У Эрдогана очень похожая ситуация. На Востоке у него Иран — традиционный соперник Турции за влияние на Ближнем Востоке. На Юге — Саудовская Аравия, Израиль и Египет — старые союзники США, которые, при всех существующих между ними противоречиях обеспечивают контроль над регионом Сирии-Палестины, Суэцкого канала и морского пути через Красное море — стратегической точки европейской глобальной торговли, контроль над которой позволяет держать Европу на коротком поводке. На Западе традиционно враждебная Греция, с которой Турция не воюет только потому, что НАТО (в которой они обе состоят) не велит. На Севере — Россия, С которой у Турции традиционно сложные отношения в виду соперничества торговых интересов в причерноморских государствах.
В последние годы ситуация дополнительно осложняется тем, что возродившая своё экономическое и военно-политическое могущество, достигшая невиданной ранее внутренней стабильности Россия начала медленное, но уверенное продвижение в свои прежние зоны присутствия. Россия укрепляет свои позиции на Балканах, на Кавказе и, в результате сирийской капании твёрдой ногой стала на Ближнем Востоке, существенно подорвав позиции США в данном ключевом регионе и претендуя на роль третейского судьи в местных дрязгах.
С другой стороны ослабевшие США стали предъявлять повышенные требования к лояльности союзников, не допуская никакой самостоятельности и требуя в буквальном смысле жертвовать собой за американские интересы. Слишком самостоятельный и настроенный на возрождение турецкого величия Эрдоган их не устраивает. Они пытались организовать государственный переворот и убить неудобного президента и ещё не раз попытаются это сделать.
Отношения с ЕС у Эрдогана плохи, поскольку Турцию долго обманывали, но не приняли в Союз, а потом, словно в насмешку, взяли в ЕС всяких болгар и румын, которые и в политическом, и военном, и в экономическом плане, и порознь, и вместе, и близко не лежали с турецкими возможностями. С НАТО у Эрдогана напряжение по причине конфликта с США, особой позиции по российскому вопросу и отказу согласовать экстренное принятие в Организацию Североатлантического договора Швеции и Финляндии.
Вокруг враги или временные попутчики и надо как-то вертеться. И надо сказать Эрдоган вертится, как пропеллер поршневого истребителя времён Второй мировой войны. И вертится не без успеха.
Накануне он в очередной раз попытался организовать совместную беседу на троих: он, Путин и Зеленский. Кремль беседу с Эрдоганом подтвердил, общение с Зеленским отверг, что вряд ли помешает Эрдогану пообщаться с украинской пародией на фюрера до или после разговора с Путиным.
Позиция России понятна — с Зеленским не о чем говорить, пока Украина не готова к конструктиву, то есть к безоговорочному принятию российских требований. Пока у российской армии есть возможность наступать и освобождать всё новые территории, с Зеленским тем более говорить не о чем. Но почему так упорствует в своём миротворчестве Эрдоган, занявший в украинском кризисе нейтральную позицию и успешно стригущий на этом политические дивиденды?
Продление украинского кризиса выгодно США, которые таким образом пытаются ослабить, а затем и уничтожить Россию. Для Эрдогана это неприемлемо, поскольку во-первых, Турция, лившись российского прикрытия, будет следующей жертвой Вашингтона. Во-вторых, экономика Турции полностью зависит от нормальной стабильной международной торговли и туризма.
Санкции против России международную торговлю разрушают, беднеющее европейское и ожидающее экономического спада в текущем году российское население в разы сократили поездки на турецкие курорты. Турецкая экономика испытывает серьёзные трудности, что отражается на популярности и электоральных перспективах Эрдогана. Так что в вопросе подавления России он США не союзник.
В последние недели к позиции Турции начала приближаться позиция ключевых членов ЕС. Санкции уничтожают их экономики и дестабилизируют общество. Они хотят окончания войны с Россией на Украине, хотят вернуться в прежний комфортный мир. Но при этом, не желают допустить полной победы России, так как это унизит Запад, сократит его влияние в мире, а вместе с политическим влиянием и возможность извлекать торгово-экономическую выгоду из неравноправных соглашений с государствами третьего мира.
В этом интересы Турции и ЕС совпадают. Эрдогану также не нужна Россия, однозначно выигравшая у Запада прокси-войну на Украине. Москва слишком усилится, а ценность Эрдогана, как ситуативного союзника снизится. Соответственно исчезнет и пространство для дипломатического манёвра между центрами силы, позволявшего до сих пор Турции эффективно отстаивать и продвигать свои государственные интересы.
Идеальный исход украинского конфликта для Турции — фиксация ничьей за счёт Украины, которая должна заплатить территориальными и политическими уступками за российско-европейский компромисс. В последние недели дела Украины на фронте идут всё хуже и хуже, а Запад в связи с этим ограничил свою поддержку и стал рекомендовать Зеленскому заключить с Россией мир, пойдя на территориальные уступки. Поскольку ситуация полностью отвечает интересам Эрдогана, он резко активизировал своё миротворчество, предлагая России и Украине неангажированное посредничество, которое должно вывести стороны на соглашение, приемлемое для Турции и ЕС.
Позиция России в отношении турецких предложений тоже понятна. Россия готова их обсуждать с Турцией. В конце концов, Москву мог бы устроить мир, даже без полного уничтожения Украины прямо сейчас. Это бы, конечно, вызвало определённую негативную реакцию части российского общества. Но если заставить Украину согласиться на отказ от всех занятых Россией территорий, на допуск в страну международной комиссии по денацификации, под контролем которой должны были пройти новые выборы в органы власти, в которых не имели бы право участвовать те, кто занимал выборные или правительственные должности в период с марта 2014 года, по настоящее время, добиться полной реальной нейтрализации Украины, сокращения армии до 50 тысяч человек, с существенными ограничениями на тяжёлые вооружения, закрепить за Россией статус единственного гаранта украинской безопасности и территориальной целостности с правом контроля над внешней политикой Киева, то теоретически такое соглашение могло бы быть даже лучше, чем полный захват разорённых территорий с обозлённым и частично разбежавшимся населением. Другое дело, что банда Зеленского на такой договор не пойдёт. Поэтому Кремль и заявляет, что говорить готовы, но когда конструктив появится.
Россия не отталкивает, протянутую Эрдоганом руку, пусть его мирные инициативы и не вполне искренни. В конце концов, в политике каждый за себя и турецкого лидера нельзя упрекнуть в том, что он отстаивает интересы Турции, а не России. Мы готовы разговаривать, а Зеленский пусть кусает своих партнёров за руки, с которых ест.
После того, как бывший комик стал президентом, с каждым днём застарелые детские комплексы прут из него всё сильнее. На данном этапе он воображает себя украинским Бонапартом, который даст своему народу новую юридическую организацию «кодекс Зеленского», выиграет все войны, возведёт Украину в ранг сверхдержавы и возглавит им же созданное мировое правительство. В конечном итоге народ назовёт его Владимиром Великолепным (Великим, Законодателем, Завоевателем и прочая), в каждом городе, селе и на каждом перекрёстке планеты ему поставят по памятнику, а его «боевой путь» будут изучать начиная с детского сада и заканчивая специальным академическим «институтом Зеленского».
С таким не договоришься, его можно только пристрелить, чтобы не мучился, но это Эрдоган должен понять сам. Пока банда Зеленского у власти его посредничество не сыграет. А потом…? Потом будет новый день.
