Как выяснилось, из десяти американцев отказался подписывать петицию лишь один. То есть девяносто процентов американцев сегодня считают правильным делом, скажем, сбросить атомную бомбу на один из российских городов только для того, чтобы весь мир знал — кто главный «на районе». И их абсолютно не интересует — сколько россиян погибнет, сколько останется калеками на всю жизнь, и что станет с экологией целого региона.

А, с другой стороны, чему удивляться? Они же до сих пор думают, что Хиросима и Нагасаки бомбились по делу, да и выжигание напалмом вьетнамских деревень тоже было необходимым! И ведь что характерно — в обозначенном сюжете ставили подписи рядовые среднестатистические американцы, ничем из толпы не выделяющиеся. Правда, подписываясь, каждый из этих серых американских обывателей по непонятной причине считал себя наместником Господа на земле.

Теперь понятно, за что я так не люблю Америку?

Скажу сразу, чтиво отменно убогое – банальный, траченный молью, неизменный со времен Кравчука, набор из дежурного киевского словоблудия насчет «самодеятельности территориальных громад» сдобренный, явно для пущей важности, маловразумительными «принципами субсидиарности» и совсем уже фантастической «финансовой самодостаточностью местного самоуправления». Это, видимо, что-то из серии — «на тебе сто рублей и ни в чем себе не отказывай».

Тем не менее, даже в этом неприкаянном «тексте слов», можно выловить кое-какие знаковые указания на то, как будет выглядеть эта самая «децентрализация» по-киевски.

Оказывается, «базовой единицей местного самоуправления с наибольшим объемом полномочий» должна быть так называемая «громада», то есть село, поселок или город, «либо их объединение». Какое-именно «объединение» городов и поселков имеется в виду, Гройсман не уточняет, но из дальнейшего следует, что никаких особых перемен ждать не приходится. Ибо «будет внедряться трехуровневая система местного самоуправления». То есть: населенный пункт – район – область. Именно такая существует на Украине и сегодня.

А поскольку никакой район и даже область, не говоря уже про отдельное село, гарантированно не получат хотя бы части основных государственных полномочий, да и просто их никогда не потянут, то из этого следует, что ни о какой реальной децентрализации Украины (не говоря уже о ее федерализации, или конфедерализации) речь вообще не идет.
И, естественно, нет и речи о том, что киевская власть готова признать очевидное – то есть критическую неоднородность страны, как раз и ставшую причиной ее нынешнего развала и, соответственно, необходимость наделения основных территориальных блоков (гораздо более крупных, чем отдельная область — таких как Галичина, или Новоросссия) и совершенно не сходных между собой по этническим, культурным, историческим и духовным характеристикам, достаточным набором полномочий для осуществления неотъемлемых прав на собственный образ жизни.

Причина такой оппозиции киевского режима совершенно очевидна — обустройство Украины сообразно нуждам и чаяниям ее населения, во всем его многообразии, входит в прямое противоречие с основной целью бандеровского мятежа – «розбудовой державы титульной нации», унифицированной и «построенной» до последнего кирпичика по образцу австро-венгерско-галицийской казармы.

Поэтому никакой децентрализации даже не планируется. А будет самое обыкновенное многократно уже виденное киевское разводилово, бесконечный словесный понос, в котором со временем утонут даже крупицы здравого смысла, не говоря уже о каком-то рациональном решении украинской региональной проблемы.

В этом смысле «откровения от Гройсмана» полезны тем, что они со всей очевидностью демонстрируют, что украинские «кирывныки» до сих пор ничего не поняли и ничему не научились. И что они, по- прежнему, пытаются решать задачи исторического масштаба теми же негодными бюрократическими способами, которыми делали это все последние 25 лет. То есть замотать и заболтать любое неугодное лично им начинание.

