Мы ждали, когда командование «Востока» даст нам разрешение на визит в подземелье «Азовстали». К нам подошел, наверное, самый старый боец батальона с позывным «Сова», ему около 80 лет. Бывший, еще советский, спецслужбист с военным опытом, жена погибла в 2014 году во время обстрелов, и он сразу же ушел воевать. По возрасту «Сова», конечно же в атаки не ходил, но брал на себя самые тяжелые часы дежурств на блокпостах и в секретах – с трех ночи до шести утра. Один из военкоров «Комсомолки» привез ему трофейную куртку: дед страшно мерз в этих ночных караулах, три свитера не спасали.

Батальонный дед был счастлив: «Куртка теплая, то, что надо».

Сидельцы покинули завод через единственный тоннель, выходящий на Набережный проспект.

Сегодня «Сова» нас решил по-отечески предупредить:

- Ребятки, будьте там осторожны, все в растяжках. Саперы уже мины-лепестки находили (одна из самых незаметных и страшных мин – прим.корр.). Вчера паренька нашего ранило, шесть осколков! Хоть бы один в броник или каску попал!
- Как его так угораздило?
«Сова» развел руками:
- Возможно, что-то на растяжку упало, возможно у мины сработала самоликвидация, парень к ней даже близко не подходил.

Мы немного напряглись, и в этот момент пришло распоряжение от командира батальона: «Можно, но только в сопровождении группы саперов».
«Азовсталь» поражает своей огромностью.

ЛОГОВО «АЗОВА»

«Азовсталь» поражает своей огромностью. Трубы и корпуса его тянутся по всему горизонту.

- За день не обойдешь, - подмечает один из ополченцев, некогда работавших на заводе. – Мне, чтобы доехать от центральной проходной до цеха, нужно было на автобусе 20 минут ехать.
Трубы и корпуса его тянутся по всему горизонту.

Все это сегодня представляет апокалиптичное зрелище: разорванные трубы, полуобваленные корпуса, болтающиеся на арматуре бетонные блоки, побитые машины. И сплошные воронки.

Все это сегодня представляет апокалиптичное зрелище: разорванные трубы, полуобваленные корпуса, болтающиеся на арматуре бетонные блоки, побитые машины.
- Пришли, - комментируют саперы. - Отсюда почти все 2500 боевиков выходили.

За обвалившейся трансформаторной будкой открывается черный провал, откуда веет могильным холодом. Ход был завален ржавым железом, сцепившимся между собой намертво. Именно из этого тоннеля шли сдаваться в плен. Включаем фонари и спускаемся.
Именно из этого тоннеля выходили, чтобы сдаться в плен, почти все 2500 украинских боевиков.

Логово нацистов встречает импровизированным блокпостом: здесь, укрывшись за грудой исковерканного металла и бетона, по всей видимости, находились их дозорные, контролируя вход в пролом. С комфортом сидели в мягких креслах из какого-то зала для совещаний. Россыпи патронов, выстрелы к противотанковому гранатомету, бинты и почему-то одноразовые медицинские маски. Направо, налево, снова направо - длиннющий коридор, по которому спокойно пройдет легковушка.

Тоннель постоянно виляет, раздваивается и без провожатого в нем легко заблудиться. Над нами несколько метров добротного бетона, а по сторонам то тут, то там - заваленные лестницы, ведущие на поверхность. Мы прошли, наверное, уже с пару сотен метров, как впереди замаячил свет — часть туннеля обвалилась от какого-то мощного удара.

- Авиабомбой вскрыли, - комментируют саперы. - Совсем близко к их логову. Вот и поторопились на выход. Айда дальше.

Везде, насколько хватает глаза, рассыпаны патроны, они перекатываются под ногами сотнями и тысячами.

