Предательство всегда заканчивается плохо

23 августа 1979 года мировые СМИ облетела новость: во время гастролей Большого театра в Нью-Йорке один из самых ярких премьеров советского балета, 29-летний Александр Годунов, попросил политическое убежище в США. Побег произошел двумя днями ранее, когда танцовщик просто не вернулся в отель. Годунов надеялся, что его жена, солистка Большого театра Людмила Власова, поддержит его выбор и останется с ним в Америке.
Однако советское посольство и сотрудники КГБ сработали молниеносно -  Власову немедленно отвезли в аэропорт имени Кеннеди и посадили на рейс «Аэрофлота» до Москвы. Американские спецслужбы и Госдепартамент США заблокировали вылет Ил-62 прямо на рулёжной дорожке, заподозрив, что балерину вывозят насильно. К урегулированию тупиковой ситуации подключились высшие лица двух сверхдержав — Леонид Брежнев и Джимми Картер, а адвокат Орвилл Шелл пытался добиться личной встречи супругов.
Драма на взлётной полосе продолжалась 73 часа. Всё это время пассажиры и экипаж оставались в заблокированном самолёте. Развязка наступила прямо на аэродроме в специальном нейтральном автоприцепе, куда Власова согласилась выйти для собеседования с американскими чиновниками. Балерина твердо заявила, что любит мужа, но решение вернуться к матери в СССР приняла сама.
27 августа самолёт наконец взял курс на Москву. Власова и Годунов больше никогда не встречались лично. Их брак был расторгнут в 1981 году через советское консульство. Годунов сделает блестящую карьеру в American Ballet Theatre и Голливуде (сыграв, в частности, одного из террористов в фильме «Крепкий орешек»), но, по свидетельству близких друзей Годунова и его голливудского окружения, до конца жизни будет тосковать по родине и оставленной любви.  В начале 1980-х у него начались проблемы с алкоголем, в 1982 году его со скандалом уволили из American Ballet Theatre и в мае 1995 года он скончался в своей квартире в Вест-Голливуде в возрасте 45 лет.

Эдвард Радзинский, история жизни

Она началась не в московской коммуналке, где будущий драматург появился на свет холодной зимой 1936 года, а почти двадцать лет спустя — на южном солнце, в Алупке, в кафе-мороженое, куда семнадцатилетний Эдик зашёл просто поглазеть на девушек.

Он тогда окончил девятый класс и чувствовал себя взрослым до неприличия. Родители привезли его в пансионат «Актёр», и он, конечно, сразу заметил ту, что сидела за столиком с подружками. Алла была старше на шесть лет, училась в театральном, и вообще казалась существом из другого мира. Эдик подошёл, заговорил — и сам удивился собственной смелости. А она не рассмеялась, не отмахнулась, а посмотрела внимательно и ответила. Так и началась эта история, которая могла остаться курортным романом, а стала судьбой.

Мать Аллы, Лия Гераскина, автор любимой детской сказки про страну невыученных уроков, пришла в ужас, когда дочь объявила о свадьбе. Помню, читая её воспоминания, я почти услышал, как она накапывает валерьянку и причитает: «Тебя посадят за совращение малолетних!» И правда, Эдик ходил в десятый класс, когда делал предложение любимой женщине. Но Алла была непреклонна: она видела в нём не мальчика, а человека, с которым ей интересно. Наверное, в этом и был её дар — разглядеть будущего большого человека раньше, чем он сам поверил в себя.

Помню, как Ширвиндт, узнав о свадьбе, прислал невесте пионерский галстук. Остряк, что с него взять. Но эта деталь — не просто шутка, а целая эпоха: молодожёнам дали кооперативную квартиру, Эдик поступил в историко-архивный институт, Алла получила распределение в Грозный. И он, безумно влюблённый, мотался к ней через всю страну, сидел на всех спектаклях, где она играла. Рассказывал потом, как местный премьер играл Сталина в «Кремлёвских курантах» так, что партийное начальство вскакивало в ложе. Того актёра звали Леонид Броневой. Я думаю, Радзинский тогда, глядя на сцену, учился ремеслу — впитывал характеры, жесты, голоса. Это была не просто поездка к жене, это была школа жизни.

А потом случился сын, и Алла вернулась в Москву, устроилась завлитом в театр миниатюр. Эдик писал. Пьеса про Индию — и её ставят в МТЮЗе, но детям скучно: герой размышляет стихами, а не машет шпагой. Следующую пьесу «Вам 22, старики!» разгромила Фурцева. Я представляю, как он вжимал голову в плечи, ожидая приговора на заседании министерства. А потом написал «104 страницы про любовь» — и произошло чудо: женщина-министр услышала его. «Как нам всем должно быть стыдно, что мы уже не умеем любить!» — сказала она. Пьесу поставили сто двадцать театров. И в тот момент ему казалось, что он всё умеет: и любить, и писать, и жить.