Именно в этом и заключена самая большая проблема киевского режима, который в интеллектуальном и кадровом смыслах остался где-то в зачуханной советской провинции, совершенно не соответствует масштабу вызовов современной эпохи и не способен дать на них адекватный ответ. Они все еще рассчитывают, по своей комсомольско-совковой привычке, дуриком проскочить между капельками дождя и остаться при этом сухими.
Понятно, что ничего путного у них из этого не выйдет. Нам же важно еще раз констатировать, что киевская клика намерена полностью профанировать минские соглашения, практически ничего не меняя в стране и сохраняя всю полноту власти в своих руках. С тем, чтобы и дальше беспрепятственно насаждать бесовское бандеровское иго на всей территории Украины – от Львова и Ужгорода до Луганска и Одессы. Эта констатация имеет огромную важность в связи с неизбежным уже в самое ближайшее время воем западной пропаганды насчет того, что главными виновниками срыва договоренностей являются Россия и Новороссия, которые якобы отвергают «добрую волю» Киева. Нечего там отвергать. Потому что никакой «доброй воли» у хунты отродясь не было и нет.А есть только одно желание — переварить, наконец, этот огромный кусок добычи — проглоченную ими Украину и при этом не получить заворот кишок с летальным исходом.
Юрий Селиванов, специально для News Front

Даже если 20 июня ничего не произойдёт, то в течение пары ближайших месяцев после этого нужно будет совершить несколько крупных платежей по долгам: 27 июля 750 миллионов долларов по долгам государственного «Укрэксимбанка», 23 сентября – 500 миллионов долларов по евробондам и 13 октября ещё 600 миллионов долларов по евробондам. Корпоративные и муниципальные долги я в этом рассмотрении не затрагиваю.

При этом состояние украинской экономики благодаря действиям «евроинтеграторов» просто ужасное. НБУ ухудшил свой прогноз по экономике до падения в 7,5% ВВП. Ему вторят Всемирный банк (снижение прогноза с 2,3% до 7,5% падения ВВП) и МВФ (с 5,5% до 9% падения ВВП). Все рейтинговые агентства также корректируют рейтинги Украины всторону снижения. «Bloomberg» оценивает вероятность дефолта в 57%, а некоторые экспертные оценки доходят до 75%.

За апрель ЗВР Украины сократились с 9,97 до 9,631 миллиарда долларов. ЗВР снизились на 339 миллионов долларов, несмотря на кредит от Китая в 161 миллион долларов и поступление средств от Еврокомиссии в размере 273 миллиона (то есть, без подпитки падение составило бы 773 миллиона долларов). Величины падения за май ещё нет в открытом доступе.

При этом в апреле Нацбанк смог купить у населения и банков всего 151 миллион долларов (в марте эта цифра составляла ещё 581 миллион). Фактически, внутренние источники пополнения ЗВР иссякают (у населения просто заканчиваются запасы), невзирая на де факто монополию НБУ на торговлю валютой.

Экспорт за первые три месяца 2015 года упал на 32,9%, импорт — на 36,5%. Инфляция за четыре месяца составила 37%, что уже выше, чем заложенный в бюджете прогноз НБУ на целый год.

Основные статьи пополнения валютных резервов: экспорт химпрома практически сравнялся с импортом, цены на сталь упали в два раза, что делает металлургию убыточной, аграрный сектор также выживает с нулевой (если не отрицательной) рентабельностью.

Банковская система разваливается:

- 38 банков находятся в стадии ликвидации;
- в 13 банках введена временная администрация НБУ (что также приводит исключительно к банкротствам);
- ещё 15 банков признаны «проблемными» (то есть тоже под нож, но чуть позже).

При этом за три месяца переговоры с кредиторами так и не начались. На принятие Верховной Радой популистского разрешения о моратории на выплату долгов кредиторы ответили судебными исками на сумму свыше 8 миллиардов долларов.

Бездарные действия (и бездействие) киевского режима делают дефолт практически неотвратимым, поэтому стоит перечислить его возможные последствия. Для начала «конвенционные», прописанные во всех учебниках экономики.

1. Отказ государства расплачиваться по своим обязательствам – это существенный минус для репутации страны и ее финансового рейтинга. Мировая экономика в данный момент почти полностью построена на кредитах и репутации. Так как никто не может заставить то или иное государство, банк или фонд выдать кредит (ведь этот рынок полностью независим, и даже правительство США не может надавить на кредиторов Украины), то правительству страны, допустившей дефолт, будет крайне сложно получить новую финансовую помощь. Кто будет давать денег в долг тому, кто с высокой вероятностью не сможет их вернуть?

