— Я уже говорил, как важно для донбасских республик, да и для всех российско-украинских отношений, признание Дорогомиловского суда Москвы событий февраля 2014 года государственным переворотом, — комментирует политолог, представитель ДНР в Ростовской области Эдуард Попов. — Я думаю, что это очень важное событие, которое может положить начало процессу делегитимизации режима Петра Порошенко. А учитывая, что в 2017 году с высокой степенью вероятности произойдут значимые, даже революционные события на Украине, решение московского суда может очень пригодиться. Кстати, не случайно, в западных СМИ началась кампания по дискредитации Порошенко. В частности, опубликована жёсткая статья в американском журнале Time с обвинениями в адрес президента Украины. Поэтому я не исключаю, что в 2017 году те части ВСУ, что стоят под Дебальцево и Луганском, будут участвовать в новом Майдане.
Что касается республик Донбасса, они продолжат трудный путь государственного строительства фактически в условиях войны.
Я, как и другие эксперты, уже не раз прогнозировали наступление ВСУ. Пока, если не считать недавних боёв под Дебальцево, признаков дальнейшей эскалации военных действий нет. Но в следующем году вероятность того, что Порошенко снова попытается предотвратить очередной Майдан и бросит армию в наступление — высока.
— Если мы окончательно признаем Порошенко нелегитимным президентом, сможем ли мы в таком случае не ждать «большого наступления» ВСУ, чтобы открыто помочь армиям ДНР и ЛНР?
— Армии республик никогда не наступали первыми, они всегда контрнаступали. Сейчас России не с руки первой вступать в украинский конфликт. Победить ВСУ, освободить Донбасс можно. Опять же в приватных разговорах многие украинские военные говорят, что за Донбасс сильно воевать они не будут. Однако именно сейчас, накануне вступления в должность нового президента США, нельзя давать повод недружественным силам на Западе в очередной раз обвинять нас в агрессии. Мы заинтересованы в том, чтобы наладить максимально конструктивные взаимоотношения с новой администрацией Дональда Трампа.
— Сейчас в центральных российских СМИ почти не упоминают не только про Новороссию, но и про Минские соглашения. Вроде бы все смирились с ситуацией, когда эти соглашения нарушаются при этом снаряды, по-прежнему, падают на мирные дома. Реально ли выполнить хотя бы пункт о полном прекращении огня в Донбассе, не говоря уже о политической составляющей?
— 23 декабря было заключено дополнительное соглашение о «рождественском перемирии». Каюсь, я не утратил остатки иллюзий в отношении украинского бандеровского режима. В одном из комментариев высказал предположение, что хотя бы до Рождества этот режим тишины продержится. Однако уже на следующий день украинские военные вновь открыли огонь. Поэтому признаков улучшения ситуации я не вижу.
Что касается Минских соглашений, они будут окончательно похоронены не позднее сентября следующего года. В апреле состоятся выборы президента Франции. Франсуа Олланд, напомню, является одним из гарантов этих соглашений. Из-за низких рейтингов он участвовать в выборах не будет. А в сентябре будут выбирать нового канцлера Германии. Сейчас у Ангелы Меркель неплохие шансы, но кто знает, что произойдет в стране. Еще один теракт, подобный тому, что был в Берлине, и люди ей не простят миграционного кризиса. Не факт, что и сам Порошенко останется у власти к тому времени.
— Если допустить, что ситуация «полувойны» в Донбассе сохранится, может ли Россия хотя бы в экономической сфере «пойти в наступление». В частности, отменить таможенные барьеры на границе с ДНР и ЛНР? Не секрет, что многие пищевые и не только предприятия республик балансируют на грани закрытия именно потому, что не могут вывозить свою продукцию на территорию России. Из-за упомянутых барьеров цена на эту продукцию повышается, и она становится неконкурентоспособной в России. Получается, что мы загоняем колонны гуманитарной помощи в республики вместо того, чтобы дать людям там возможность зарабатывать самим.
— Это действительно больной вопрос. У меня много знакомых предпринимателей из ЛНР и ДНР. Они все недоумевают по этому поводу. По сути, Россия не предоставляет всех возможностей для полноценного экономического сотрудничества союзных ей республик. Я бы даже сказал о некоторой бюрократической блокаде ЛДНР со стороны России. Это при том, что со стороны Украины существует реальная военно-экономическая блокада. Могу только выразить надежду на то, что процесс делегитимизации киевской власти позволит России закрыть глаза на формальности и де-факто отменить таможенные барьеры.
К тому же много вопросов имеется и к качеству управления и в самих республиках. Большинство тех, кто были чиновниками на Украине, теперь перекрасились и стали чиновниками ДНР и ЛНР. Парадоксальна и ситуация, при которой большая часть налогов предприятий ДНР и ЛНР по-прежнему уходит в украинский бюджет. Напомню поговорку: жалует царь, да не жалует псарь.
Многие вопросы можно было бы решить, не вплетая большую политику. Это относится как к российским чиновникам, так и к чиновникам донбасских республик. В любом случае, если всерьёз подходить к проблеме государственного строительства республик, надо в первую очередь серьёзно почистить чиновничий аппарат, чтобы избавить его от скрытой агентуры украинского влияния, а также от непрофессионалов.
