглашались США. Сегодня уже известно, что команду на уничтожение русского бомбардировщика в ноябре 2015 года дал тогдашний премьер Давутоглу — проамериканский и, как показывает следствие, по команде из Америки. То есть в традиционной англо-саксонской манере Вашингтон добиться своих целей чужими руками. И лучше всего, когда конкуренты уничтожают друг друга к вящей пользе США.

Но сначала у российского руководства оказалось больше выдержки, чем все ожидали. Затем оказалось, что у США было меньше выдержки, чем у России, и они кинулись устраивать в Турции путч. Наконец, Путину и Эрдогану хватило ума и характера открутить всё обратно и найти компромисс между объективно противоречившими друг другу их интересами в Сирии.

Контуры компромисса мы теперь видим, утверждают эксперты. Турция получает часть северной Сирии — не сама и не официально, но для собственной сферы влияния через протурецкие формирования там, туркоманов и так далее. И пусть бодаются с курдами, подразумевается в скобках.

В ответ Турция сдаёт исламистов в Алеппо, протурецкие формирования оттуда уходят, отдавая Алеппо Дамаску. Это сейчас и происходит. Очистив Алеппо от террористов, Дамаск получает возможности освобождать восточную Сирию, восстанавливая реальную территориальную целостность страны.

Таким образом, в результате компромисса Турция получает от Москвы то, чего ей не давал Вашингтон — сферу влияния в Сирии. И на самом деле это даже хорошо, уверяют аналитики «Катехона»: пусть она будет расчерчена на разные сферы влияния, но зато не разорвана на ряд мелких и крупных национально-конфессионально-территориальных кусков, обречённых на вечную войну между собою. То есть «будут турки и будем мы с Асадом, остальных — на выгон», как афористично сформулировал один из экспертов «Катехона».

Потому и Дамаск с этим негласно, но согласен.