Согласно оценкам опрошенных мною людей, на Донбасс отправилось от 100 до 200 российских добровольцев. Здесь важно отличать добровольцев от наемников. Добровольцы — это обычно молодые мужчины, неженатые и бездетные, имеющие ограниченную или нулевую военную подготовку и надеющиеся пройти «обряд посвящения» на поле боя а ля Байрон. С другой стороны, наемники — это бывшие сотрудники спецслужб или армейские профессионалы, воевавшие в Афганистане, Чечне или Югославии. Это хорошо подготовленные люди, неспособные вернуться к гражданской жизни, и они следуют за своим полевым командиром, в которого верят. Многие наемники прямо или косвенно связаны с движением Александра Баркашова «Русское национальное единство», которое традиционно проявляет активность в регионах, близких к границам Украины и Северного Кавказа, и предлагает своим членам серьезную военную подготовку. Предположительно РНЕ тесно связано с членами самопровозглашенной Донецкой Народной Республики и, в частности, с Дмитрием Бойцовым, возглавляющим организацию «Православный Донбасс» и получающим приказы непосредственно от Баркашова.

Ополченцы «Русской Православной Армии» на блокпосту в Донецке

Добровольцы представляют несколько российских националистических организаций. Это «Евразийский союз молодежи», вдохновляемый фашиствующим и неоевразийским геополитиком Александром Дугиным; ныне запрещенное «Движение против нелегальной иммиграции» во главе с Александром Беловым; группа «Спутник и погром»; национал-социалистический «Славянский союз» Дмитрия Демушкина; ряд небольших организаций, вдохновляемых идеями монархизма, таких, как «Русское имперское движение», и некоторые в большей степени ориентированные на Запад группировки, например, «Русское общественное движение» Константина Крылова, часто называемое «национал-демократическим». Но в отличие от РНЕ, которое активно участвует в донецких событиях, эти организации отвечают не за всех добровольцев, так как большинство из них отправилось на Украину по собственной инициативе и на собственные деньги. Некоторые организации, например, «Русское общественное движение», не занимаются отправкой молодых добровольцев, а евразийцы больше склонны создавать механизмы и схемы по организации таких поездок.

Тем не менее, некоторые из этих организаций оказывают гуманитарную помощь (в основном лекарствами) и отправляют легкое вооружение и боеприпасы (хотя следует заметить, что это делается различными организациями индивидуально и никак не координируется). У них - весьма скромные возможности по доставке оружия и боеприпасов, и их не следует преувеличивать. То, что они вообще могут этим заниматься, объясняется их связями с некоторыми военизированными группировками и с отставными офицерами, которые знают, как добывается списанное из арсеналов советской эпохи оружие. Согласно проведенным мною интервью, российские пограничники и патрулирующие территорию с российской стороны казаки не приветствуют этих добровольцев, которые либо пересекают границу в обход пограничных переходов, либо подкупают пограничников. А в Луганской и Донецкой областях начинается полная анархия: каждая организация вымогает крупные взятки, причем даже у тех, кто приехал помогать им. Тех людей, которых ловят на границе российские пограничники, отправляют назад в Москву или Санкт-Петербург, а некоторых, похоже, сажают в тюрьму.

Какие же выводы можно сделать из этих рассказов? Прежде всего, эти немногочисленные добровольцы в силу своей неподготовленности и отсутствия системы подчиненности подвергают опасности не только свою жизнь, но и жизнь гражданского населения Донецкой и Луганской областей. Кроме того, их деятельность вызывает обеспокоенность и у Кремля, который считает этих людей опасными элементами, так как рано или поздно они могут вернуться в Россию, обогащенные опытом ведения боевых действий в городских условиях.

Наряду с этим, данные рассказы проливают свет на то, как работает российское государство. Когда решение принимает лично Путин, как это было в случае с присоединением Крыма, российское государство очень результативно: система подчинения работает безупречно и в полной мере, административный аппарат и механизм связей с общественностью действуют четко и слаженно. Когда Кремль решает выйти из игры, дабы создать зону беззакония, в которой невозможно определить обязанности, российское государство становится весьма хаотичным. Российские националистические движения являются частью этой анархии, а вместе с ними в ней участвуют полевые командиры типа Игоря Стрелкова, наемники и безнравственные бывшие офицеры, воюющие по идеологическим и финансовым причинам.

Конечно, такое попустительство и невмешательство со стороны Кремля - в его интересах. Такая ситуация ослабляет Украину и правительство в Киеве, и при этом нет никакой нужды брать на себя международную ответственность. Некоторые близкие к российским властям деятели еще больше осложняют картину, например, православный олигарх Константин Малофеев, которого многие подозревают в финансировании самопровозглашенного правительства Донецка. Но было бы правильнее расценивать такую ситуацию как ящик Пандоры, который Кремль сегодня пытается закрыть, поскольку он серьезно обеспокоен долгосрочными последствиями такого положения вещей, опасаясь, что против Москвы может со временем выступить российская националистическая хунта. Донбасс стал неприятностью не только для Киева, который неспособен провести толковую военную операцию, но и для Москвы. В предстоящие недели нам предстоит увидеть, можно ли восстановить порядок среди российских повстанцев. В любом случае, парадоксальность этой истории заключается в том, что Владимир Путин, который очень не расположен к риску и стремится сохранить статус-кво, осознанно или нет сам инициировал ту динамику, которую больше не в состоянии контролировать.

http://inosmi.ru/sngbaltia/20140627/221 … z35pBVVb9f

Но основная проблема в том, отмечает Ростислав Ищенко, что на Украине еще не сформировались полностью две четкие группы русских и галичан, в стране и особенно в центральных ее регионах еще продолжает существовать "промежуточное украинство", которое и не дает провести окончательный водораздел.

"Мы сейчас находимся в середине процесса, который начался в 2004 году размыванием украинской политической нации. Сейчас он перешел в стадию распада украинского государства. И точно нельзя сказать, как будет выглядеть постукраинский мир, но очевидно, что он будет", - заявляет Ростислав Ищенко.

Политолог также отмечает, что, на самом деле, жители Украины решают вопрос не о том, чтобы сохранить независимое государство, а о том, кому отдать свой суверенитет. "Даже люди, идентифицирующие себя как матерых галицийских украинцев, не хотят независимого государства, они хотят интеграции в Евросоюз, который, по сути, является намного более жесткой, централизованной и бюрократизированной структурой, чем в свое время был Советский Союз",- утверждает эксперт. В свою очередь, население, которое считает себя русским, хочет реинтегрироваться в Россию, добавил политолог.

Между тем Ростислав Ищенко уверен: уже пролилось достаточно крови для того, чтобы стороны гражданской войны даже при достижении какого-либо условного мира не могли в дальнейшем жить друг с другом. "Не могут антифашисты и националисты жить в одном государстве. Рано или поздно они все-равно разорвутся, как воздушный шарик", - считает политолог.

Он также добавил, что никто не в состоянии вложить необходимое количество финансовых, экономических, политических и военных ресурсов для того, чтобы "искусственно удерживать в целости это не менее искусственное украинское образование".

Как сообщало ИА REGNUM ранее, массовые протестные акции на юго-востоке Украины начались в конце февраля как следствие государственного переворота в стране, и переросли в гражданскую войну. 23 июня в Киеве объявили о перемирии с ополченцами ДНР и ЛНР сроком до 27 июня, однако полного прекращения огня не последовало. Число жертв среди мирного населения продолжает расти.

http://www.regnum.ru/news/polit/1818999 … z35pEk3sO4