«Вопрос так называемого «киевского патриархата» также обсуждаться не будет, это однозначно. То, что так называемый «киевский патриархат» тешит себя надеждами, что их там признают, все это не соответствует действительности. Их вопрос там обсуждаться не будет», — подчеркнул митрополит.

«Есть ряд документов, которые нужно будет обсудить на этом Соборе, они касаются внутренней жизни православной церкви в общем, а также ряд конкретных вопросов, касающихся отношения православной церкви с инославными вероисповиданиями, с миссией православной церкви в современном мире. Эти документы по настоянию Русской Православной Церкви находятся в свободном доступе, чтобы привлечь более широкий круг заинтересованных людей для обсуждения», — отметил владыка.

Напомним, Синод Украинской Православной Церкви 19 апреля утвердил состав делегации, которая примет участие в первом Всеправославном Соборе. В нее вошли Блаженнейший митрополит Киевский и всея Украины Онуфрий, митрополиты Одесский и Измаильский Агафангел, Луганский и Алчевский Митрофан, председатель Отдела внешних церковных связей УПЦ митрополит Бориспольский и Броварской Антоний, управляющий делами УПЦ митрополит Тернопольский и Кременецкий Сергий.

Главная из них заключается в том, что имперская, публичная и объявленная власть над "объединенной" Европой, к которой стремились и древние римляне, и Наполеон, и Гитлер, должна была быть заменена непубличными, скрытыми механизмами управления. В этом суть нового объединительного проекта, который навязывают Европе США.

Институты брюссельской евробюрократии, которую никто не избирает, позволяют работать с каждым чиновником персонально, применяя различные механизмы "мотивации".

Эти же институты серьезно ослабляют и ограничивают возможность национальных правительств, а значит, с ними тоже можно работать индивидуально, создавая им проблемы, а затем предлагая "помощь" в их решении и преодолении.

Важнейшими инструментами управления новой "объединенной" Европой является полноправное членство в ней таких государств, которые абсолютно не являются суверенными и находятся в полном подчинении США. Это прежде всего страны Прибалтики, но не только. Весь этот разнообразный инструментарий позволяет США, не объявляя публичной власти над Европой, не принимать в то же время ответственности за управление Западной Европой.

За этим тезисом не стоит никакой конспирологии и "теории закулисы". Просто современная геополитика. Например, продвигаемый США проект Трансатлантического торгово-инвестиционного партнерства известен, однако содержание договоров до сих пор запрещено к публичному общественному раскрытию и обсуждению, а утечки указывают на то, что заключение такого соглашения приведет к полной экономической, а затем и политической десуверенизации европейских стран.

Возможность дальнейшей успешности реализации американского проекта "объединенной" Европы уже в ближайшее время подвергнется серьезным испытаниям. Объем проблем, как порожденных самим проектом Евросоюза, так и вызванных более широким кругом геополитических процессов, вынудит и европейцев и американцев поставить впрямую самый главный политический вопрос — вопрос о власти.

Во-первых, объем накопленных экономических проблем в Евросоюзе достиг критического уровня, и нет ни одного внятного способа их решения. Пока ЕС движется путем США и проводит программу "количественного смягчения", закачивая в финансовую систему 60 миллиардов евро ежемесячно. Это всего лишь продолжение раскручивания финансовой пирамиды и перенос кризиса в недалекое будущее.

Находясь под давлением экономических проблем, Евросоюзу необходимо сворачивать все достижения "европейского социализма", внедренные в конкуренции с советским социалистическим проектом. То, что происходит сегодня во Франции с бунтами против урезания прав наемного труда, — лишь начало этого процесса. Ситуация в Италии, Испании, Греции намного хуже.

Во-вторых, сказываются накопленный груз миграционной политики европейских стран за последние 30 лет и объявленный руководством ведущих стран провал политики мультикультурализма.

