Женщина стояла посреди ночи возле открытого холодильника…
Целую неделю она худела. И даже удалось сбросить полкило.
А на выходные она решила для мужа и детей приготовить вкусненького.
Маленькие котлетки, жареная рыбка и, разумеется…
Ах, это оливье на майонезе, с большим количеством солёных огурчиков!
Она стояла в призрачном свете, льющемся из недр недоступного теперь для неё холодильника. Потому что диета не позволяла, и было гораздо больше шести часов вечера. А всем известно — после шести есть нельзя!
Она стояла и тяжело вздыхала, втягивая в себя эти прекрасные запахи.
Снизу тоже тяжело вздохнули. Женщина наклонила голову и увидела…
Толстый серый кот сидел у её ног и смотрел завороженным взглядом на яства, недоступные ему. Он взглянул на неё, и ей показалось, что он улыбается.
— Сволочь пушистая, — заметила она. — Чего притащился? Ты на диете. Врач сказал. Чего проснулся? Иди отсюда!
Протяжный стон был ей ответом.
— Нельзя есть после шести вечера, — ответила она и, облизнувшись, посмотрела на котлетки.
Маленькие такие. Очень маленькие… Несчастные…

Девочка бежала. Рядом — белая собака.
— А куда бежим? — заглянув ей в глаза, спросила собака.
— Не знаю... надо, — ответила девочка, запнувшись на вдохе.
Собака сбавила темп:
— Я не хочу бежать.
— Почему? — удивилась девочка. — Ты же любишь бегать!
— Люблю, — кивнула собака. —
Когда в лапах радость, ветер зовёт,
или ты смеёшься и бежишь — и я за тобой.

Они остановились.
Трава была тёплая. Облака — медленные.
Собака легла первой. Повернулась боком к небу:
— Смотри, вон то — на меня похоже. Белое, пушистое...
Только хвост в другую сторону.
Девочка присела рядом. Немного поёрзала.
Потом легла на спину, закинув руки за голову.
Над ней разлилась безмятежная синь.
Неспешно плыли облака. Мысли притихли.
Стало слышно, как дышит собака.
Она погладила её по мягкой шерсти.
И улыбнулась.
Собака чуть вильнула хвостом и выдохнула, словно соглашаясь:
— Успеем. Самое важное тебя не обгонит.
От Ариши Леар

Нет, Юля, эта боль не навсегда. Проходит всё: и вторник, и среда. И понедельник не стоит на месте. В дороге от создателя поры мы учимся придумывать миры, пока мигает лампочка в подъезде, испытывая страх перегореть. На улице апрель, вторая треть, а, значит, непременно будет третья. Потом садово-огородный май. Теперь как хочешь, так и понимай, о чëм они — мгновения, столетья, хотя задача вряд ли по уму. А, повинуясь сердцу своему, что хочется, то, в принципе, и делай. Смотри сирень, черемуху, каштан. Возможно, развеселый капитан рассветной управляет каравеллой, считая — ты единственный маяк для сказочных бродяг и забияк, давно не забредавших в наши сети усталых собирателей лексем.

Да, Юля, свет даётся насовсем по факту проживания на свете. Дыши ровнее, слушай облака. Планета от создателей клубка к чудесным превращениям готова. И тикают, и такают часы тебе, дочь ведьмы средней полосы и демиурга. Самого простого.

Арт: Raimondas Kairys (Рэймонд Кайрис).

Маша Кохно

Простите мама оч понервничала из за крис и ее высказываний поэтому я буду блокировать кто будет ее имя упоминать ребята это ради мамы и ее здоровья (она опять такое натворила и мама об этом узнала а я не хочу маме делать нервы меня ничего не волнует кроме ее здорвья!