WSJ: «рынок умер» — украинские фермеры подсчитывают убытки от коллапса зерновой сделки
Выход России из зерновой сделки стал тяжёлым ударом для украинских фермеров, пишет The Wall Street Journal. По информации издания, из-за увеличения транспортных издержек, падения цен на зерновые внутри страны и удорожания удобрений и химикатов сельхозпроизводителям едва удаётся сводить концы с концами.
В прошлом месяце Россия вышла из международного соглашения, обеспечивавшего экспорт украинской сельхозпродукции по Чёрному морю, а потом нанесла серию ударов по черноморским портам страны, в результате существенно затруднив экспорт трёх четвертей украинского зерна, напоминает The Wall Street Journal. Как констатирует издание, главными пострадавшими от таких шагов Москвы оказались украинские фермеры, чья «и так тяжёлая доля стала ещё тяжелее».
Как разъясняется в материале американской газеты, тогда как мировые цены на зерновые после коллапса зерновой сделки резко выросли, на Украине они, напротив, упали, поскольку рынок страны оказался переполнен запасами продовольствия, по сути запертого в её границах: на данный момент украинские фермеры, доставляющие пшеницу в порты на берегу Дуная, получают до $160 за каждую тонну — то есть меньше, чем получали, когда сделка ещё была в силе, а тем временем на другом берегу той же реки, в Румынии, их коллеги продают зерно по $215 pза тонну.
Украинские фермеры уверены, что «рынок мёртв», и признаются, что им едва удаётся удержаться на плаву, пишет WSJ. Многим из них из-за падения доходов скорее всего будет тяжело найти средства на посев следующего урожая, из-за чего производительность украинского сельхозсектора на фоне и без того высоких цен может упасть, предупреждает издание.
По информации WSJ, некоторые фермеры уже говорят, что из-за последних событий решили засеивать меньше озимой пшеницы; другие, ожидая затруднений с экспортом, заранее начали переходить на более прибыльные культуры. Лидирует среди них подсолнух — однако фермеры знают, что эта культура быстро обедняет почву. Это, впрочем, не мешает им наращивать площади под подсолнухи: по данным украинского правительства, в 2023 году сельхозпроизводители посадили на 4% больше подсолнухов, чем годом ранее. При этом заменяют ими, как правило, кукурузу, производить которую стало значительно дороже из-за необходимости её сушить — для этого необходима электроэнергия, которая подорожала из-за российских ударов по инфраструктуре, пишет WSJ.
В настоящее время экспорт украинского продовольствия идёт либо через западную границу страны, либо через два небольших порта на Дунае — Рени и Измаил, по которым также наносила удары Россия, говорится в материале издания. Однако август обычно является не слишком активным для украинских экспортёров зерновых периодом: настоящим испытанием для страны станут сентябрь и октябрь, когда на Украине соберут урожая кукурузы и растительных масел. По данным украинских властей, в этом году Киев планирует экспортировать около 57 млн тонн зерновых и растительных масел — но через наземные границы страны с ЕС можно провозить лишь 15-16 млн тонн продовольствия в год, а следовательно, если пропускная способность наземных экспортных путей не будет увеличена, весь остальной объём придётся везти через дунайские порты. При этом в прошлом сезоне около половины всех экспортных поставок зерновых — около 29 млн тонн — были осуществлены через Чёрное море, подтверждают официальные лица в Киеве.
Украинские фермеры предупреждают, что страна столкнётся с огромными проблемами, если черноморские пути не будут вновь открыты, пишет WSJ. Одна из причин — существенное повышение транспортных затрат: в прошлом году экспорт зерна по Чёрному морю обходился в $29 за тонну, тогда как через дунайские порты — уже в $124, а через наземную границу с Польшей — в $140; в этом же году цены вырастут ещё сильнее. Параллельно дорожают удобрения и химикаты.
От того, насколько хорошо украинские сельхозпроизводители справятся с ситуацией, будет зависеть состояние всей экономики: до февраля 2022 года на сельское хозяйство приходилось около 40% всего экспорта Украины, в заключение отмечает обозреватель WSJ.
