Германии и Нидерландах, а такие страны ЕС, как Австрия, Венгрия, Болгария, Италия и ранее высказывались против ухудшения отношений с РФ;

— ЕС продлит антироссийские санкции на следующий год, но санкционный вопрос в 2017-м явно всплывет еще не раз, и станет яблоком раздора среди европейских политиков;

— Германия обеспокоена вмешательством России в политику ЕС и ее усилившимся влиянием на СМИ членов Евросоюза — немецкая разведка, как отмечает Stratfor, усилила действия по противостоянию российской пропаганде и компьютерному шпионажу, а военная доктрина ФРГ изменила статус России с «партнера» на «противника»; однако немецкие политики не могут прийти к консенсусу по России, и даже члены правящей коалиции призывают к улучшению отношений с Москвой; помня о грядущих выборах, канцлер ФРГ Ангела Меркель вряд ли будет усугублять эти разногласия.

«За последний год в едином фронте стран Запада против России наметились трещины. Июньский референдум в Великобритании стал проявлением глубоких внутренних противоречий внутри ЕС, в то время как в США избрание Дональда Трампа, возможно, знаменует перелом в отношениях Москвы и Вашингтона. Более того, ЕС угрожает еще более серьезный раскол, если на выборах во Франции, ФРГ, Нидерландах и, возможно, Италии победят силы, оппозиционные руководству Европы. Все это предоставляет России серьезный шанс добиться своих целей, главная из которых — снятие экономических санкций», — резюмирует Stratfor.

Кроме того, Stratfor предсказывает рост влияния РФ на постсоветском пространстве. «Страны, традиционно поддерживающие хорошие отношения с Москвой — Белоруссия, Армения, Казахстан, Таджикистан и Киргизия, — расширят сотрудничество, в то время как влияние ЕС на них уменьшится. В Азербайджане и Узбекистане роль России также вырастет в связи с развитием сотрудничества в сфере безопасности», — считают американские аналитики.

При этом, как отмечают авторы прогноза, Москва, хотя и заинтересована в улучшении отношений с Западом, не собирается сдавать свои позиции, как на Украине, так и в Сирии.

Насколько точен этот прогноз, что стоит за оценкой Stratfor действий России?

— Stratfor верно оценивает, прежде всего, перспективы России в Центральной Азии, — считает руководитель Центра евроатлантических и оборонных исследований РИСИ Григорий Тищенко. — В Узбекистане сменилась власть, и новый президент Шавкат Мирзияев прямо заявил, что российский вектор во внешней политике республики станет гораздо более заметным.

В целом, Центральная Азия пойдет на развитие отношений с Россией из-за того, что США фактически ушли из Афганистана, и при Бараке Обаме регион явно не числился в списке приоритетных для Вашингтона.

Но надо понимать: из-за ослабления влияния американцев центральноазиатские республики стали активно развивать сотрудничество с Китаем. Пекин интересуют энергетические ресурсы Центральной Азии, и он охотно скупает бизнес по их транспортировки — например, доли в магистральных газопроводах в КНР из Туркмении и Казахстана.

А поскольку новый акцент во внешней политике США будет сделан на противодействие Китаю, американцы, как мне кажется, вернутся в постсоветскую Центральную Азию, чтобы помешать энергетическим поставкам в КНР. Поэтому, я считаю, в регионе возможна нестабильность, вплоть до попыток «цветных революций».

«СП»: — Американские аналитики считают, что в 2017 году мы может добиться отмены санкций. Это реалистичный сценарий?

— Я не испытываю большого оптимизма по поводу перспектив отмены санкций. Хотя бы потому, что истинная причина введения санкций — не Украина и не Крым. Запад пошел на этот шаг, чтобы создать предпосылки для смены власти внутри России, и этой цели не добился.

О том, что Запад должен принимать какие-то меры против российского руководства, речь шла еще до Украины. И неслучайно сейчас практически во всех материалах американских СМИ, направленных против России, зло непременно отождествляется лично с Владимиром Путиным.

