Tы имеешь право уйти из любой ситуации, в которой ты себя не видишь. Ты имеешь право уйти из любой жизненной истории, в которой ты себе не нравишься. Ты имеешь право уехать из города, который заглушает твой свет, а не позволяет сиять ярче, ты имеешь право собрать чемоданы и начать все сначала в другом месте, ты имеешь право изменить свою жизнь. Ты имеешь право уйти с работы, которую ты ненавидишь, даже если весь мир говорит тебе этого не делать. Ты имеешь право искать то, что мотивирует тебя вставать каждый день с постели до конца жизни. Ты имеешь право уйти от того, кого ты любишь, но кто плохо с тобой обращается. Ты имеешь право ставить себя на первое место и уходить, если ты пытаешься снова и снова, но ничего не меняется. Ты имеешь право уйти от плохих друзей, ты имеешь право окружить себя любовью, людьми, которые поддерживают тебя и помогают. Ты имеешь право брать ту энергию, которая тебе нужна в жизни. Ты имеешь право прощать себя за большие и маленькие ошибки, ты имеешь право быть доброй к себе, смотреть в зеркало и нравиться себе. Ты имеешь право освободить себя от своих же ожиданий. Иногда мы думаем, что уходить — это плохо, словно это значит сдаться и опустить руки. Hо иногда уйти — это лучшее, что вы можете сделать для себя. (с)

Глубокая керамическая миска с высокими бортиками выглядит в зоомагазине красивой и практичной, но для домашнего кота она превращается в ежедневное испытание.

Питомец с жадностью съедает несколько гранул из самого центра, оставляет нетронутым слой корма у бортиков, а затем поднимает морду и начинает с надрывом кричать на всю кухню. Хозяин вздыхает, глядя на наполовину полную тарелку, и списывает такое поведение на капризный характер. Стоит слегка встряхнуть посуду, чтобы корм снова собрался горкой посередине, как кот мгновенно съедает ещё пару кусочков.

Всё дело в тактильной перегрузке - синдроме усталости усов, когда рецепторы морды испытывают непрерывный сенсорный стресс.

Кошачьи вибриссы устроены несравнимо сложнее обычной шерсти. Корень каждого уса погружён глубоко в подкожный слой и заключён в индивидуальную волосяную сумку, густо оплетённую кровеносными сосудами и сотнями нервных окончаний. Эти осязательные волоски улавливают микроколебания воздуха, перепады давления и малейшие неровности поверхностей. Чувствительность здесь настолько острая, что даже лёгкое прикосновение к кончику уса посылает мощный поток импульсов напрямую в мозг.

Когда голодный кот опускает морду за кормом на дно глубокой узкой ёмкости, длинные вибриссы неизбежно упираются в высокие жёсткие бортики и заламываются назад. Пока питомец выедает середину, контакт с посудой остаётся умеренным. Но чтобы достать гранулы из углов, зверю приходится с усилием вдавливать морду в узкое пространство, непрерывно сминая чувствительные волоски.

Мозг животного захлёбывается потоком раздражающих сигналов. Это ощущение сравнимо с приёмом горячей пищи ложкой, которая постоянно задевает обнажённый зубной нерв. Кот остаётся голодным, жадно втягивает носом аппетитный запах, но каждое движение челюстей вызывает физический дискомфорт. Своим возмущённым криком голодный зверь прямо просит хозяина помочь достать еду без боли.

Решается эта бытовая драма за две минуты без ветеринарных обследований и смены рациона. Я давно перевела своих питомцев на широкие плоские тарелки с низкими бортиками и всегда рекомендую этот шаг: когда вибриссы свободно двигаются в воздухе, минуя края посуды, кот съедает порцию целиком за один присест, а вечерние концерты на кухне мгновенно сходят на нет.

