И вот конец зимы, подобревшее солнце, я иду по аллее, выпендрившись в легкую куртку после дурацкого неподъемного клетчатого пальто. Навстречу мне мама. Под ложечкой засосало… Она меня видит. Я не знаю, что врать и имеет ли это смысл.

Подходит, улыбается:

– А я «Московские повести» Трифонова достала – чур первая читаю.

Я что-то мямлю, тревога усиливается. Она продолжает как ни в чем не бывало:

– Мне премию дали. Пойдем, купим что-нибудь.

Мы идем. Маме – кофточка, бабушке – шаль, мне – ветровка. На оставшиеся деньги покупаем доступные вкусности, среди которых пакет горячих слоек. Мы усаживаемся на лавочку и едим их.

– Ты прогуливаешь школу? – улыбнулась мама.

– Да, – коротко ответила я.

– Ну и ладно, – сказала вдруг мама абсолютно спокойно.

Мама, которая в мои первые школьные годы могла методично рвать тетради до тех пор, пока ее не начинал устраивать мой почерк.

– Почему ты не ругаешься? – честно спросила я.

– А зачем? Я могу заставить тебя ходить, но не могу заставить хотеть заниматься тем, что тебе не нравится. И я точно знаю, что если я буду настойчивой, то ты перестанешь хотеть даже то, на что у тебя есть и способности, и желание. Стань тем, кем ты должна стать, а не тем, кем становятся те, кого допинывают до результата.

Эти слова я помню каждый день. И я живое доказательство того, что, когда тебе позволяют быть самим собой и делать то, что тебе действительно нравится, тебе не придется жить от выходных до выходных. И не придется ненавидеть то, чем ты вынужден заниматься. Тебе становится хорошо в собственной жизни.

И еще я твердо убеждена, что воспитывать свободой (не вседозволенностью!) куда как лучше, чем концлагерем по имени «обязан».

Впрочем, каждый пусть выбирает сам.

Лиля Град