В этом вопросе — необходимости смены власти в России — Дональд Трамп будет стоять на перепутье. После инаугурации новому президенту США придется выбирать: либо он продолжает политику санкций, либо ее пересматривает. Напомню, что все меры США против РФ введены до июля 2017 года, и разборка с санкциями должна произойти именно к этому сроку.

Думаю, Трамп продлит санкции — по крайней мере, до результатов президентских выборов в России в 2018 году. Я даже не исключаю, что под выборы эти санкции могут, напротив, усилиться.

С другой стороны, Штаты объективно не могут одновременно противодействовать Китаю и России. И уже видны сигналы, подаваемые будущей американской администрацией, которые свидетельствуют о желании Вашингтона перетащить Москву на свою сторону, и разрушить наше партнерство с Пекином.

Именно поэтому Трамп делает резкие заявления против Китая, а Россию почти не затрагивает.

«СП»: — Как будет меняться в 2017 году расклад сил в Европе?

— Европа сейчас бурлит, и это бурление будет продолжаться. Многие на Западе боятся, что на президентских выборах во Франции одержит победу Марин Ле Пен, или, по крайней мере, резко усилит свои позиции. С другой стороны, в ФРГ рвется к власти консервативная и евроскептическая «Альтернатива для Германии». Дело идет к тому, что традиционная немецкая коалиция ХДС/ХСС будет расширена за счет включения партий с других флангов. Примерно такая же картина и в Италии, где все сильнее укрепляются оппозиционные силы.

В этой ситуации перед Россией открывается широкое поле для маневра.

«СП»: — Какие выгоды мы может получить из складывающейся ситуации в мире?

— В ближайшие годы центр мировой политики будет перемещаться в Азиатско-Тихоокеанский регион. И главной станет борьба Китая и США — это противостояние образует главную геополитическую ось в XXI веке.

В этой ситуации от России зависит очень многое. Китай хотел бы, чтобы мы были его партнером, и того же хотят США. Это значит, Москва находится в беспроигрышной ситуации, и выгоды этого положения мы вскоре почувствуем на самых разных уровнях, включая экономический.

— Stratfor, на мой взгляд, занимается пропагандой и дезинформацией, а не серьезными прогнозами, — отмечает ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО Михаил Александров. — Скажем, тот же референдум по выходу Британии из ЕС вовсе не свидетельствует о трещинах в едином антироссийском фронте Запада. Brexit связан исключительно с собственными интересами Великобритании, которая остается членом НАТО и продолжает следовать в курсе общей западной политики.

Да и заявления Трампа о возможности сближения с Россией не дают ответа на главный вопрос: какой в реальности будет политика Вашингтона? Как можно понять из персоналий, которыми на сегодня укомплектована администрация Трампа, резких изменений внешнеполитического курса ждать не следует.

Другое дело, США попытаются по-новому выстроить политику в отношении России просто потому, что курс Обамы на конфронтацию с Москвой полностью провалился. И теперь очевидно, что нужен какой-то новый курс, и Трамп будет его реализовывать.

Однако нет никаких оснований говорить, что этот новый курс вызовет раскол в общем фронте Запада.

Ясно в нынешней ситуации одно: в целом влияние Запада в мире падает, и будет продолжать падать. Это означает, что перед Россией будут открываться новые возможности по усилению своих позиций.

Именно об этом говорит Stratfor, но прогноза в таких выводах немного. Гораздо больше идеологической озабоченности, что у Запада могут возникнуть внутренние противоречия, а их нельзя допускать, потому что надо бороться с Россией. По сути, Stratfor выступает за продолжение линии, которую проводил Обама.

Россия, между тем, уже выигрывает от происходящих глобальных перемен. Мы, например, одержали крупную дипломатическую победу в Сирии. Она заключается в том, что Запад фактически отстранен от решения сирийского вопроса — он решается региональными странами: Турцией, Россией и Ираном. Это хорошая новая модель решения международных вопросов.

Неплохо выглядят и другие направления российской внешней политики: ситуация на постсоветском пространстве стабильна, украинский кризис локализован, укрепляется БРИКС. И Запад вряд ли сможет помешать извлекать нам дивиденды из сложившейся ситуации.