Предположим, в этом сомнительном с точки зрения этики — особенно для страны, которая страдает от жестокой интервенции соседа, — факте есть некий гуманитарный аспект. Однако как объяснить беспринципность украинского бизнеса — большого, среднего, малого? Патриотичные коммерсанты торгуют со страной-агрессором — только в путь, тем самым развивая экономику страны-агрессора тоже, а значит косвенно спонсируя эту самую агрессию.

Ладно, фиг с ними, с коммерсантами, кому, как говорится, война, а кому мать родна. Но как быть с собственно государственными структурами Украины, которые обязаны защищать всячески и самоотверженно собственный народ от российской агрессии?

Не секрет, что товарооборот между Украиной и Россией в прошлом (крайне агрессивном году) вырос как минимум на четверть — и все эти товары попадали на территорию интервента отнюдь не контрабандным путем, а дружно шли через официальные пункты пропуска, облагаясь налогами и пошлинами.

Если опираться на киевскую логику, то война со страной-агрессором идет уже четвертый год. Чтобы прочувствовать всю извилистость коллективного мозга украинской политической элиты, давайте прибегнем к историческому сравнению.

Может ли кто-нибудь представить году эдак в 1943–1944-м, что товарооборот между СССР и Германией, которая, как известно, на тот момент была страной-агрессором, вырос на четверть, а любой желающий смог сесть на Белорусском вокзале в поезд Москва — Берлин и сгонять в столицу Третьего Рейха по своим делам житейским? Можете представить? А на Украине могут.

Однако самое прикольное: когда постоянно варишься в этой теме — несмотря на весь этот алогичный зашквар — на самом деле понимаешь, что имели в виду в Киеве.

Признание России страной-агрессором — это прежде всего плод болезненных фантазий украинского истеблишмента о том, что в Донбассе они воюют не с восставшими против их режима шахтерами, а с одной из самых сильных армий в мире, что они, незалежные и героические, дают отпор хорошо обученным ордам российского спецназа, а не простым донбасским парням, вооруженным трофейными автоматами и старой советской техникой.

Им хочется верить, что во все эти кошмарные и кровавые котлы, где ВСУ понесли просто сумасшедшие потери, их загнали не безбашенные и взявшиеся ниоткуда стратеги-самородки вроде Моторолы и Гиви, а целый Генштаб целой огромной России. Потому что только в этом случае хотя бы самих себя они могут убедить в том, что их проигрыши не позорны — а ведь Киев вот именно что проигрывает войну в Донбассе. Это именно Киев отдал границу, аэропорт, Дебальцево.

И в Верховной раде никого не смущает, что Москва первой заговорила о вводе международных миротворцев, Москва — единственная сила, способная повлиять на восставших шахтеров, для которых отвоеванных Донецка и Луганска недостаточно.

На шахтеров, которые обладают собственными военными ресурсами, в том числе и наступательного характера, для того чтобы идти вперед и отвоевывать один за другим маленькие донбасские городки — шаг за шагом.

Верховную раду не смущает, что только Москва является действительно сдерживающим фактором той агрессии, которую испытывают мирные и военные жители Донбасса по отношению — нет, не к народу Украины, а именно к этой самой Раде и другим киевским властям, с благословения которых обстреливаются мирные кварталы Донецка и Луганска.

Всего этого, принимая закон о реинтеграции, в Раде как будто не знают. Театр, — простите, Киев абсурда, да и только.

Семен Пегов