2. Обесценивание гривны. Если государство не имеет возможностей и ресурсов расплатиться по своим долгам (нет обеспечения), то курс валюты начинается стремительно падать. Если оно становится нищим, его деньги перестают цениться. Сама по себе нацвалюта имеет вес до тех пор, пока у государства сильная экономика, хорошая промышленность, большие запасы природных ресурсов, значительные золотовалютные резервы.

Формула для расчёта дефолтного курса национальной валюты равна М2/ЗВР, то есть в случае Украины — 930 миллиардов гривен/9,6 миллиардов долларов (плюс-минус). Примерно 930/9,6=97 гривен за доллар. С учётом того, что до дефолта большая часть ЗВР также может быть растрачена (в том числе на погашение долгов, закупку углеводородов или валютные интервенции), то курс может улететь далеко за сотню (и тогда, без индексации зарплат и пенсий, минимальная зарплата будет в районе 12-13 долларов в месяц).

3. Полная или частичная остановка производства. Успешной автаркией на земле сегодня может считаться только Иран. У всех остальных государств большая часть производств зависит от торговли с соседними государствами. Практически все международные контракты на поставку товаров, сырья, комплектующих, необходимых для полноценной работы, подписываются на несколько лет вперед, и оплата идет в долларах либо другой мировой валюте.

Дефолт приводит к резкому дефициту валюты/комплектующих/сырья/энергоресурсов, останавливается производство, растёт безработица и нищета, налоги не собираются, экономическая ситуация ухудшается изо дня в день. Прекращение импорта ударит по поставкам (в миллионах долларов, данные за первый квартал 2015 года):

- пластмасс – 370;

- резины и каучука – 108;

- органической химии – 120;

- текстиль – 180;

- обувь – 47;

- различное оборудование – около 400;

- автомобили и запчасти к ним – свыше 200.

В результате падение производства, снижение оборотов розничной торговли, устаревание оборудования, возрастание опасности техногенных катастроф и так далее.

Кроме того, отсутствие возможности закупать критические статьи импорта приведёт к существенному обеднению рациона питания большинства украинцев и исчезновению из продажи практически всех лекарств иностранного производства (а это свыше трети всего ассортимента, на сумму свыше 100 миллионов долларов в месяц). До сих пор цены на лекарства просто росли (с начала года на 60-80%), а теперь многие их категории могут просто исчезнуть из продажи.

4. Разрушение банковской системы. В результате дефолта иностранные компании покидают рынок страны, а национальные банки терпят огромные убытки. Во-первых, они лишаются возможности воспользоваться международной финансовой помощью. Во-вторых, идет огромный отток депозитов и вкладов населения. В-третьих, их собственные сбережения, хранящиеся в национальной валюте, тоже теряют в цене. Практически все банковские услуги перестают предоставляться: нереально получить кредит, отрыть счет, даже деньги свои получить не всегда удастся. Чтоб как-то выжить в условиях дефолта, банки замораживают счета компаний и частных лиц, оборот денег уменьшается до критического минимума. Одни потери и убытки. Экономика скатывается в бартер и натуральное хозяйство.

Как видим из данных по закрытым и закрывающимся банкам выше, разрушение банковской системы уже происходит, хотя дефолт ещё не объявлен. А после блокирования доступа к иностранным финансам ситуация станет только хуже.

5. Политические проблемы. Отказ государства рассчитываться по своим финансовым обязательствам приводит к росту недоверия со стороны правительств других стран (в общем, с Украиной уже не хотят иметь дел). Также растет недоверие внутри самого государства, назревает кризис власти, недовольство населения увеличивается каждый день (и это не «происки агентов Путина», а объективные процессы).

Как пишет учебник, «в случае дефолта возможна череда акций протестов, что может привести к силовому захвату власти или гражданской войне». Впрочем, в Украине это уже обыденное состояние – и постоянные протесты, и гражданская война.

Очевидно, что формальное объявление дефолта не является триггером для запуска большинства из этих процессов. Фактическая неплатежеспособность государства запускает эти процессы и без признания дефолта «де юре». Банки закрываются, производства останавливается, экономика стремительно падает, безработица растёт, флажковая (связанная с отъёмом собственности) преступность выросла в разы.

