- Вы поддерживаете позицию российского государства по Крыму и Украине. А насколько оно право?
- Вопрос правоты может рассматриваться с тысячи разных точек. С точки зрения международного права, семейного, братского, коммунального - какого угодно! Можно найти десять или сто доводов за и против. Но каким-то образом русская классическая литература, к которой я всегда апеллирую, в лице Пушкина, Лермонтова, Тютчева или Достоевского, всегда безошибочно выбирала сторону своего государства, своего народа во всех идентичных ситуациях. У них никаких вопросов не возникало, когда Пушкин писал «Клеветникам России», Лермонтов писал «Опять народные витии…», Достоевский выступал. Всегда позиция собственного государства была приоритетной.
- Но и Лермонтов писал: «Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ»...
- Да, и Пушкин писал, что «кишкой последнего попа последнего царя удавим». Но эта амбивалентность русского писателя - это и есть его свобода необычайная. При этом Пушкин и Лермонтов не являлись людьми с расколотым надвое сознанием. Это все цельное ощущение, что есть Россия небесная, Россия вечная, и эту Россию они, безусловно, поддерживали. И есть ее салтыково-щедринские бесконечные проблемы с коррупцией, со свинством и воровством. И это у них вызывало отторжение. А у нас сегодня зачастую, если писатель поддерживает власть, то он во всем ее лобызает в уста. А если не поддерживает, то ему все не нравится, он брезгливо: это плохо и это… Это не признак свободы. Это признак зашоренной упертости.
- От литературы к жизни. Россию сейчас все мировое сообщество призывает покаяться за проводимую политику.
- Думаете, Россия мало каялась? Россия в 1991 году в припадке покаяния разрушила колоссальную страну, созданную трудом миллионов людей и миллионами жертв. Она в течение 10 - 15 лет непрестанно во всех СМИ разоблачала, раздевала и порола сама себя самыми жгучими розгами. Такого припадка самоупоенного покаяния не испытывала даже Германия. А вся русская литература последнего периода? Почему был такой интерес к ней на Западе? Потому что русские только ездили и с утра до вечера рассказывали, какие мы дурные, плохие: Аксенов, Войнович, Солженицын и т. д. Это все был такой непрестанный мазохизм. Даже немецкая литература не достигала таких вершин в раскурочивании всех своих собственных язв. Мы сделали столько для покаяния, такие жертвы принесли, что куда же еще дальше? Нам, может, распылиться в пространстве, исчезнуть, оставить здесь черную дыру, чтобы все успокоились: вот теперь спасибо, теперь вас нет наконец на белом свете...
Есть Божий фарт...
- Вашингтон вот спит и видит, что мы покаемся.
- Пусть они сами покаются. С индейцев, например, начнут. А что касается нас... Такой кусок, как Россия, его сложно ножницами маникюрными вырезать из мировой экономики. Надо понять одну вещь, и не столько нам, сколько Европе. Страны Латинской Америки зачастую более независимы от США, чем суверенная Европа, преисполненная необычайного самомнения. Какая свобода, если в Румынии не могут назначить цену на собственный хлеб? Они должны перестать таскать каштаны из огня для США. Посмотрите, что происходит в Великобритании, в Италии, в Португалии, Греции - везде. Я думаю, что мир сейчас шатается, он будет какие-то другие формы и очертания приобретать. И дай бог, чтобы Россия максимально умно себя вела в этой сложной шахматной партии.
- Россия в этой партии становится одним из ведущих игроков?
- Становится. Она может сделать какой-то глупый, неверный ход и надломиться. Но пока мы и по спортивным мероприятиям, и по бескровной победе в Крыму видим, что какой-то фарт идет. Если есть Господь Бог, а он есть, он смотрел и сказал: ну, ребята, вот вам еще один шанс. Делайте все правильно, ведите себя аккуратно. И ему интересно посмотреть на своих детей, как они там на маленькой планете куролесят.