На заправке чуть зависает касса. Все клиенты становятся зрителями. На сцене двое. Боевая бабушка…нет…язык не поворачивается ее так назвать. Взрослая мэм. Хорошая осанка, поставленный голос, уверенный взгляд.
Судя по ауре – юность была крепкая, еще до 90-х, в которых она просто смеялась в лицо эпохе. С ней внук.
Явно воспитываемый в японских традициях – слова «нет или нельзя» — запрещены. Но баловать – это не синоним «отсутствия требовательности».
Пацан лет 8. Немного смахивает замашками на героя О’Генри «Вождь краснорожих». Касса висит. Все ждут. У бабушки легкий диалог-троллинг с внуком. Чтобы было понятно – ассоциативно:
Бабушка – крепкая блестящая рельса. Внук – гибкий, юркий трос.
— Сходи в туалет.
— Может не надо?
— Может и не надо. Но останавливаться я не буду.
— А я в окно!
— Встречный ветер.
— Я открою окно в багажнике (видимо у бабули джип).
— Хорошо. Намочишь джинсы – сам постираешь и помоешь машину. (пауза)
— Лааадно… (пацан уходит…возвращается)
— Руки помыл?
— Да!
— Зачем врать?
— Как, бабуля????
— Лацканы сухие.
Пацан губами восхищенно пережевывает то ли «твою мать», то ли «бл…ть»….уходит-приходит.
— Может я пойду покормлю голубей?
— Иди. (пацан уходит, возвращается с возмущенным лицом)
— Там у входа два дяди курят.
— Выйди и скажи им, что на заправке курят дебилы отмороженные. Пусть затушат.
Он убегает со счастливым шкодным лицом… возвращается быстро… за ним двое… такие…сильные… уверенные… крепкие… демонстративно держащие сигареты в руках. Я бы при встрече с ними — перешел на другую сторону улицы. Взгляд лениво вопросительный «…и… чо за… на» дальше бывает по сценарию...
Бабушка видит их заход. Публика делится пополам. Одна достает телефоны и поп-корн. Вторая – в поисках аптечки. Охранник что-то сосредоточенно рассматривает за окном.
— Если вы ищите кто послал мальчика – это ко мне. Если начнешь ругаться матом – я тебе свисток сумкой разобью.
— Слышь, мамаша… (его перебивают, как в школе, когда учительница «накладывает» железным интонациями на глупые комментарии ученика-хулигана).
— Ты не охренел, пасынок? Какая я тебе – мамаша, полудурок, ты аморфный. Если ты думаешь, что своим целлюлитом меня прессанешь, то дико облажался. Рот даже больше не открывай. Ты все уже себе наговорил. Не тяни ко дну свою долю, а то проотвечаешься (пацан невозмутимо выбирает колу… бабушка на секунду к нему, не меняя напора:
— Возьми лайт, там сахара меньше (возвращается обратно в монолог). Затушили сигареты оба, и выкинули. Идиоты, прости Господи.
Как у Гоголя – немая сцена… один из парней вдруг хватает телефон, и с деловитым видом выходит….второй за ним…
— Бабуля, а если я тоже буду курить?
— Если ты будешь подтягиваться 25 раз, и тебе нечем будет заняться, и некуда тратить деньги – обкурись. Только стул вытирай.
— Зачем?
— Никотин из попы будет сочиться.
— Бабуля, а как вы раньше переписывались, айпадов и телефонов не было!!!
— На бересте, (видимо слегка закончилось ее терпение).
Пацан счастливо улыбается. Кассирша: «Касса заработала». Публика аплодирует.

© Александр Уткин

Чем старше становишься, тем меньше хочется шумных компаний и глобальных застолий. Предел мечтаний - встретить Новый год вдвоем с любимым мужчиной.

Теперь не готовишься заранее. Не пишешь список гостей за месяц, не продумываешь план новогодних мероприятий, не составляешь меню из тридцати блюд, которые потом готовишь сутки и ухандокиваешься так, что уже и отмечать сил нет. Не хочется наряжаться в красивые платья, надевать каблуки и блестящие украшения со стразами. Пижама с мишками вполне подойдёт.

Теперь хочется простого уютного счастья. Спокойных посиделок на кухне с закинутыми на колени любимому мужчине ногами в смешных шерстяных носках. С парой самых любимых блюд вместо опостылевшего "Оливье", "Селедки под шубой" и далее по списку.

Шампанское? Наверное, да. Но чисто символически. А потом наварить ароматного пахнущего корицей глинтвейна, залить в термос и отправиться гулять. Целоваться под елкой до обветренных губ и как дети ловить снежинки ртом. Под утро вернуться домой и со счастливой улыбкой уснуть в объятиях друг друга.

Счастье в простоте.

Маргарита Булгакова