В ходе 40-минутного интервью Бородайи прокомментировал отставки внутри руководства Луганской народной республики (ЛНР) и ДНР: «Это естественная часть политического процесса. И более того, она абсолютно правильная. Я свой уход некоторым образом планировал, отчетливо понимая, что это составная часть правильного политического процесса строительства Донецкой народной республики.... Я уже некоторое время назад рассматривал кандидатуру преемника, и могу сказать что, на мой взгляд, я совершенно не ошибся...». По мнению Бородая, гораздо правильнее чтобы этот пост занимал не москвич, а человек по-настоящему донецкий, дончанин по своей сути, по плоти, по крови, по взаимоотношениям...

«Я был в некоторой степени фигурой компромисса, я был, если угодно кризис-менеджер. — объяснил положение дел Бородай. — И именно в тот момент, как мне кажется — и я знаю, что мое мнение поддерживает довольно большое количество людей, — я был наиболее удобной и реальной фигурой, как с точки зрения разрешения некоторых внутренних вопросов, так и с точки зрения реально существующей компетенции».

Одной из самых сложных задач, стоящих перед ДНР, Александр Бородай считает строительство государственности, но серьезно думать об этом можно будет только после окончания военных действий: «Я убежден, что в ДНР и ЛНР выборы пройдут после того, как военное положение будет снято. Сейчас мы находимся в военном положении. Поэтому, о какой избирательной кампании, о какой подготовке к выборам может идти речь? И в ДНР, и в ЛНР ситуация тяжелейшая. Гуманитарная катастрофа и война, люди гибнут каждый день. О какой парламентской демократии всерьез может идти речь?».

К возможности федерализации Украины в нынешней ситуации Бородай относится скептически: «Федерализация очень давно стоит на повестке дня в том ныне распадающемся государстве, которое называется Украина. Мое мнение: федерализация могла быть в свое время выходом для Украины, которая очень давно находится в государственном кризисе. Но для всякого решения, даже для самого правильного, есть время, которое проходит и потом уже его вернуть назад становится невозможно. И сейчас представить, что федерализация для юго-востока Украины, того, что называется Донбассом, после крайне тяжелой и кровавой войны, могла бы стать каким-то выходом, довольно сложно».

Главную задачу ополченцев ДНР и ЛНР Бородай видит в освобождении оккупированных территорий: «У нас есть масса территорий и населенных пунктов, которые нам предстоит освободить. Тот же Славянск... Ополчение начинает превращаться в армию. Вы же понимаете разницу между ополчением и регулярными частями? В силу развивающейся ситуации ополчение может постепенно переродиться в армию, бойцы которой находятся на казарменном положении, тренируются, осваивают технику, объединяются не в отряды даже, а уже в крупные соединения и готовы вести серьезную и если хотите, профессиональную войну с противником. Этот процесс идет. И именно этот процесс приводит к тому, что возникает возможность для наступления. Армия противника разлагается все сильнее, а наша крепнет. Естественно, возникает такой процесс, как наступление».

Относительно роли России в украинских событиях Бородай сказал следующее: «Мы чувствуем огромную моральную и материальную помощь со стороны России — не как государства, а как страны. И от русского народа — именно, как народа. Даже мы с Игорем Стрелковым и сотнями, тысячами людей являемся как раз той поддержкой, которая оказывается народу Донбасса. Собственно, народ Донбасса — это тоже, по сути дела, русский народ. И русские люди, где бы они ни жили — во Владивостоке, Мурманске, Донецке, способны объединиться и вместе защищать себя.