Лукашенко также поблагодарил Эрдогана за приглашение принять участие в саммите Организации исламского сотрудничества, подчеркнув «важность для Белоруссии присутствия на таком масштабном форуме». Белоруссия исламским государством не является, но для нее эта площадка может также поспособствовать установлению новых контактов для развития торгово-экономического сотрудничества с рядом стран, считает Лукашенко.
Со стороны Минска это уже не первая попытка сближения с Анкарой после того, как испортились отношения Турции и России. Буквально в декабре 2015 года Академия наук Белоруссии обязалась расширить научно-техническое сотрудничество с Турцией. Научные организации двух стран уже ведут работы по проектам в области биоорганической химии, физики, а также исследования по оценке экологического состояния воды. В Минске отметили, что Турция заинтересована в расширении сотрудничества по нано-, био-, информационным и агротехническим технологиям, обмене научными сотрудниками и публикациями.
Официальный Минск воздержался от поддержки России в конфликте с Турцией и решил воспользоваться этим конфликтом с выгодой для себя. Получится ли?
Белоруссия делала попытки нарастить торговый оборот с Турцией и до политических осложнений Москвы с Анкарой. Так, четыре года назад турецкие бизнесмены ставили задачу нарастить товарооборот между странами с 0,5 млрд долларов в 2012 году до 1 млрд долларов через пять лет, то есть к 2017 году. Однако сделать этого так и не удалось. И хотя в 2015 году товарооборот между Белоруссией и Турцией вырос на пятую часть от уровня 2014 года, он по-прежнему составляет около полумиллиарда долларов, не более. Турция не входит даже в десятку крупнейших торговых партеров Белоруссии.
То же касается и инвестиций. В 2015 году белорусские СМИ сообщали, что объем турецких инвестиций в экономику Белоруссии увеличился в 400 раз. Однако в процентном отношении Турция на самом деле в прошлом году вложила в Белоруссию крупицы – менее 0,5% от совокупного объема иностранных инвестиций в экономику Белоруссии, отмечает Наталья Мильчакова, замдиректора аналитического департамента «Альпари».
Белорусская экономика ориентирована в первую очередь на Россию и страны ТС. В условиях экономического кризиса Минск пытается диверсифицировать свои экспортные поставки. Однако сделать это будет не так просто. Единственное, на что может надеяться Минск, – это попытаться заработать на осложнении отношений России с Турцией в силу своего географического положения.
Белоруссия может постараться получить дивиденды от введения запрета и ограничений Россией на ввоз турецких товаров, на работы турецких строителей, а также на потере Анкарой российских туристов.
Опыт у Белоруссии в этом плане уже есть. Именно Минск стал главным выгодополучателем от санкционной войны ЕС и России, превратившись в «продуктовый офшор». После введения Россией эмбарго на продукты из ЕС экспорт из Белоруссии именно по этим категориям товаров показал рост в десятки раз, в основном с помощью контрабанды. Впрочем, Белоруссия нашла и легальные способы. Речь идет о легкой переработке европейских товаров на территории Белоруссии, например, когда овощи и фрукты перефасовываются на белорусской территории и беспроблемно едут в Россию, получив этикетку «произведено в Белоруссии».
Ту же схему Минск может провернуть и в отношении запрещенных для ввоза в Россию турецких товаров. «Основная масса товаров, попадающих на территорию Белоруссии, предназначена для транспортировки в другие страны, и транзит является одной из основных статей дохода республики. Поэтому рост товарооборота между Турцией и Белоруссией, скорее всего, напрямую зависит в первую очередь от спроса на турецкие товары в сопредельных странах», – говорит Кирилл Яковенко из «Алор Брокер».
Что же касается наращивания экспорта собственной белорусской сельскохозяйственной продукции, то вряд ли речь идет о замещении российского экспорта в Турцию белорусским. «Анкара продолжает закупать российские товары, в том числе и российское зерно в прежних объемах, и никаких существенных ограничений в этом плане введено не было», – отмечает Яковенко.
Получить выгоду в сфере туризма Минску будет еще сложнее. Нарастить число собственных граждан для поездок на отдых в Турцию Минску вряд ли удастся, учитывая невысокий уровень доходов белорусов. Даже если Турция сможет предложить белорусам большие скидки, речь может идти не более чем о сотне тысяч туристов против нескольких миллионов туристов из России, которые посещали Турцию до сбитого Анкарой Су-24.
Расчет на привлечение российских неорганизованных туристов для поездок в Турцию транзитом через Белоруссию может иметь место. Но речь опять же пойдет не о миллионах, а о десятке тысяч туристов. «Для того, чтобы россиянин смог по путевке отправиться в Стамбул через Минск, ему придется, во-первых, купить тур у белорусской компании, во-вторых, самостоятельно добраться до Минска. Учитывая дополнительные расходы и тот факт, что Турция в принципе является изначально бюджетным направлением, я не думаю, что спрос в обозримом будущем на такие сложные туристические продукты хоть сколько-нибудь вырастет», – говорит Яковлев.
«Для Эрдогана Белоруссия однозначно не рынок, способный заместить «потерянный рай» в виде российского рынка. Заменить Россию может только Китай», – говорит Наталья Мильчакова.
«Турция может увеличить поставки своих товаров в Белоруссию, пока российский рынок для нее закрыт, увеличить объем инвестиций в недвижимость и строительство, довести свою долю в объеме иностранных инвестиций в Белоруссию до 1%. Но на том дело и закончится», – считает Мильчакова.
Турции может быть интересна Белоруссия не только как плацдарм для поставок запрещенной продукции в Россию, но и для реализации давней идеи Эрдогана создать «мост» между Европой и Азией. «Раньше в качестве такого «моста» Эрдоган однозначно видел саму Турцию. Но, так как сирийский конфликт полностью нарушил баланс сил в регионе, а с возвращением в Россию Крыма Россия стала крупнейшей причерноморской державой, планам Эрдогана пока реализоваться не суждено. Вот он и пытается построить свой «мост» в Европу обходным путем, через сотрудничество с европейским государством Белоруссией», – считает эксперт из «Альпари».
«Возможно, Эрдоган воспринимает Лукашенко как политического изгоя, с которым никто не хочет сотрудничать. Но если это так, то он недооценивает политическую гибкость Европы, которая, когда ей это нужно, может отменять санкции и менять отношение к какому-либо политику, когда из-за океана поступит соответствующий намек», – добавляет эксперт.
Ссылка
Ржу сижу, как ненормальная. 