«СТИНГЕРЫ» И МИНЫ
Места под землей хватало и достаточно обширные площади «сидельцы» отвели под склады боепитания и самодельный пункт электроснабжения своего хозяйства. Везде под ногами - провода от удлинителей, аккумуляторы от какой-то заводской строительной техники, устройства для бесперебойного питания. В углу подземного бетонного зала – три генератора. Один давным-давно поломан и его не тронули при отступлении. У двух других горловины для заправки обильно засыпаны сахаром – самый простой способ вывести из строя бензиновый двигатель. Зачем? Зачем это сделали люди, прекрасно знающие, что ни в Мариуполе пока толком света нет, нет его в окрестных деревнях и любой источник электроэнергии, на вес золота? А просто, от бессильной злобы.

Горловины для заправки обильно засыпаны сахаром – самый простой способ вывести из строя бензиновый двигатель

Следующее помещение – склад боепитания. Везде, насколько хватает глаза, рассыпаны патроны, они перекатываются под ногами сотнями и тысячами. Груды автоматных магазинов, некоторые подписаны владельцами. Битые прицелы, части от какого-то искалеченного иностранного оружия. Выстрелы к подствольникам, произведенные «братьями»-болгарами. И мины. Противопехотные и противотанковые. Один из саперов предостерегающе поднимает руку: «Внимание»!

Груды автоматных магазинов, некоторые подписаны владельцами.

Между ящиками засунут небольшой черный пластиковый кейс. В таких перевозят коллиматорные прицелы – дорогущую мечту любого ополчуги. Или подствольные фонари, тоже желанный трофей. Сапер говорит нам:

- Парни, отойдите за угол, я вас позову. Рты можете открыть, чтобы не глушануло. Я вас позову или сами услышите (смеется).

Выстрелы к подствольникам, произведенные «братьями»-болгарами.

Минута и сапер зовет подивиться на мину-ловушку. Внутри кейса тротиловая шашка, она обложена патронами, чтобы усилить ее поражающую способность и детонатор с обрывком лески. По замыслу создателя этой дряни, со стороны должно было показаться, что лакомый трофей кто-то припрятал, потянул на себя коробочку – взорвался. Вместе со складом боепитания.

Минута и сапер зовет подивиться на мину-ловушку. Внутри кейса тротиловая шашка, она обложена патронами, чтобы усилить ее поражающую способность и детонатор с обрывком лески.

Кстати, объективно, боеприпасов на этом складе было совсем немного. Либо кончились, либо успели уничтожить.

Но боеприпасов на этом складе уже совсем немного. Либо кончились, либо успели уничтожить. Как американские переносные зенитно-ракетные комплексы «Стингер». Два пустых кейса стоят по углам. На полу – кострище в котором можно угадать остатки пусковых устройств.

В кейсах на своих местах остались газогенераторные картриджи для запуска и работы «Стингера» и папки с описанием устройства. В документе дата – 24 января 2001 года. Староваты «Стингеры»: по инструкции, каждые 10 лет ракеты нужно обслуживать - вскрывать контейнеры с инертным газом и перезаправлять.

В кейсах на своих местах остались газогенераторные картриджи для запуска и работы «Стингера» и папки с описанием комплектации устройства.

Судя по тому, что ни один наш самолет над «Азовсталью» не был сбит, эта тухлятина не сработала. А если сработала, наши научились с ней бороться. Как минимум 150 тысяч долларов за две ракеты – свинье под хвост.

В документе есть дата – 24 января 2001 года. Староваты «Стингеры»

Из шахты в полу нам светит фонарик нашего сапера:

- Парни, хотите посмотреть, как они жили?

Судя по тому, что ни один наш самолет над «Азовсталью» не был сбит, эта тухлятина не сработала.

