До этого Скванто несколько лет жил в Лондоне, хорошо говорил по-английски. Он вернулся в родные земли в составе экспедиции, обследовавшей побережье Новой Англии. Именно Скванто научил пилигримов методам повышения урожая местных культур путем удобрения и показал хорошие места для рыбалки.

    Но пришельцы были алчными и жестокими. Они решили завладеть всеми ничейными, с их точки зрения, землями. Поскольку аборигенов было много, в честной борьбе переселенцев ждало неминуемое поражение. Да и не в правилах британцев воевать самим. Был придуман коварный план — стравить родственные народы в междоусобной войне. Пусть соседние племена, которые раньше делили только шкуры убитых медведей, уничтожают сами себя. Для этого в селения аборигенов пришли миссионеры, которые объясняли глупым дикарям, что жить по законам предков неправильно. Надо перенять образ жизни, культуру, божества пришельцев и после этого их жизнь станет полноценной, цивилизованной и богатой.

    «Обращенные» аборигены и стали ударной силой колонизаторов. Одни племена истребляли другие.

    Всегда находилась причина, по которой гуроны должны ненавидеть делаваров (вспомним Купера) и наоборот. В итоге от обоих племен в истории остались только названия рек и штатов, а земля и все ее богатства досталась колонизаторам. Так были уничтожены миллионы людей, которые посмели не согласиться с новым порядком.

    Шли годы, пришельцев становилось все больше и больше, а аборигенов все меньше и меньше. Наконец, настал тот день, когда «избранная нация» решила, что союзники им больше не нужны. И начались «индейские войны», в которых своих бывших союзников пришельцы уничтожали столь же безжалостно, как и врагов. Выживших выслали вон из страны предков, чтобы они постепенно забыли свои обычаи.

    Это только первая глава той трагедии, заключительный акт которой пока еще не написан. Далее были страны, народы, которые точно также либо исчезали, либо покорялись культуре и обычаям пришельцев, становясь их жалким подобием. А их земли подвергались такому же разграблению, как и земли наивных индейцев. Пришельцы бурили дырки в земле, копали шахты. Местное население за гроши работало на новых хозяев. История повторялась от страны к стране. Вождей покоренных народов пришельцы «приручали», давали им «свое» образование и разрешали затем править своими народами, но во благо пришельцев.

    И вот они пришли в мой дом — Украину. Им нужна моя земля. Пришельцы, как они делают столетиями, разделили украинцев на два сорта при помощи своих «миссионеров». «Миссионеры» доходчиво объяснили одной части моего народа, почему должна быть уничтожена его вторая часть.

3.  До середины 19 века русины остаются покоренным меньшинством, пока польско-австрийские власти не решают создать из них псевдоукраинцев - антипода русских. Австрийский император дарит им жёлто-синий флаг   , а поляки насыщают их речь полонизмами, пишут им гимн «ще не вмерла Украина» и прививают лютую ненависть ко всему русскому.
     
  4. Цепь предательств продолжилась и во время Первой мировой войны. С целью получения имущества и должностей своих соотечественников русинов они подло пишут на них доносы, обрекая на смерть в первых европейских концлагерях. Сильные духом были уничтожены, а слабые и откровенные предатели приняли новую идентичность. Они престали быть русинами и не стали поляками, а мутировали в  завистливый, злобный и агрессивный галицкий этнос.   
 
Вывод: Так усилиями поляков и австрийцев на исторических землях Руси удалось создать галицкий плацдарм, на котором появился мутант с комплексом неполноценности и навязчивой идеей о вековом угнетении его москалями.
   
  Они возомнили себя элитой сверхнации от «Сяну до Дону», а все остальные для них «недоукраинцы», не способные решать свою судьбу! Вдумайтесь, эти потомки свинопасов и польской прислуги, вылезшие из навоза, решили переделать нас, народ с величайшей историей! Такое могло зародиться только в голове у мутантов. И закономерно только здесь появляются десятки тысяч добровольцев в бандитские формирования ОУН-УПА и войска СС.
      Во имя своей маниакальной идеи дети ублюдки предают своих родителей поляков, начав в 30-е годы террористическую войну против них. А в 40-е эти бандиты и террористы с остервенением начинают рвать на куски уже всех, кто был не согласен с их идеями сверхнации. Повырезали и передушили сотни тысяч ни в чем ни повинных людей,  не скупясь — на всю ширину своих злобных душонок. «Волынская резня» показала всю мерзость идеологии этих плебеев.
     

Почему именно Галиция, а не любой другой регион Украины, стала заповедником пещерного национализма в столь извращенной и примитивной форме?
     
     Галицкий этнос вырос из беспощадно угнетаемых крестьянских холопов и прислуги в государствах, где их язык, культура и обычаи были чужды хозяевам. Если мы были всегда государствообразующим этносом, то они покоренным национальным меньшинством и оказались на периферии исторического развития нашего народа.
      Общеизвестно, что элита рождается только в городах. Города и элита были польско-австрийскими, поэтому у галицкого этноса никогда не было своей галицкой элиты.  Галицкий этнос по своему мировоззрению сугубо сельский феномен, не способный построить государство и создать культуру.
      На протяжении веков их жизнь состояла из страданий и унижений, приведших к выработке комплекса неполноценности с затаенной злобой, ненавистью и завистью. Галицкий взгляд на мир, основан на отношении холопа к миру господ, присущий низшим слоям общества.
     Им враждебна любая иная не их крестьянская культура, поэтому и общерусская городская культура и язык оказываются чужими, «москальскими». Все же проявления крестьянского быта превращаются в культуру и язык галицкого этноса.

     У них ярко выражено лакейское чванство - смесь зависти и ненависти к тем, кто выше и презрения к тем, кто по их разумению ниже. Поляки вбили им в голову идею отдельного народа, угнетаемого москалями. Теперь в их воспаленном сознании существуют проклятые москали и испорченные москалями  соплеменники, не осознающие свою украинскость.
      Они пытается преодолеть чувство собственной неполноценности и утвердить себя в качестве чего-то элитного через культивирование примитивного национализма, по формуле «одна страна – одна нация – один язык». Это по сути попытка галицкого села заменить культуру города сельским культурным суррогатом. Отсюда и противостояние галицкого этноса и остального народа Украины.
      Видя презрение и ненависть к себе внутри страны они маниакально ищут спасения уже в Европе. От полной безысходности они как облезлая шавка, жалобно скуля, скребутся в закрытые двери Европейского Союза и время от времени потявкивает на Россию. Их холопское пресмыкательство перед Европой, которая видит их в качестве прислуги выносящей горшки, вызывает только чувство омерзения.     
      Вот такая невеселая история этой забитой польско-австрийской провинции.