Вокруг минской встречи лидеров Таможенного союза, представителей ЕС и Украины было немало спекуляций, откровенных фейков. Например, накануне саммита на украинских сайтах появилась «сенсационная новость» о том, что Порошенко в Минск не приедет. Оптимисты ожидали сенсаций другого рода: на фоне недавних успехов защитников ДНР, опрокинувших войска киевского режима на юге и прорвавшихся к Азовскому морю, можно было надеяться, что Путин будет вести разговор с украинским президентом с позиции силы.

Однако, к удивлению многих наблюдателей, российский лидер вообще не стал обсуждать с Порошенко вопросы войны и мира. Заявление о том, что ситуацию «нельзя разрешить путем дальнейшей эскалации силового сценария без учета насущных интересов юго-восточных регионов страны и без мирного диалога с их представителями», сделанное на общей встрече, — вот и всё, что услышали от Путина участники саммита по самой животрепещущей проблеме актуальной европейской политики.

В основном же президент России говорил об экономике — с одной стороны, это было логично, потому что сам формат встречи лидеров Таможенного союза в большей степени предполагал дискуссию по вопросам торговли. Разговор об этом был весьма нелицеприятный — так, Белоруссию довольно жестко раскритиковали за реэкспорт попавших под российские санкции товаров из ЕС.

Некоторые наблюдатели даже заметили, что, несмотря на официальное название саммита «ТС–Украина–ЕС», представители Европейского союза и Петр Порошенко «сидели и ждали, пока лидеры Таможенного союза устанут обсуждать свои внутренние проблемы».

Между тем непосредственно перед саммитом Порошенко заявлял буквально следующее: «в Минске на встрече решается судьба Европы и мира». По факту же вышло, что решались совсем другие вопросы — например, проблема «контрафактных» польских яблок. А про главное — про войну на Донбассе, уносящую сотни жизней, — с Порошенко никто разговаривать не стал. Хотя возможности для этого были: в рамках саммита состоялась двусторонняя встреча российского и украинского президентов, первая, если не считать формальной короткой встречи в Нормандии.

Странно это лишь на первый взгляд. В действительности разговаривать с Петром Порошенко о прекращении военных действий на юго-востоке было почти бессмысленно.

24 августа в Киев прибыла Ангела Меркель. Официальной целью визита была подготовка к саммиту в Минске, и очевидно было, что госпожа бундесканцлер привезла в Киев конкретные предложения — иными словами, обозначила границы уступок, на которые готов ЕС, чтобы предотвратить дальнейшую эскалацию украинского конфликта.

О том, что эти уступки были достаточно серьезны, можно судить по истерической реакции наших доморощенных либералов. Волна, поднявшаяся в соответствующих СМИ после публикации на «Эхе Москвы» текста Андрея Илларионова «Пакт Путина–Меркель», весьма показательна. По мнению Илларионова, этот «пакт», который Россия и Германия в буквальном смысле «навязывают» Порошенко, включает в себя:

— Двустороннее безусловное прекращение огня.

— Определение внутриполитического устройства Украины не Украиной, а Россией и Германией, в результате которого восточным регионам Украины будет предоставлен особый статус, то есть создание «украинского Приднестровья».

— Отказ Украины не только от вступления в НАТО, но и от какого-либо сближения с НАТО.

— Отказ Украины от вступления в Евросоюз.

— Решение газовых вопросов к «вящему удовлетворению «Газпрома» и Германии».

— Предоставление помощи в размере полумиллиарда евро на восстановление разрушенного войной юго-востока.

Надо иметь в виду следующее. Андрей Илларионов, в прошлом советник Владимира Путина по экономической политике, является ведущим научным сотрудником Института Катона (США). Хотя Институт Катона известен как ведущий либертарианский think-tank, политические взгляды Илларионова весьма далеки от либертарианства. Уже достаточно давно он озвучивает в своих текстах и выступлениях не просто позицию пресловутого «вашингтонского обкома», но взгляды крайне правого крыла американского истеблишмента. Если у Илларионова вызывает отторжение весьма разумный и взвешенный план по урегулированию украинского конфликта, это означает, что подобный сценарий категорически неприемлем для вышеупомянутого крайне правого крыла.

Интересно, что уже после визита в Киев госпожа бундесканцлер в интервью немецкому каналу ARD сделала несколько примечательных заявлений. Так, она подчеркнула, что вопрос о вступлении Украины в НАТО «не входит в повестку» и что участие Порошенко в саммите альянса в Уэльсе в сентябре является «частью сотрудничества между НАТО и Украиной, но не членства». Еще более любопытно, что, говоря о проблемах взаимоотношения Украины с Таможенным союзом после подписания Киевом договора об ассоциации с ЕС, Меркель заявила, что допускает членство Украины в Евразийском союзе, а не в ТС. Разница в том, что Соглашение о свободной торговле с ЕС запрещает Украине входить в другие торговые союзы, однако не распространяется на альянсы политические, каким будет Евразийский союз. «Если Украина станет членом некой альтернативной интеграционной модели — только в политической плоскости — это теоретически не должно быть проблемой», — добавила госпожа бундесканцлер.

Позиция Германии — локомотива и лидера ЕС — в данном вопросе выглядит более чем гибкой. Берлину совершенно не нужен новый очаг напряженности в самом центре Европы. Еще до начала войны на Донбассе я писал о том, что для разрешения украинского кризиса требуется кооперация Москвы и Берлина. Однако усилия Германии по мирному урегулированию конфликта на юго-востоке успешно блокировались теми игроками, которые рассматривали войну на Донбассе как необходимое условие для комплексного ослабления России. Значительные усилия этих игроков уходили на предотвращение возможной связки между Москвой и Берлином. Так, по неофициальной информации, во время финала чемпионата мира по футболу в Бразилии между российским лидером и канцлером ФРГ была достигнута договоренность о совместных действиях по реализации мирного процесса на Украине, вплоть до использования российско-немецких миротворческих сил. Спустя несколько дней был сбит (скорее всего, украинскими ВВС) малайзийский «Боинг»...

Мирному урегулированию на Украине противостоят могущественные и обладающие колоссальными ресурсами силы. Неправильно было бы сводить их к одной лишь вашингтонской администрации: при всех его недостатках Обама «ястребом» всё же не является. За официальным фасадом украинской политики США угадываются смутные, но гораздо более мрачные тени: глобальные финансовые сети, представителями которых на Украине являются такие персонажи, как губернатор Днепропетровской области Игорь Коломойский. Именно они являются теневыми хозяевами формального украинского лидера. Именно их рекомендациям следует Порошенко, выступая в качестве якобы самостоятельной, а на самом деле предельно зависимой стороны в переговорах между Украиной, ЕС и Россией. И если рекомендации теневых хозяев входят в противоречие с позицией европейских партнеров, то украинский президент делает свой выбор не в пользу последних.

Именно поэтому предложения Меркель по урегулированию ситуации на юго-востоке были отвергнуты Порошенко. Его кураторам никакие компромиссы не нужны, им нужна война. И в Минск украинский президент прилетел вовсе не для того, чтобы договариваться о мире.

Вот только разговаривать с ним никто не стал. С марионетками не ведут переговоров. Кукла может открывать рот и говорить «мама», но ожидать от нее осмысленных речей и решений не приходится. Говорить нужно с кукловодами. А для этого нужно дождаться, когда ход событий заставит их выйти из тени.