ВЗГЛЯД: Ваша деятельность направлена на борьбу за права африканского населения в США, Африке или по всему миру? И откуда вы берете деньги на свою работу?

О. Е.: В первую очередь в США, во вторую – по всему миру. Наша организация международная. У нас есть крупные отделения во Франции, Великобритании, Германии, Бельгии и Швеции. Более того, у нас есть отделения в Кении, Южной Африке, Сьерра-Леоне и Сенегале. Все наши организации – африканские, и наша цель – добиться полного освобождения и единства народа Африки. Кроме того, наша задача – это завоевание власти. В рамках сегодняшней демократии мы не можем защитить свои интересы. А разговоры о демократии – все это сказки.
Очень часто мы вербуем членов нашей организации в США и отправляем их в Африку. Мы организуем поездки врачей, инженеров в страны Африки. Мы построили несколько школ и больниц.
Деньги мы зарабатываем сами. У нас есть мебельные магазины в Калифорнии, Пенсильвании в других штатах. У нас есть сеть своих кафе и ресторанов, где мы продаем африканскую еду. Американское государство, как вы могли догадаться, нам не платит, у нас нет грантов или финансовой помощи.

ВЗГЛЯД: Омали, у вас интересная биография. Вы родились в США, участвовали вместе с Мартином Лютером Кингом и его братом Альфредом Кингом в «Движении за права чернокожих в США», были посажены в тюрьму за «акт гражданского неповиновения».

О. Е.: Я родился во Флориде, где процветало рабство, впрочем, как и во всех южных штатах Америки. Я вырос в период, когда африканцев линчевали, убивали, вешали и сжигали без каких-либо причин. Все мое детство и юность прошли под впечатлением рабства: я читал об этом, я слышал об этом. Все африканцы южных штатов прекрасно знали, что происходило в США десятилетия назад.
Тогда мне рассказали историю, которая повлияла на всю мою жизнь. В годы рабства 15-летний африканец из Чикаго был отправлен своими родителями в Миссисипи на каникулы. Там он был обвинен белыми американцами в изнасиловании белой женщины. И в разгар рабочего дня его вытащили из дома его деда. Толпа разъяренных животных прямо на центральной площади растерзала его, после чего его мертвое, замученное тело выкинули в реку. Когда мне рассказали эту историю, мне тоже было 15 лет.
Все мое детство и юность прошли в период жестокого апартеида со стороны белых американцев. Более того, я жил в период, когда я понимал, что американцы могут убить меня безо всякой причины. И это случалось сплошь и рядом.

ВЗГЛЯД: Когда вам было 18, вы пошли в армию США. Почему вы приняли это решение?

О. Е.: Я хотел уехать из Америки, а в армии была такая возможность. Я надеялся, что хоть там не будет дискриминации и расизма. Меня сразу же отправили в Германию. Это был период, когда сооружали Берлинскую стену, в 1961 году. Я служил на известном контрольно-пропускном пункте «Чарли».
Только подумайте, в это время в США идет борьба за права чернокожего населения во главе с Мартином Лютером Кингом. Африканцев дискредитируют и убивают без причин. А я в армии США, мерзну в танке в Берлине, и мне говорят, что я должен убивать русских – людей, которые никогда ничего плохого не сделали в отношении африканцев и Африки.
Это было уроком для меня: стоя там, я понял, что враги не по ту сторону Берлинской стены. Я осознал, что враги африканцев – это не русские и не СССР. Враги – это белые американцы, которые плюют на африканцев. К тому же прошло 15 лет после уничтожения фашизма, и у меня нет никаких проблем с немцами или русскими. Но у меня есть проблемы с моими сослуживицами в армии – с белыми американцами, с которыми я должен быть на одной стороне баррикад.
После этого меня переслали в южный штат Джорджия – некогда центр рабства. Это было осенью 1962 года, в период Карибского кризиса. Я был единственным африканцем в составе конвоя. Мы ехали на военную базу для того, чтобы защищать США от советских ракет. И я помню, как сейчас, как мы остановились для того, чтобы поесть. И владелец ресторана сказал мне: «Ты не можешь зайти сюда, ты чернокожий».

Понимаете? Я еду умирать, защищать США от русских ракет, и мне говорит владелец общепита, что я не имею права есть с остальными солдатами. Ни один сослуживец ничего не сказал по этому поводу. И я подумал: это то, ради чего я готов умирать? Что мне сделали русские или кубинцы? А что мне сделали белые американцы?
Это было частью моего политического образования. Я понял, где враг, где друг. После этого я написал 30-страничное письмо президенту Кеннеди. Они решили, что будет лучше освободить меня от воинской службы и отправить во Флориду. Тогда я и вступил в «Движение за права чернокожих в США».

ВЗГЛЯД: Сегодня мы видим, что в США есть серьезные проблемы межрасовых отношений. Убийство Фредди Грея в Балтиморе, Майкла Брауна в Миссури, Тамира Райса в Огайо и Уолтера Скотта в Южной Каролине. И это только последние и самые громкие случаи убийства белыми полицейскими безоружных афроамериканцев. По данным американской газеты The Washington Post, в 2015 году полицией было убито почти 400 человек – большинство чернокожие. Почему после стольких лет борьбы за права чернокожего населения Америки мы видим такое?