Конечно, на обозримую перспективу республики продолжат существование. Не исключаю, что произойдёт слияние ДНР и ЛНР. Но всё-таки будущее Донецка и Луганска, на мой взгляд, возможно только в составе России. Хотя не исключен и вариант создания конфедерации, если к ДНР и ЛНР будут присоединяться другие регионы Юго-Востока Украины.
— Существует уже анекдот о том, что Владимир Путин звонит Дональду Трампу и спрашивает: «Что с Украиной будем делать?», — рассказывает декан факультета «Социология и политология» Финансового университета при правительстве РФ Александр Шатилов. — На что американский президент удивляется: «Какая Украина?». «Понял, спасибо, Дональд», — говорит Путин.
Впрочем, надо понимать: даже если Трамп выполнит предвыборное обещание и США перестанут оказывать серьёзное влияние на ситуацию на Украине, так просто столь выгодную козырную карту Трамп не будет сбрасывать. Думаю, что он, как бизнесмен, попробует разменять украинский политический актив на какой-то другой.
К тому же я не исключаю, что под самый занавес правления Обамы Киев решит дать последний и решительный бой. Как раз и время новогодних праздников для этого подходит.
Впрочем, как бы жёстко это не звучало, решительный штурм ВСУ отвечает интересам донбасских республик, потому что в этой ситуации у них появляется реальный шанс вернуть территории, находящиеся под оккупацией ВСУ и окончательно обрести суверенитет.
— Если ДНР и ЛНР полностью возьмут Донбасс под свой контроль, что делать России? Принимать в свой состав, признавать независимость или оставаться как бы сторонним наблюдателем?
— Я думаю, Россия предпочтёт, чтобы республики какое-то время просуществовали в «полусуверенном режиме». Как мы это видим на примере Абхазии и Южной Осетии. С этими республиками установлены тесные экономические и военно-политические связи. И в принципе, Россию пока устраивает такая ситуация, острой необходимости принимать республики в свой состав нет. Если и в Донбассе удастся реально принудить киевский режим к миру, то это будет вполне приемлемый для нас вариант.
— Однако не секрет, что дружба с Абхазией и Южной Осетией обходилась России не один год в довольно приличные суммы. Хватит ли у нас в нынешней непростой экономической ситуации средств, чтобы помочь восстановиться разрушенному Донбассу?
— В любом случае сдача Донбасса будет означать гораздо большие потери для России: в первую очередь имиджевые и геополитические. Поэтому мы должны помогать ДНР и ЛНР. Это в наших интересах. К тому же мне странно слушать рассуждения о том, что Россия слишком сильно вкладывается в том же Крым, например, что новые территории нам слишком дорого обходятся и т. д.
Если на этих территориях живут люди, которые хотят иметь гражданство России, это значит, что рано или поздно эти регионы смогут не только прокормить себя сами, но и принести прибыль для федерального бюджета. Посмотрите, украинская прокуратура возбудила уголовное дело против Сильвио Берлускони только за то, что в Крыму он распил бутылку вина, которая стоит 100 тысяч евро. А если со временем поднять уровень виноделия на полуострове, таких бутылок будет много. Я уже не говорю про геополитические выгоды, портовые сооружения и т. д. Думаю, что и в Донбассе, грамотно используя человеческий потенциал, вполне можно добиться того, что этот регион станет прибыльным.
— Если ситуация тлеющей войны продлится весь 2017 год, можем ли мы хотя бы экономически облегчить жизнь республикам, сняв таможенные барьеры?
— Какие-то полулегальные экономические связи существуют и сейчас. Конечно, легально, пока Россия признаёт Донбасс частью Украины, мы не можем торговать с ДНР и ЛНР по внутрироссийским правилам. Впрочем, это обычная практика. Были времена, когда Россия, заигрывая с Грузией, отказывалась под надуманными предлогами покупать абхазские мандарины. Однако мы знаем, чем в итоге всё закончилось. И в случае с Украиной может повториться такая ситуация, поскольку киевский режим ведёт себя подобно хулигану, не получающему сдачи — всё наглее. Дошло уже до засылки диверсантов в Крым и задержания наших военных. Принимаются постановления киевского суда об обыске администрации президента России и т. д. Если и дальше так будет продолжаться, рано или поздно, Киев перейдёт красную черту и получит по полной программе, что называется.
— Недавнее признание событий в Киеве 22 февраля 2014 года государственным переворотом может как-то повлиять на будущее донбасских республик?
— Это политическое решение. Пока практических последствий оно иметь не будет. Но в случае, если ВСУ попытаются реализовать в Донбассе «хорватский сценарий», мы сможем представить дело так, что нелегитимная власть проводит карательную операцию против своего народа. Опять же, в случае, если на самой Украине начнётся неконтролируемый процесс войны всех против всех, можно будет достать «из рукава» это решение суда и, кстати, напомнить украинцам, что последним по-настоящему всенародно выбранным президентом Украины был Виктор Янукович.