Но, видимо, в каждой судьбе есть свой переломный миг. Для Радзинского им стала Татьяна Доронина. Он увидел её на сцене БДТ — и, по его собственным словам, его будто током пронзило. «Я тут же забыл о супруге, — признавался он. — Таня — это же богиня, а не просто женщина!» И я, когда читал эти строки, поймал себя на мысли, что он не преувеличивает. Такое случается раз в жизни: мир переворачивается, и ты уже не можешь дышать по-старому.

Алла осталась позади. Развод, сын, боль — всё это спрятано между строк. А Радзинский и Доронина поженились. Она бросила Товстоногова, свою труппу, свой театр — ради него. И режиссёр, потеряв великую актрису, прислал ей телеграмму: «Я благодарю вас, вы единственный человек, который меня не предал». Почему-то эта телеграмма всегда казалась мне пронзительнее любых любовных писем. Потому что в ней — и боль, и благодарность, и уважение.

Пять лет они прожили вместе. Он писал, вдохновлённый любовью, она играла в его пьесах. Но однажды Доронина решила уйти. К другому. Как она сама потом говорила, уход из БДТ стал её ошибкой, и она всю жизнь жалела об этом. Мне жаль, когда слышу такое. Наверное, женщине, созданной для большой сцены, невозможно быть просто женой. Это не для неё. И они сохранили дружбу — на всю жизнь. Я думаю, это говорит о нём больше, чем любые слова: он умел отпускать.

Потом в его жизни была Елена Денисова — та самая машинистка Виржиния из «Ищите женщину». Моложе на двадцать четыре года. Она пришла к Богу, и они обвенчались. Он, который боялся предложить ей руку, потому что считал себя старым. Она, которая не хотела жить во грехе. Бог дал им друг друга. Елена давно оставила актёрскую карьеру и занимается благотворительностью, помогает аутистам. А на вопрос журналистов, почему Радзинского обожают женщины, отвечает просто: «Он так говорит — заслушаешься. А женщины любят ушами».

Эдварду Радзинскому сейчас восемьдесят девять. Он живёт в Москве, пишет, рассказывает о истории на телевидении. Его рост всего сто пятьдесят семь сантиметров — и какая разница, если рядом с ним столько женской любви, счастливой и несчастной, юной и мудрой? Я думаю, он сам понимает, как ему повезло. Потому и говорит: «Я слишком уважаю женщин, которые наградили меня счастьем быть с ними, и никогда не позволю, чтобы их имена стали достоянием всех».

И я, закрывая свой блокнот, чувствую лёгкую грусть. Потому что за всеми этими именами — Алла, Татьяна, Елена — стоят не просто женщины, а целые эпохи его жизни. Он однажды пошутил словами Пикассо: «Если бы мне некого было любить, я влюбился бы в ручку от двери». Шутка, конечно. Но за ней — правда человека, для которого любить — значит жить. И я думаю, именно это чувство — самое важное, что я вынес из его истории. Не даты, не пьесы, не звания, а простое человеческое: пока есть любовь, есть и жизнь. А когда она уходит — остаётся тихая, тёплая благодарность за то, что когда-то было. Так, наверное, и заканчивается настоящая судьба.

Умер Юрий Цурило, актёр из фильма «Хрусталев, машину!»

Мужчина скончался в возрасте 79 лет. Об этом в соцсетях сообщил его сын Всеволод Цурило:

«Сегодня не стало моего отца! Ушел из жизни прекрасный человек, самый лучший папа в мире, великолепный актер Юрий Цурило! Царствие небесное! Вечная память», — написал он.

Причина смерти, дата и место прощания с артистом пока не сообщаются.

Напомним, популярность и широкую известность Юрию Цурило принесли несколько ролей. Так, артист снялся в картинах «Хрусталев, машину!», «Поп», «В августе 44-го». Кроме того, Цурило играл в сериалах и спектаклях.

В этом году Павлу Воле исполнилось уже 47 лет, и он был прав, когда сказал про свою жену:

«Когда мы одиноки, нам хочется найти правильного человека, чтобы засыпать с ним и просыпаться, но мы все так устроены, что, получив это, начинаем хотеть чего-то другого».

«Знаете, в наше время девушку найти не сложно, сложно найти жену. И ты должен её любить хотя бы просто за то, что она из четырёх миллиардов мужиков выбрала именно тебя»