- А вас не пугает, что мы так куролесим сейчас, что в обществе начинают доминировать милитаристские начала? Все больше людей требуют активных действий от России в отношении Украины. Ввести войска, защитить Донецк…
- Я не знаю, чего в этом больше - милитаризма или человеколюбия. Люди хотят, чтобы прекратилась война. Они прекрасно видели на примере абхазского конфликта, как быстро эта тема разрешается. В свое время в ходе кавказских конфликтов там тысячи, десятки тысяч людей гибли. А тут вдруг в течение трех дней вся эта задача разрешена.
Кроме всего прочего, разве эта ситуация только в России? На Украине тоже слышны голоса, чтобы пойти, закатать всех в асфальт… как Коломойский - пообещать все, а потом повесить… Но тут я еще вспоминаю слова Достоевского. Когда Россия отправлялась освобождать Сербию от турецкого владычества, он говорил: вы что думаете, русские идут убивать? Нет, они идут жертвовать собой. И это очень важное замечание. Потому что люди понимают, что это коснется их самих.
- А вы сами за ввод? Вы же были командиром отделения ОМОНа? С учетом прошлого - в руках зуда нет?
- Никакого зуда нет, и я вообще-то оружие не брал с тех пор ни разу. Вот дед покойный оставил мне ружье, и я живу-то практически в охотничьих угодьях, зверья там полно, но у меня нет никакого желания пострелять… Надеюсь, что все это будет разрешаться иным образом.
Я думаю, что у России есть сто тысяч и одна возможность иным образом - дипломатическим, культурным, при помощи разведки, при помощи финансовых влияний - решать эту ситуацию так, как выгодно России. У меня была такая идея - на первый взгляд завиральная, но, может быть, в ней что-то и есть. Думаю, надо тайно позвонить из кремлевской администрации Петру Порошенко и сказать: продай нам, пожалуйста, ДНР и ЛНР (Донецкая народная республика и Луганская народная республика. - Ред.). Ну продай, а то мы устроим тебе через четыре месяца новый майдан, и ты будешь тут у нас прятаться уже вместе с Януковичем в одной коммунальной квартире. И мир сказал бы: ну раз Украина сама передала, то какие тут могут быть предъявы? Никаких. Правда, если Порошенко действительно находится под серьезным влиянием кураторов западных, то он, конечно, такого никогда не совершит.
Где Донбасс, а где Чечня?
- А если Порошенко скажет: «У меня другой покупатель, у него больше денег»?
- Да нет, не будет Вашингтон вкладывать… У Вашингтона нет газовой трубы, и Киев не должен Вашингтону столько денег, сколько России. Вашингтон им может только обещать и потом давить на Европу, чтобы Европа пыталась каким-то образом сама прикормить из своих пустеющих закромов Украину.
Нет, Россия с точки зрения экономической для Украины куда более важна. Это и по Януковичу было понятно, что Россия была готова вбабахивать и вбухивала столько денег, сколько никто не вкладывал никогда в Украину. А Порошенко, если он умеет считать, а он умеет хорошо считать деньги, он, конечно, эту идею воспринял бы.
Сейчас он, конечно, будет пытаться взломать, смять Донецк и Луганск, но если у него это не получится, значит, он получит постоянную проблему, которая жрет деньги из бюджета, - там ежедневно три миллиона долларов теряет Украина на военной операции. Да и потом, если они сейчас захватят что-то, мы тоже в свое время - в первую чеченскую, когда были такие же неразумные, как украинцы, - захватили Грозный. Но нам это никакого счастья не принесло. Потому что, если ты не можешь экономически разрулить эту ситуацию, проблема никогда не разрешится. А что сделает Украина с Донецком и Луганском? Оазис цветения и благополучия? Нет, они оставят эту территорию в состоянии вечного недовольства, раздражения и памяти о том, что мы не хотим с этими людьми жить.
- Интересное у вас сравнение прозвучало. Что Украина, оказывается, сейчас делает то же самое, что мы пытались в 1996-м. Получается, что, действуя теми же методами, что и Россия в 1996-м, Украина победы вряд ли добьется?
- Есть отличия. Чечня тогда уже являла собой совершенно деструктивное образование, которое несло одну проблему за другой - тем более там в 1999 году пошло прямое вторжение в Дагестан. А юго-восток Украины не совершал попыток захватить Киев и никуда не наступал, поэтому здесь аналогии не работают.
