При этом, как говорится во вступительной части концепции, в отличие от доктрины применения армии, она не описывает способы и условия применения существующих вооруженных сил, а рассматривает возможности их применения в будущем с учетом возможностей и угроз, которые только могут появиться в перспективе.
«Побеждать в сложном мире»
Именно так называется оперативная концепция сухопутных войск на 2020-2040 годы. Как говорится на вебсайте американской армии, «она призвана, прежде всего, ответить на три важнейших вопроса: насколько масштабным будет военный конфликт, в каких условиях будет действовать армия и какие задачи она будет выполнять».
При этом, как говорится в материале, не известны ни условия, в которых может действовать армия, ни географическая точка, ни противник, ни его союзники.
Более того, американцы полагают, что условия не просто неизвестны, а непредсказуемы, поскольку постоянно меняются.
Именно поэтому, говоря о будущих армейских операциях, авторы документа подчеркивают, что «командование должно всегда иметь много возможностей, взаимодействовать со многими партнерами, действовать сразу во многих средах (на суше, море, в воздухе, космосе и киберпространстве), а также ставить противника перед необходимостью решать одновременно множество задач».
В документе говорится о множестве новых факторов, которые меняют облик войн будущего. Среди них — более бурное развитие событий как следствие развития информационных технологий; развитие кибернетических и космических технологий; распространение оружия массового поражения; наконец — тот факт, что все чаще театром боевых действий становится город.
После Крыма
В документе обозначены три группы «предвестников», источников потенциальной угрозы — «государства-соперники», «региональные силы» и транснациональные организации. Россия попала в группу «государств-соперников», как отмечается в концепции, из-за аннексии Крыма.
«Российская аннексия Крымского полуострова и использование как обычных, так и нетрадиционных сил на Украине указывают на то, что Россия намерена расширять свою территорию и укреплять свою власть на евразийском континенте. Россия подготовила и задействовала целый ряд дипломатических, информационных, военных и экономических мер для того, чтобы совершить то, что некоторые аналитики называют “нелинейными” операциями. (…) Кроме того, Россия использовала свои возможности в киберпространстве и социальных сетях, чтобы оказать влияние на оценку этих событий как у себя, так и за границей, обеспечив таким образом прикрытие военным операциям», — говорится в тексте концепции.
«Хотя результаты этой вылазки на украинскую территорию в долгосрочной перспективе неясны, Россия продемонстрировала способность сконцентрировать наземные силы, с тем чтобы силой поддержать свои интересы на территории бывших советских республик. Без боеспособных наземных войск, способных противостоять российской армии и подконтрольным ей нерегулярным группам, сдерживать подобный авантюризм будет невозможно», — считают авторы документа.
Американские военные говорят, что действия России «наглядно демонстрируют всю ценность наземных сил как средства сдерживания конфликта, а также возможности обычных и специальных войск в деле защиты национальных интересов и оказании влияния с политической целью».
Китайская угроза
В случае с Китаем американские аналитики пришли к выводу, что хотя страна и старается поддерживать хорошие отношения со своими соседями и США, но масштабная программа вооружений и модернизации армии свидетельствует о том, что КНР готовится участвовать и побеждать в ситуациях краткосрочных обострений в регионе.
КНР, по мнению авторов документа, намеревается распространить свое влияние на окружающие страны, причем порой доходит и до конфронтаций, как в случае территориального спора с Японией. В тексте также упоминаются попытки давления на Филиппины, Малайзию, Тайвань и Вьетнам.
В документе также говорится о том, что Китай сокращает отставание от США в космосе и киберпространстве, развивает противоспутниковое оружие, а также старается применять кибернетические технологии во всех военных операциях.
Китай, как говорится в «концепции», создал шесть крупных учебных центров, в которых отрабатывается взаимодействие разных видов вооруженных сил. Кроме того, китайская доктрина предусматривает как обычные, так и нестандартные военные действия.
В отношении Китая, говорится документе, США должны наращивать свои войска и силы союзников в регионе, а также более тщательно отслеживать ситуацию, чтобы предотвратить возможный конфликт.
Страны-изгои
В случае с Ираном американцы отмечают, что эта страна использует не столько свои вооруженные силы, сколько дипломатическое влияние на страны в регионе и вооруженные группы.
«Иран использует комбинированные экономические и дипломатические связи с нерегулярными вооруженными формированиями, чтобы отстаивать свои интересы. Иран налаживает связи с бедными слоями общества, религиозными группировками и криминальными сообществами для того, чтобы провоцировать беспорядки и таким образом подрывать влияние США и их союзников», — говорится в документе.
Кроме того, хотя Иран, по мнению американцев, и избегает участия в военных конфликтах, он проводит модернизацию вооруженных сил, включая баллистические ракеты, и пытается создать ядерное оружие.
КНДР, как отмечают американцы, экономически зависит от иностранной помощи, но, тем не менее, старается развивать ядерное оружие, модернизировать баллистические ракеты, а также стремится обладать кибернетическими возможностями.
Северная Корея обладает многочисленной армией, а ее военные объекты укрываются в подземных бункерах.
В США считают, что реагировать на угрозу со стороны КНДР надо путем укрепления обороны своего союзника — Южной Кореи.
«Исламское государство»
Успехи группировки «Исламское государство» авторы «концепции» объясняют слабостью региональных правительств, а также способностью самой группировки мобилизовать силы, ресурсы и финансы на борьбу.Отмечается также и идеологическая база, сильная военная организация и крайняя жестокость исламистов.
«ИГ» использует политических оппонентов в государствах региона, чтобы получить поддержку, мобилизует и объединяет различные враждующие группировки, действует в тех районах, где ослаблено влияние государственных органов, что позволяет группировке наращивать «стратегическую глубину», — отмечают авторы концепции.
Исламисты используют социальные сети и интернет, развернув настоящую пропагандистсткую кампанию. При этом они же применяют террористические методы для контроля и удержания территории — разрушение исторических памятников, убийства, в том числе и массовые, грабеж и другие преступления.
Проблема усугубляется слабостью правительств в странах Ближнего Востока и Северной Африки.
Деятельность «ИГ» показывает, что армия будущего должна быть способна действовать в особо сложных городских условиях. Кроме того, необходимо также не забывать о политическом влиянии и популярности среди местных жителей.
Павел Аксёнов, Русская служба Би-би-си, Москва
