Виктор Мараховский: Вручение "Золотого глобуса" картине Андрея Звягинцева "Левиафан" не имеет прямого или даже косвенного отношения к художественным достоинствам картины. Точно так же, как не имеет к художественным достоинствам факт награждения картины "Белые ночи" Кончаловского "Серебряным львом".
Вопрос: Но почему такие нарочито мрачные фильмы про Россию пользуются бешеным успехом на западе?
Виктор Мараховский: Последние десять лет отечественные режиссеры без устали снимали фильмы примерно про одно и то же – вымирающая, спивающаяся, коррумпированная, преступная русская глубинка. Они десять лет это снимали, но на Западе ничего не получали – потому что была другая политическая обстановка. Сейчас мы имеем дело с актуализацией такой "жесткой, проблемной, плохой" России.
Западная культурная элита – это легко управляемое и программируемое стадо. Весь медиа-класс там зачастую повторяет одни и те же формулировки в своих публикациях, телепередачах, потому что самостоятельное мышление там не сказать, чтобы приветствуется. Те фильмы, которые были сняты на любимую нашими режиссерами тему спивающейся России, мрачной, отчаянной, северной и бесчеловечной – это те фильмы, которые имелись на тот момент в фестивальном обороте и были награждены. Товарищу Звягинцеву просто очень сильно повезло с точки зрения конъюнктуры, мы и не отрицаем его мастерство, но еще раз – награда к художественным особенностям фильма никакого отношения не имеет. Мы помним случаи, когда на Западе давали "Золотые глобусы" и "Оскары" фильмам, скажем так, довольно слабым с художественной точки зрения.
Вопрос: И не только фильмам?
Виктор Мараховский: И не только фильмам, да. Вы имеете в виду Нобелевскую премию по литературе? Вручение премии Александру Исаевичу Солженицыну стало абсолютно титульным и лживым. Да и "Доктор Живаго" Пастернака тоже довольно скучная книжка, но там хотя бы фильм был снят более-менее кассовый. Но мы помним и такие странные вроде бы случаи, когда дали Оскар фильму "Повелитель бури", который был скучным и невнятным и провалился в прокате в Штатах.
Вопрос: Политическая ситуация сейчас очень напоминает Холодную войну, тогда же стратегия Запада была вполне понятной – высмеивать русскую культуру, тогда советскую, а произведения вроде "Доктора Живаго" или сочинений Солженицына, негативно рисующие быт и нравы русских, превозносить. Нет ли здесь повторения истории? Какая цель теперь?
Виктор Мараховский: Цель – вместо русской культуры представить нечто антироссийское - была тогда, и точно так же сейчас. Но здесь дело не только в том, что они как-то пытаются на нас повлиять. Дело еще и в том, что у них существуют стереотипы, что в России всегда зима, и там не бывает лета, там не бывает тепло, там не бывает весело, и нет хороших людей. Мол, в России все "долбанутые", непредсказуемые, сосредоточенные на себе, не соблюдающие никаких договоренностей, не признающие законов, пьющие водку и презирающие все живое.
Вопрос: Насколько цинично то, что Звягинцев берет сюжет из истории АМЕРИКАНСКОЙ глубинки и делает вид, что это типичная "русская история"?
Виктор Мараховский: Я слышал высказывания Звягинцева и самого продюсера Александра Роднянского на эту тему - мол, нет, ну что вы, это же универсальная история, это общечеловеческий сюжет! Мол, весь мир в этом увидит себя, хоть европеец, хоть американец увидит в этом что-то свое. На самом деле, если мы посмотрим западные рецензии, мы увидим, что "что-то свое, себя" – увидел один человек из 20. 99% увидели безжалостный "портрет коррумпированной путинской России".
Вопрос: На фоне жестоких политических баталий, когда Россию обложили санкциями, у нас буквально пик противостояния – и вдруг наш режиссер получает международную премию. А фильм этот, как будто случайно, про то, как мы плохо живем, какие мы ужасные, просто карикатурные русские. Случайность?
Виктор Мараховский: Это в чистом виде политический акт, чисто политическая конъюнктура, квазиполитическая. Потому что понятно, что тема России - актуальна, причем, именно в ключе "Мордер опять проснулся, за одинокой горой собираются тучи". Проснулся интерес к России. Конечно, это не настоящий интерес, это просто продукт "про ужасных русских". Дальше идет тот же механизм, который сначала раскрутил "Сумерки", потом из фанфика на "Сумерки" раскрутил "50 оттенков серого", а потом из фанфика на "50 оттенков серого" еще какую-то ерунду сделал бестселлером. Раскрутка негативного образа "ужасной" России. Я очень удивился, что оскаровский комитет выдвинул это дело на премию, притом, что руководит всем этим товарищ Меньшов, несомненно, приличный человек.
Вопрос: Известные круги пытались создать скандал вокруг фильма, что, мол, шедевр кино запрещают в тоталитарной России (на самом деле заминка была связана с принятием закона, запрещающего мат в художественных произведениях, фильм не вышел в прокат, потому что его "запикивали"), возможно жест Меньшова был как раз направлен на то, чтобы показать – нет, это не запретный фильм, даже признанный у нас?
Виктор Мараховский: Там была такая версия, что "ах, вы хотели фильм про пьяную Россию, вот вам фильм про пьяную Россию". Единственное, что могу хорошего сказать про этот фильм - это замечательная операторская работа (балабановский оператор работал над фильмом). А про запреты - зачем запрещать? Ну, кто его смотреть будет вообще добровольно? Только какие-то московские элиты? Такие фильмы всегда проваливаются в прокате, они никогда не собирают полные залы – опасения прокатчиков понятны. Вообще же главная беда нашего кинематографа – это то, что мы являемся великой артхаусной державой, практически не имея зрительского кино. Ниша пошлых комедий у нас занята КВН-щиками разных лет. Что же касается школы отечественных триллеров, боевиков, исторических драм, батальных фильмов, фантастики – там полный провал, там нет подобного "КВН-а", который бы заполнил ниши этих жанров.