На протяжении десятилетий европейцы проводили политику завоза в страну дешевой рабочей силы из стран Африки и Востока. Это был один из важных источников экономического роста и формирования нового эксплуатируемого пролетариата. В последние годы выяснилось, что уже дети людей, завезенных для дешевого труда, не желают ни идти по пути своих иммигрировавших родителей, ни ассимилироваться каким-либо другим способом.

На этом фоне из разрушенного США и НАТО Ближнего Востока и Ливии в Европу устремились новые потоки мигрантов, но уже совершенно другого типа, не трудовых. Эти люди едут в "цивилизованную" Европу предъявить счет за разрушение их государств и лишение их возможности нормальной жизни. Это чудовищно усложняет и проблемы с провалившимся мультикультурализмом, и проблемы с необходимостью сворачивания социальных благ европейского социализма и порождает одновременно и правый, и левый масштабный протест.

В-третьих, неоднородность "единой" Европы продуцирует все более острую напряженность в политических структурах. Поскольку "единая" Европа никак не может решить ни экономические, ни миграционные проблемы, такие страны, как Венгрия или Польша, начинают решать их самостоятельно. Как могут.

В Польше, например, сегодня разворачивается очень серьезный внутренний конфликт между неонационалистами и евроориентированными, и решения у этого конфликта в текущей ситуации нет. Он будет только усугубляться.

В-четвертых, растет осознание того, что США используют Европу как заложника и жертву в разогреваемом ими противостоянии с Россией. Европейцы не могут и не хотят воевать. Иллюзия способности НАТО раздавить Россию в один момент за счет якобы многократного превосходства рассеивается.

Чем больше будут расти сомнения в американском всемогуществе, тем больше будет желание выйти из-под их управления. Вся внешняя политика, к которой американцы толкали страны Европы, оказалась провальной. Начиная с так называемых санкций против России и заканчивая неспособностью Меркель справиться с Украиной и Турцией.

Есть еще и в-пятых, и в-шестых, и т.д. Накопление проблем, их демпфирование и сокрытие не могут продолжаться бесконечно. Но они не могут и быть решены в том состоянии "объединенной" Европы, в котором она находится сейчас.

Там нет ни одного полноценного и дееспособного властно-политического субъекта и института, а вместо них — только инструменты американского непубличного влияния и управления. Проще говоря — в "объединенной" Европе кризис власти, или даже ее отсутствие.

Однако по мере усугубления проблем возможности существования в режиме безвластья, компенсируемом только американским управлением, будут снижаться. Когда что-то идет не по плану, нужно применять власть и нести ответственность.

Сложившуюся ситуацию очень хорошо понимает практичный и прагматичный "британский ум", имеющий многовековой опыт имперского существования. Заявление евроскептика, экс-мэра Лондона и одного из инициаторов референдума о выходе Британии из ЕС, далеко не случайны. Ответственная и реалистическая часть британского правящего класса отнюдь не собирается быть похороненной в евросоюзовской "братской могиле". Они сами хотят решать свою судьбу.

Теоретически рассуждая, для "объединенной" Европы возможны три сценария восстановления властно-политических субъектов. Первый — перевод американского режима управления и влияния в публичное состояние, установление американской власти в Западной Европе и перевод национальных государств в режим фактического местного самоуправления. Трансатлантическое партнерство — попытка движения по этому пути. Сценарий соблазнительный для многих и в США и в ЕС, но очень сложный для реализации.

Второй — оформление ЕС до полноценного государства с единой избираемой властью, армией, аппаратом насилия, собственной внешней и внутренней политикой. Многие в Европе этого хотели бы, но не позволят США и евроскептики.

Третий сценарий — возвращение власти на уровень национальных государств и фактический распад Евросоюза. На словах мало кто этого хочет в Европе, этого точно не хотят США, но на сегодня этот сценарий мне кажется наиболее реалистичным и единственной альтернативой хаосу безвластия перед лицом нерешенных проблем.

Дмитрий Куликов