Похоже, та скорость, с которой Кремль провёл свой «сирийский дебют», поставила Вашингтон в тупик. Вашингтон явно не ожидал от Кремля такой прыти и выглядит растерянным и слабым.

Обама вчистую проиграл Путину очередную партию "мировых шахмат". Россия сумела создать коалицию стран — Сирия, Ирак, Иран — готовых, в отличие от Запада, реально воевать «на земле» и побеждать противника в контактном бою. Москва вернула себе роль геополитического лидера, без содействия которого невозможно решить ни одну из важных международных проблем. Запад раскололся: часть стран Евросоюза и НАТО открыто поддержали российское участие в сирийской войне. Отставка Асада снята с повестки дня, это признал даже «непримиримый» Вашингтон.

Теперь Москве важно не потерять темп, удержать инициативу в своих руках, развить успех. Если наше вмешательство в Сирии действительно позволит сдвинуть ситуацию с мертвой точки и серьёзно потеснить ИГИЛ, то Путин безусловно превратится в политика №1 во всем мире, а Россия получит хороший шанс добиться своего и на Украине, и в целом — в деле возрождения своей исторической мощи, в деле воссоединения русского народа в едином государстве.

Теперь по пунктам, почему в Сирии не получится «второго Афганистана» и почему мы там всех победим:

1. Наличие у России мотивированных союзников, готовых взять на себя всю тяжесть сухопутных операций.

2. Наличие у России военных технологий нового поколения, обеспечивающих недоступную ранее эффективность связи, радиоэлектронной борьбы, разведки, целеуказания и поражения обнаруженных целей.

3. Невозможность для США официально создать антироссийскую коалицию на Ближнем Востоке, не выступив перед мировым сообществом в неприглядной роли защитника варваров-террористов, которые сжигают людей живьём и рубят им головы.

4. Невозможность (в отличие от Афгана) наладить массовое вооружение антироссийских сил в Сирии и Ираке современными средствами противовоздушной обороны, системами противотанковой борьбы, боеприпасами и средствами связи.

5. Помимо собственного богатого опыта Афгана и Чечни, наша тактика сегодня базируется на анализе тех ошибок и просчётов, которые привели США к краху в Ираке и Афганистане.

6. После воссоединения с Крымом в обществе преодолён «синдром распада СССР». Политика Путина опирается на прочное основание широкой народной поддержки. А первые успехи в Сирии помогут нам быстро преодолеть и «афганский синдром», после чего морально-психологическое состояние русского народа быстро пойдёт на поправку.

7. Военно-воздушная база в Латакии в сочетании с военно-морской базой в Тартусе позволяют России создать над Сирией, Ираком и в восточном Средиземноморье «зону закрытого доступа» не только для боевиков-исламистов, но и для ВВС США и стран НАТО.

Таким образом, сегодня Россия обладает всем необходимым, чтобы выиграть сирийскую военную кампанию и вернуть себе как статус главного игрока на Ближнем Востоке, так и позицию мировой сверхдержавы — законной наследницы Российской империи.

Господи, помоги!

В объединение вступили те, кто кровно заинтересован в установлении жёсткой преграды перед разливающимся по миру хаосом. В сегодняшних тяжёлых условиях, когда в хаос затянуты уже целые страны, а сама его воронка продолжает неуклонно расширяться, поглощая всё новые и новые регионы и расшатывая мир всё сильнее, на Ближнем Востоке организационно оформились силы сдерживания. Причём помимо этих общих целей каждый из участников коалиции имеет в ней и свой персональный интерес.

Сирия шиитов, алавитов, друзов и христиан — отбиться от ИГИЛ и просто физически выжить.
Курдский и прочий неигиловский Ирак — практически аналогично.
Шиитский Иран — сдержать смертельного врага на дальних подступах, не допустить разгрома сирийских шиитов и конфессионально близких алавитов, не остаться один на один с многочисленными суннитско-ваххабитскими противниками.
Россия — остановить радикальный и резко враждебный ей ислам как можно дальше от своих южных кавказских рубежей, известная часть населения которых откровенно сочувствует "халифату". Ну и заодно создать авиационные и военно-морские базы в Средиземноморье, выбираясь из режима геополитического гетто, куда наша страна угодила в результате распада СССР и капитуляции в холодной войне.