ТАКИХ УБЕЖИЩ - ДЕСЯТКИ
Мы ныряем за сапером в шахту, проползаем два метра на животе и попадаем в шлюз. Он завален упаковками с так называемыми «санитарными мешками» для трупов, подарок Красного креста, судя по ярлыкам. Интересно, что думали люди, ежедневно проползая мимо этого зловещего склада? Поднимаемся по лестнице и перед нами первая гермодверь бомбоубежища. Маленькая комнатка, у стены штабель бутылок с питьевой водой, все пыльное, запасено было очень давно. Кастрюли, ножи, одноразовая посуда — похоже, пищеблок, за которым скрывается жилое помещение.

Интересно, что думали люди, ежедневно проползая мимо этого зловещего склада?

Поднимаемся по лестнице и перед нами первая гермодверь бомбоубежища.

Двухъярусные кровати с затхлыми матрасами, консервы, инструменты, снова патроны, огромный парадный украинский флаг, которые сдавшиеся решили бросить. Кружки, нашивки с «азовской» символикой и десятки разбитых ноутбуков и смартфонов — теперь можно лишь догадываться, что в них содержалось.

Маленькая комнатка, у стены штабель бутылок с питьевой водой, все пыльное, запасено было очень давно.

Огромный парадный украинский флаг, который сдавшиеся решили бросить.

В углу спотыкаемся о пробитую бронеплиту. Одна из них изнутри измазана кровью.

Мы бродим по подземелью уже второй час и становится трудно дышать. Воздух пропитан запахом крови, потных тел и мочи. Душно, влажно, при этом изо рта идет пар — как во всем этом жили сотни людей?

Доходим до импровизированного медкабинета. Лекарств и ампул вроде много, но для серьезной медпомощи большинство из них не предназначены, это не военная медицина, обычные бытовые аптечные препараты от желудка, простуды, сердца. Операционной в бункере нет.

- Собирайте магазины, потом спохватитесь, будете у меня клянчить - командует ополченец Лис и рассказывает, как здесь воевали. - Контактного боя ОНИ не любят, все исподтишка. Раненых мы не добивали из милосердия. Но есть и чистая прагматика в этом - одним раненым занимаются несколько человек, отвлекаясь от боя. Во-вторых, много орущих раненых морально гнобят остальных. Каждый представляет, как он умирает тут, воя от боли, без помощи…

Десятки разбитых ноутбуков и смартфонов — теперь можно лишь догадываться, что в них содержалось.

Повсюду обрывки бумаг с описанием действий сидельцев: «Галичина ожидает команду на выдвижение на 8:00». «07:48 Стайер — Стальному. Через 30 мин. под мостом». «Висування (выдвижение) в район Акведук — Паланица 01» (название позиций – прим. корр.). Здесь же находим и «подяку» (благодарность) с автографом «командира» «Азова» Д.Г. Прокопенко. И разбросанные банковские карточки работников «Азовстали» — видимо, тех, из последней смены, которых «херои» взяли в заложники. И это только одно из мест, где прятались нацисты. Как говорят саперы, таких точек в этих подвалах - несколько десятков.

Здесь же находим и «подяку» (благодарность) с автографом «командира» «Азова» Д.Г. Прокопенко.

ДНЕВНИК СИДЕЛЬЦА
Мы продолжали изучать содержимое логова, как под одним из затхлых матрасов нашли черную книжечку, испещренную записями на украинском языке. Книжечка оказывается дневником одного из азовстальских сидельцев, который старательно описывал свои ощущения в этих подвалах. Скоро мы переведем эти три десятка страниц убористого украинского текста. Навскидку читаем:

«Сегодня немного посидел в Интернете. Зеленский все время говорит о Мариуполе, переживает, за что ему все выказывают большое уважение, но если разобраться, все это пустые слова…»

И это только одно из мест, где прятались нацисты.

* В отношении нацбатальона "Азов" в России возбуждено уголовное дело.

Секреты «Азовстали»: российским саперам оставили мины-ловушки
Российские военные начали разминировать «Азовсталь» и его подземелья. Корреспонденты «КП» Дмитрий Стешин и Алексей Овчинников побродили по безопасным участкам завода в Мариуполе

Ссылка