Пусть к такому успеху был непростым и небыстрым. После развала Советского Союза сельское хозяйство пришло в упадок. Прилавки заполонили импортные товары. В то время Россия была нетто-импортером практически по всем видам продуктов. Мы импортировали 70% мяса птицы, 40% свинины и 45% говядины.
«Россия тогда оказалась в глобальной зависимости от импорта мяса. В определенные годы импорт мяса птицы – американские окорочка и бразильское мясо – достигал полутора миллионов тонн. Если бы что-то случилось, то непонятно, где бы мы взяли мясо»,– говорит руководитель исполкома Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин.
Показательно, что первыми крупные инвестиции в российское птицеводство сделали американские фонды: после дикой девальвации 1998 года импорт стал практически недоступен россиянам, но американцы видели потенциал спроса внутри страны. И они построили в Липецкой области первую по-настоящему современную птицефабрику (теперь принадлежит «Черкизово»). На тот момент она была самой крупной и самой современной.
Второй важный шаг – в 2003 году на импорт птицы, свинины и говядины ввели тарифные квоты, то есть поставки сверх установленных квот обложили высокой пошлиной. «Это было сделано для того, чтобы поднять цены на мясном рынке и обеспечить рентабельность предприятиям. Чтобы инвесторам стало интересно вкладываться в разрушенное сельское хозяйство, а банки поверили, что выданные кредиты будут возвращены», – говорит собеседник.
Третий шаг – это запуск в 2006 году национального проекта «Развитие агропромышленного комплекса», внутри которого был проект по развитию животноводства. В 2008 году он трансформировался в госпрограмму развития сельского хозяйства, на которую в среднем выделялось 200 млрд рублей в год. Главная мера поддержки, которая сработала – предприятия получили льготные кредиты на восемь лет. «Это сделало кредиты доступными, и инвесторы стали поворачиваться лицом к мясной отрасли», – говорит Юшин.
Наконец, в 2012 году Россия отменила льготный таможенный тариф для ряда крупных импортеров свинины и птицы, в основном из Южной Америки. Все это привлекло инвесторов в отрасль. Причем не только отраслевых, но совсем далеких от мясного производства – компании типа «Сибнефти», ЛУКОЙЛа, Газпрома и «Интеко».
С начала 2000 года и по сей день птицеводство ни разу не падало, а только росло. Объемы производства мяса птицы в России выросли с 670 тыс. тонн в конце 90-х годов до практически 5 млн тонн в 2019 году. Россия входит в пятерку крупнейших производителей мяса птицы в мире. А теперь стала еще нетто-экспортером мяса птицы. Россия продолжает импортировать мясо птицы фактически только у Белоруссии в рамках Союзного государства. Из дальнего зарубежья поставки минимальны.
Когда Россия обеспечила собственные потребности, остро встал вопрос о выходе на зарубежные рынки. А это дело не такое простое. С Китаем переговоры велись целых семь лет.
«Большинство стран мира просто так свои рынки не отдают. Во время одной из опиумных войн в середине XIX века англичане сказали китайцам: или вы откроете нам свой рынок, или мы вас познакомим со всей мощью современного оружия. Даже тогда Китай не открывал свои рынки просто так, а выторговывал себе наиболее выгодные условия. Россия тоже не должна отдавать свой рынок – лакомый кусок – за просто так. Мы всегда должны требовать что-то взамен», – говорит Юшин.
Второй важный момент – России необходимо было доказать китайцам безопасность животноводческой продукции. Потому что болезней животных очень много.
«Необходимо было решить множество вопросов, связанных с ветеринарными требованиями, сертификацией, аттестацией и т. п. Российским производителям необходимо было пройти аудиты китайской стороны, адаптировать продукцию под нужды китайских потребителей и прочее», – говорит исполнительный директор ассоциации «Руспродсоюз» Дмитрий Востриков.
«Велась очень кропотливая работа на всех уровнях. Переговоры с Китаем вел не только Россельхознадзор, который представлял огромный объем информации и переводил ее на китайский язык. Один раз 700 страниц переводили. В переговорах участвовало все руководство Минсельхоза. Более того, тему доступа российского мяса – птицы, свинины и говядины – на рынок Китая обсуждали высшие руководители стран.
Зачастую такие вопросы надо поднимать на высоком политическом уровне, чтобы получить взаимные торговые уступки»,– рассказывает Юшин.
Еще одно важное отличие – это усиление в последние годы роли МИДа в расширении экспорта российской продукции.
«Торговля – это еще и большая политика. Несколько лет назад мы стали готовить настоящих сельхозатташе. Их задача не чем-то импортным накормить Россию, а двигать российские интересы на зарубежных рынках.
Торгпредставители с большим энтузиазмом работают над тем, чтобы российская продукция выходила на новые рынки», – рассказывает собеседник. Между США и Китаем постоянно случаются то дипломатические, то торговые войны, и Россия должна пользоваться такими моментами, добавляет он.
Конечно, Россия рассчитывает продолжить наращивать поставки мяса птицы в Китай и на другие рынки. Хотя конкурировать с крупнейшим поставщиком – Бразилией – довольно тяжело. Во-первых, ее валюта с начала года девальвировала серьезней, чем рубль – на 40%. Во-вторых, Бразилия крупнейший производитель сои, что дает ей доступ к дешевым кормам.
«Однако Россия производит халяльную продукцию. У нее есть возможность нарастить экспорт на рынок Ближнего Востока. Мы также смотрим на Африку, где молодое население будет расти, и оно будет есть прежде всего мясо птицы, которое более доступно по цене и не имеет конфессиональных ограничений», – говорит эксперт.
Китай и сам является крупным производителем мяса птицы, однако ему не хватает отдельных категорий товаров. Например, в России куриные лапки мало кто покупает, в магазине они стоят максимум 40 рублей за килограмм. «Мы не знаем, что с этими куриными лапками делать. А в Китае куриные лапки стоят 2,5–3 доллара за килограмм, и это в опте. Мы можем продать китайцам куриные лапки и поддержать рентабельность внутри России, не повышая цены на другие части курицы», – заключает собеседник.