- В конечном счете вопрос с Чечней решил Путин.
- Вопрос решен до такой степени, что, мне кажется, Чечня впишется сейчас за всю Россию… Как кто-то пошутил: если произойдет какой-то российский аналог майдана, то последние, кто уйдет от Кремля, защищая Путина, будут чеченские формирования. Это немножко схоже с историей российского казачества. Донское, яицкое, уральское, кубанское казачество являло бесконечную проблему для государственной власти, потому что все бунты - Разин, Пугачев, Болотников, Булавин - бесконечные проблемы несли, а к началу революции оно стало самой консервативной частью общества, которое за батюшку-царя, за Отечество вступалось и разгоняло все митинги и гоняло большевиков. Произошло полное перерождение. И то, что у нас в истории казачества заняло 300 - 400 лет, здесь уложилось в 15. И ныне Чечня, если у России будет складываться какая-то проблема с любым соседом, - это, конечно, мощнейший козырь.
Рискуйте, и вам воздастся
- Вы сильно изменились с 2007 года, когда, будучи оппозиционером, вместе с Навальным организовывали свою партию.
- А может, это власть изменилась сильнее, чем я? Я поддерживаю власть только в тех вопросах, где ее позиция созвучна моей.
- Хорошо, а что она должна сделать, чтобы вы стали полным сторонником?
- Полным сторонником я не буду, но, думаю, что стану в крайне редких случаях выступать в качестве оппонента власти, если в России будет решена демографическая проблема. Вот когда в России как бы этот крест демографический будет преодолен и рождаемость действительно - не за счет притока мигрантов, а реально - начнет превышать смертность, очень многие вопросы к власти у меня будут сняты. Меня реально волнует, что будет со страной, если через 30 лет до половины бюджета станет уходить в Пенсионный фонд. Если у нас будет страна пенсионеров, она окажется недееспособной. Проблему нужно решать комплексно, сегодня и немедленно. Это ведь не просто людям плодиться и размножаться, а чтобы была работа, демографические проекты...
- Насколько я знаю, вы весомый вклад внесли в разрешение этой проблемы?
- Да, разрешаю ее по мере возможности. У меня четверо детей. От одной жены.
- А дальше?
- Это там решается (показывает на небо. - Ред.), а мы только способствуем этому. Надо книги хорошие писать - и все будет хорошо… Да, чтобы кормить детей, сегодня в России надо покрутиться. Но одну вещь я хочу сказать читателям «Комсомольской правды» - проверено на собственном опыте: «Каждый ребенок рождается с собственным хлебом». Каждый раз, когда появляется ребенок, что-то в жизни расширяется - линейка возможностей. И возможности, которые тебе никогда бы не предоставили раньше, тебе они предоставляются. Каждый раз, когда у меня появлялся новый ребенок… вот первый раз я был нищ как церковная мышь, потом как дьячок, а потом… Поэтому рискуйте, и вам воздастся! Это правда.
ИЗ ДОСЬЕ «КП»
Захар (Евгений - имя при рождении) Прилепин - писатель, автор романов «Патологии», «Санькя», «Грех», «Черная обезьяна», «Обитель», нескольких повестей и сборников рассказов. Лауреат более чем десяти российских и международных литературных премий.
Родился в июле 1975 г. в селе Ильинка Рязанской области. Окончил филфак Нижегородского госуниверситета и Школу публичной политики. Работал разнорабочим, охранником, служил командиром отделения в ОМОНе, принимал участие в боевых действиях в Чечне в 1996 и 1999 годах. Известен еще как бизнесмен, актер, политик, музыкант и журналист. Живет в Нижнем Новгороде.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Писатель Захар Прилепин: Россия - увлекательная карусель, в которой иногда голова кружится
Могли ли стринги и «Роллинг Стоунз» спасти СССР и зачем нашей стране нужна «пятая колонна»
Одним из основных претендентов на престижную литературную премию России «Большая книга» стал роман «Обитель» известного российского писателя Захара Прилепина. Впрочем, наша беседа с автором книги меньше всего касалась этого произведения. Хотя и началась с него.