Евгений Федоров: Суть закона не в словах "страны-агрессоры", просто русский язык таким образом характеризует группу стран, которые ведут политику против России. Это страны, принявшие решение на государственном уровне об ухудшении жизни в России – допустим, уничтожить российскую экономику, о чем премьер-министр Англии публично заявил. Или в США Обама многократно публично заявлял, что "наша задача ослабить российскую экономику" - это то же самое, что уничтожить, только в более мягкой формулировке. Бывает агрессия военная, когда вторгаются вооруженные силы, как фашистская Германия, например, вторглась в 1941 г. Бывает агрессия экономическая, как в данном случае мы наблюдаем ее в виде санкций. Найдите другой термин, который характеризовал бы страны, ведущие враждебную по отношению к России политику на уровне государственного управления.
Вопрос: В чем же суть закона?
Евгений Федоров: Суть закона в ослаблении агрессии, удара (то есть последствий агрессии) против России, а вообще лучше – предотвращение удара. Закон носит защитный характер по отношению к российской экономике, российскому государству и российским гражданам. Каков метод защиты - которого сейчас в законодательстве нет, но после принятия закона произойдет - это защита от внешнего управления Россией, ее экономикой, отраслей промышленности. И естественно, это внешнее управление сказывается на уровне жизни российских граждан- всех 145 млн. Но закон предусматривает, что если под контролем стран-агрессоров находятся компании, осуществляющие управление российскими отраслями, бизнесом, то деятельность этих компаний прекращается на территории Российской Федерации. То есть этим компаниям не разрешают управлять российскими отраслями. Это совершенно реальная вещь – у меня в руках список: Центральный банк управляется американской компанией PricewaterhouseCoopers, Oliver Wyman, министерство финансов – KPMG Deutschland, министерство строительства – Deutschland provence.

Вопрос: И, видимо, это не единственные примеры?
Евгений Федоров: Это огромный список, почти все министерства и ведомства, все крупные компании, они обязаны это делать – они имеют отделы управления в лице иностранных компаний под контролем США, это все американские компании. Какая роль этих компаний? Их роль - формирование повестки дня для работы министерства, формирование курса министерства ведомства и так далее. То есть они вырабатывают ту позицию, которая потом озвучивается министром в виде доклада. Просто в системе министерств все органы исполнительные, а эти компании – креативные органы, организации, производящие управленческий креатив.
Например, откуда возникли эти странные идеи, как повышение пенсионного возраста, секвестр бюджета? Секвестр бюджета, напоминаю – это понижение зарплат. Изъятие пенсий и их "перекачка" – это все сентябрьские предложения МВФ, которые есть на сайте и реализованы они через такого рода компании. Это совершенно сознательное уничтожение российской экономики через архитектуру ее управления, внутреннюю систему, законодательную систему, через "мозги" министерств и ведомств. Могут ли эти компании не реализовывать задачу развала российской экономики? Например, американская компания, которая при Центробанке – эта компания специализируется на странах, против которых США объявили санкции. И они в этих странах помогает санкциям дойти до назначения. То же самое и в России. Могут ли они не выполнить приказ своего американского правительства? Не могут.

Вопрос: Помимо влияния на экономику, они же и следят за исполнением санкций?
Евгений Федоров: В США есть специальное управление при казначействе, которое осуществляет контроль режима санкций в отношении других государств, и у этого управления огромные полномочия. Последний штраф, который оно назначило за невыполнение режима санкций в отношении одной из французских компаний – 9 млрд долларов, например. Попробуй не выполнить его приказ - просто разорят. И, кстати, эти компании имеют управленческо-политический характер деятельности, это доказывает, что если в России они за это получают деньги, в том числе из российского бюджета, то, допустим, на Украине часть этих компаний консультирует украинские власти, министерства и ведомства бесплатно. Они выполняют функцию внешнего управления, а в России им за это еще и доплачивают. Поэтому наше предложение – убрать этот механизм манипулирования российской экономикой и государством, ведь это вопрос суверенитета хотя бы в отношении государств, которые проводят по отношению к России агрессивную политику.

Вопрос: Получается, на вид это не просто законопроект, это политический переворот?
Евгений Федоров: Для этого у нас и есть национально-освободительное движение, это беспокоит всех, это последствия поражения 1991 г. Но идет борьба, и этот закон - как форма борьбы. И именно поэтому указанные компании так противятся принятию этого закона, пишут отрицательные заключения.
Вопрос: Закон не прошел в первом чтении, что его ждет?
Евгений Федоров: Это освободительная борьба, но именно борьба – часть сил "против", часть сил "за". И я хочу сказать, что, когда говорят о примере этого управления, думают, что это где-то в космосе, виртуально все. Но есть недавний пример, когда Путин, будучи председателем правительства, внес закон о национально-платежной системе, содержащей главу о национальных платежных картах. Он это внес, после чего "Викиликс" опубликовал, как этот механизм хорошо работает, а американский посол выступил против этого закона и попросил Госдепартамент повлиять в России на министерства и ведомства, чтобы кураторы изъяли главу о национальных платежных картах. Во втором чтении из путинского закона была изъята глава о национальных платежных картах – по официальному указанию переписки американского посла и Госдепартамента, тут все открыто. И первое же, что случилось, когда начались санкции против России, первое, по чему ударили американцы – это ввели санкции в отношении держателей пластиковых карты Visa и Маster card, а это сто миллионов человек в России. Потом это удалось сгладить ценой других уступок, откровенно скажем. И уже сейчас новый вариант этой главы, вернее, старый вариант этой главы – это опять по команде Владимира Путина – удалось провести в стране. Это просто полномасштабная борьба. На одной стороне - национальный лидер Путин и часть, скажем так, элит. А на другой стороне - большая часть государственного управления, которую вполне устраивает коллаборационистский характер российской государственности.
Вопрос: В создании закона Вы опираетесь на какой-то прецедент, в других странах есть аналогичные меры?
Евгений Федоров: В других странах по конституции такого рода процессы внешнего управления запрещены. В США это просто запрещено по законодательству – вводить систему внешнего управления. Там это решается на другом уровне, в принципе запрещается управлять страной извне, так там и сказано. А у нас нет - и это только часть вопроса, который мы поднимаем. Посмотрите, что говорит Бастрыкин о прикрытии всей системы, о конституции, где 15 статья прямо предписывает исполнять иностранное управление. Это все работает в соответствии с конституцией, вот конкретный небольшой вопрос по консалтингу можно решить в рамках сегодняшней конституции, а в целом систему управления можно изменить только конституционной реформой – о чем Бастрыкин и говорил, называя конституцию России – правовой диверсией. В нашем законе просто показано, как в этой диверсии работают эти "мины", а глава Следственного комитета говорит, что это правовая диверсия, организация конституционной вертикали власти в части внешнего управления.
Вопрос: Значит, принятие закона потянет за собой и изменение конституции?
Евгений Федоров: Принятие закона как такового – не потянет изменение конституции, а, скажем, направит в нелегальную схему управления эти методы внешнего управления. Эти же американские управляющие системы перейдут на нелегальное управление, и там без изменения государственной архитектуры власти мы суверенитета не достигнем. Но решить эту проблему в целом - значит значительно снизить удар кризиса. То есть министры перестанут наперебой принимать иностранные предложения, явно и публично направленные на ухудшение жизни населения. Они же это делают каждый день. Снизится фактор уничтожения через госуправление, а для того, чтобы наладить жизнь, нужно будет заняться конституционной реформой, то есть нужно проводить референдум по конституции в части отмены общепризнанных принципов и норм иностранного права, которые являются обязательными для российского законодательства, российской правовой системы.