О. Е.: Вы должны понимать: все, о чем вы говорите, не новое явление в США. Это всегда было, просто об этом умалчивают. Почему об этом начали говорить чаще? Потому что африканцы восстали в штате Миссури, в Фергюсоне, после гнусного убийства Майкла Брауна. Именно это заставило американские власти применить не только полицию, но и национальную гвардию, военных и даже тяжелую технику для того, чтобы погасить революционный порыв африканцев. Сопротивление в Фергюсоне радикализировало молодых африканцев в США. Теперь полиции будет сложнее терроризировать африканскую молодежь. С другой стороны, акты террора и убийства африканцев будет сложнее замалчивать.

ВЗГЛЯД: Некоторые американские политики и общественные деятели называют вас вдохновителем восстания в Фергюсоне. Другие говорят, что вы «враг порядка и законности». Есть и те, между прочим, серьезные политики и эксперты, которые называют вас «злом» или «библейским голосом тьмы, хаоса и зла».

О. Е.: Вдохновителем восстания людей в Фергюсоне явилось убийство 18-летнего Майкла Брауна. Нелепо говорить, что какая-то одна личность или организация является вдохновителем событий в Фергюсоне. Но я надеюсь, что моя работа в Фергюсоне помогла укрепить сопротивление и вывести его на новый уровень. Сегодня расизм в США находится на катастрофическом уровне.

Избрание Барака Хусейна Обамы президентом США должно было показать, что Америка якобы пережила расизм, что дискриминация и убийства чернокожих в прошлом. Смотрите, якобы с империализмом покончено: Джордж Буш, как символ империализма, колониализма и войн, в прошлом. На его месте Барак Хусейн Обама, который придает США лицо не колонизатора, а колонизируемого, лицо раба и угнетенного. Американский империализм явился с лицом жертвы колониализма.
Но это трюк. Они манипулируют лицом Обамы: вот, смотрите, у нас нет расизма и апартеида, у нас черный президент.

Одновременно с этим положением черных в США ухудшилось многократно. Обама тратит деньги направо и налево, раздает их банкам, ведет войны на Ближнем Востоке. Африканское население же сидит без работы. Белые американцы в 22 раза богаче, чем африканцы. Барак Обама не сказал ни слова о правах чернокожего населения в США. Более того, он назвал людей в Фергюсоне и Балтиморе преступниками. Безработица черного населения в 22 крупнейших городах США составляет 45 процентов.

Американская полиция – это оккупационная сила для африканцев. Полицейские смотрят на африканцев и видят в них предмет колониализма. Постоянно останавливают и обыскивают африканцев и латиносов. В США самое большое количество людей, сидящих в тюрьмах, в мире. Половина этих людей – африканцы.

Что изменилось? Почему мы вдруг заговорили о «мягкой силе»? С развитием сети интернет и других СМИ информация становится более доступной, а национальные информационные границы стираются. Освещение текущих событий в СМИ теперь имеет геополитическую подоплеку, отражая, помимо прочего – если говорить о силе и могуществе – отношения между государствами.

Най утверждает, что «мягкая сила» сродни пропаганде. Но если первое подразумевает распространение нейтральной, непредвзятой информации, то во втором случае об этом речь не идет. Однако в случае с Китаем границы между «мягкой силой» и пропагандой достаточно сильно размыты. Китай все активнее участвует в жизни мирового сообщества.

Китайское руководство делает всё, чтобы дать достойный отпор информационным потокам из-за рубежа и убедить скептически настроенную аудиторию в разных странах в том, что появление Китая на мировой арене – это хорошая новость. Китай старается усилить свое международное присутствие и ведет активную работу, для того чтобы показать себя мировому сообществу в как можно более выгодном свете.

Глобальная медиастратегия

В западных СМИ о Китае говорят всё чаще – частично из-за удивительной для иностранцев политической модели, частично из-за экономической мощи.

Раньше Китай периодически проявлял «жёсткую силу», особенно в Азии, а сейчас стремится исправить свой имидж и в каком-то смысле противопоставить себя США. Пекин старается понравиться – это стержень глобальной информационной стратегии, который ярко проявляется в инициативах по применению «мягкой силы».

За развитием информационного поля четко следит государство. Среди главных целей выделяют улучшение репутации за рубежом, влияние на китайские диаспоры по всему миру и – не менее важную – повышение привлекательности страны для своих же граждан. Китайские СМИ должны дать отпор негативным материалам в иностранной прессе, где обсуждаются проблемы Китая в области соблюдения прав человека или экологии.

Чтобы конкурировать с «устоявшимися» международными игроками, в начале XXI века Китай создал сеть англоязычных вещательных платформ – CCTV (Центральное телевидение Китая) и CNC World (Новостная сеть китайского агентства «Синьхуа»). Очевидно, что СМИ играют ключевую роль в определении степени влияния, которую быстро развивающиеся страны типа Китая будут оказывать на мировой арене, а это, в свою очередь, будет поддерживать баланс сил.

Информация значит сила, и, осознавая это, развивающиеся страны активно используют СМИ как средство повышения своей роли на планете. Не исключение и Китай. Как и другие страны из этой категории, Пекин прекрасно разбирается в медиастратегиях для улучшения своей репутации за рубежом и использует информационные потоки для повышения влияния на международной арене.

Автор статьи: Стефани Хэн, исследователь коммуникаций и СМИ, Сент-Луисский университет, Брюссель.

Оригинал новости ИноТВ:
http://russian.rt.com/inotv/2015-06-01/ … mogut--bit