Разумеется, среди всей вышеназванной четвёрки аргументы в пользу необходимости непосредственного участия в сирийской войне у нашей страны выглядят не самыми неоспоримыми. Всё-таки от потенциально взрывоопасных северокавказских республик РФ игиловские боевики отделены не только территорией Турции, но и целым поясом из закавказских государств в лице Грузии, Армении и Азербайджана, которые в силу своей конфессиональной принадлежности никак не могут принять джихадистские идеи. Однако и степень вовлечённости нашей страны в боевые действия будет самой низкой среди всех членов созданного в Багдаде координационного центра. Как неоднократно подчёркивалось высшими официальными лицами РФ, речь идёт лишь об оказании авиационной поддержки сражающимся на земле частям сирийской правительственной армии, курдского ополчения и отрядам иранских добровольцев-шиитов. Ввести же полноценный сухопутный контингент ВС РФ в Сирию проблематично по целому ряду объективных причин. Да и нет для России никакой насущной необходимости это делать, особенно на фоне приостановленной, но так и не выигранной войны в Донбассе. Для того чтобы остановить продвижение Исламского государства, скорей всего, окажется достаточно и интенсивной поддержки союзных нам войск с воздуха. Не стоит преувеличивать силу и боеспособность джихадистов. Действовать успешно они могут лишь против ослабленного противника, заведомо находящегося в уязвимом и невыгодном положении.

По сути, за последний месяц вместо псевдокоалиции США, будто бы ведущей с боевиками борьбу, был создан принципиально иной военно-политический блок. Если цель США и идущих у них на поводу государств Западной Европы заключалась в усилении деструктивных процессов на Ближнем Востоке, в натравливании радикальных исламистов на неугодные политические режимы, то задача союза, участником которого стала и Россия, заключается в обратном. В сдерживании сил хаоса, в недопущении распада других государств, в обуздании смуты, которая в той или иной форме представляет угрозу всем соприкасающимся с исламским миром странам.

Прогнозировать дальнейший ход сирийской войны сейчас достаточно сложно. Без сомнения, он будет находиться в тесной взаимосвязи с общим раскладом сил на "мировой шахматной доске" и, судя по ряду признаков, напряжение в глобальной игре будет только нарастать. К озвученной госсекретарём США Джоном Керри угрозе следует относиться серьёзно — не для того наши "партнёры" столь упорно потворствовали Исламскому государству, чтобы российская авиация внесла перелом в сирийскую войну. Никакого консенсуса между Россией и Америкой здесь достигнуто быть не может. Шаги западной стороны, направленные на дальнейшее раздувание пожара, последуют наверняка.

Но, к сожалению, раз уж мы угодили в положение, в шахматах именуемое цугцванг, то есть связывающий ход, когда хороших продолжений нет, когда любой вариант чем-нибудь мешает, надо учитывать это положение и искать ходы — лучшие из возможных. И вот тут, насколько я могу судить, найдено довольно много. Во-первых, очень важно, что в отличие от американцев, мы свои действия координируем с сирийцами. А ведь известно, что комбинированное воздействие по нескольким каналам с военной точки зрения несомненно эффективнее одиночного удара. Собственно, даже если бы американцы действительно хотели бы уничтожить террористов в Сирии, то бомбёжки без координации с наземными сирийскими войсками всё равно не дали бы эффекта. А наши действия, скорее всего, принесут вполне ощутимый результат. Кстати, это видно хотя бы из того, какую массовую истерику учинили западные средства массовой рекламы, агитации и дезинформации, а заодно их репродукторы, именующие себя либеральной оппозицией, свободными СМИ и прочими красивыми словами. Судя по этой истерике, мы действительно первым же ударом зацепили что-то достаточно важное.

Кроме того, поскольку прекрасно известно, как именно финансируются игиловские террористы: главный канал финансирования — это перепродажа иракской и сирийской нефти по дешёвке, то мы можем, взяв под контроль соответствующие компоненты инфраструктуры, довольно заметно ослабить террористов ещё и в финансовом отношении. Кроме того, по правилу «Кто предупреждён, тот вооружён», думаю, что наши спецслужбы заранее подготовились к всплеску террористической активности на нашей территории. Более того, не исключаю, что какие-то противники если не вполне выявлены и перехвачены, то будут выявлены в ближайшее время именно в силу своего вынужденного повышения активности. Так что надеюсь, что в ближайшем будущем ощутимых угроз не будет видно.

А дальше посмотрим. В конце концов, у нас есть ещё один очень заметный союзник — общественное мнение. Конечно, те же американцы давно и хорошо научились им манипулировать. Но как показывает весь мировой опыт, в тот момент, когда жертвы манипуляций осознают, что ими манипулируют, они реагируют на это крайне жёстко, и манипулятору долго приходится думать только о том, как спрятаться от — можно пышно сказать — народного гнева.

А нужно ли было нам вообще влезать в это? Как справедливо отметил Владимир Путин, преступники, накопившие опыт в Сирии, рано или поздно попробуют применить этот опыт где-нибудь ещё. Естественно, нам гораздо легче и полезнее бить их подальше от себя, чтобы они могли употреблять против нас поменьше средств преступления. Могу процитировать своё очень давнее четверостишие:

Чем дальше от своих границ
Встречать возможную угрозу,
Тем меньше риска ощутить
Её вблизи родной берёзы.

В этот раз, по-хорошему, следовало бы встречать эту угрозу ещё на западном берегу Атлантического океана. Но, думаю, что и сейчас она ещё не слишком близка, и мы имеем некоторые шансы с ней разобраться.