Поэтому признает киевский режим дефолт, или и дальше будет делать вид, что всё хорошо – на ситуацию это почти не повлияет.

В апреле Олег Ляшко с группой депутатов внёс в Верховную раду законопроект «О национализации имущества государства-агрессора и его резидентов». Инициаторы законопроекта замахнулись на всё недвижимое и движимое имущество, банковские вклады и любые активы, принадлежащие гражданам РФ «непосредственно или через аффилированных лиц». Законопроект предполагал, что изъятие активов должно происходить без какой-либо компенсации.

Несмотря, однако, на весь накал антироссийских страстей, в Раде законопроект Ляшко не прошёл. Дело в том, что, по данным украинских же экспертов, в каждом десятом из крупнейших предприятий Украины имеется значительная доля российского капитала. Национализация российских активов, по этим оценкам, может привести к падению ВВП Украины на 20 %.

Кроме того, в Киеве задумались о возможном ответе со стороны Москвы. Хотя у олигархов «незалежной» в РФ активов существенно меньше, чем у российских бизнесменов на Украине, но даже ради победы над «москалями» украинские миллионеры не спешат рисковать своим имуществом. Тому же Петру Порошенко совсем не хочется расставаться со своей кондитерской фабрикой в Липецке.

В начале лета интерес к имуществу РФ у украинских властей обострился снова. 5 июня Порошенко объявил, что Украина подготовила ряд исков против России, которые «будут направлены в различные суды, начиная от Морского арбитража и заканчивая Судом в Гааге по защите собственности и к персональной ответственности тех или иных лиц». Украинский президент сообщил также, что подготовлен документ с перечнем социально-экономических и других санкций Украины к России. Не исключено, что одной из санкций станет арест и/или конфискация российских активов на Украине в порядке «компенсации» за Крым.

Четыре иска к России Украина уже подала. Три из них – в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), четвертый – в Международный суд ООН. Один из исков по линии ЕСПЧ был подан в декабре 2014 года и касается ущербов от «аннексии» Крыма. Сумма искового заявления – около 1 триллиона гривен (47,3 млрд. долл). Позиции Киева по данному иску крайне зыбкие. Прежде всего, ЕСПЧ не имеет полномочий для рассмотрения межгосударственных имущественных споров, он специализируется на защите граждан. Иск Киева беспрецедентен для Европейского суда. Кроме того, сумма иска имеет очень слабое экономическое обоснование. Мутным является и юридическое основание иска. С юридической точки зрения Крым сначала вышел из состава Украины, а уже потом вошел в состав РФ. Так что история с декабрьским иском обещает растянуться на многие годы, а её финал может обернуться для Киева полным фиаско.

По оценкам лидера Европейской партии Украины Николая Катеренчука, общая сумма исковых требований Киева к Москве уже достигла 300 млрд. долл. Для сравнения: ВВП Украины в 2013 году составил 177,4 млрд. долл. (данные Всемирного банка).

Шансы на успех любых исковых требований Киева к Москве крайне невысоки. И главная причина состоит в том, что практика международных имущественных споров не знает таких прецедентов. Так называемых аннексий в мировой истории насчитываются тысячи, если не десятки тысяч, но компенсаций в этих случаях никто не требовал, а если и требовал, то механизмов удовлетворения требований не существовало. Киев решил создать прецедент. Только вряд ли получится.

Кроме того, даже если та или иная международная судебная инстанция вынесет решение об удовлетворении искового требования Киева, значительная часть зарубежного имущества РФ имеет разного рода иммунитеты. Не защищенного иммунитетами государственного имущества Российской Федерации за рубежом крайне мало. Имущество частных физических и юридических лиц РФ аресту и конфискации не подлежит - за исключением случаев, когда можно доказать, что указанные лица действовали в соответствии с указаниями российских властей. Доказать прямую причастность российских юридических лиц (компаний, банков, других негосударственных организаций) к ущербу, вызванному «аннексией» Крыма, крайне сложно. Наиболее удобны для ареста и взысканий активы российских компаний со 100-процентным участием государства, но таких чисто государственных российских компаний не так много. У того же «Газпрома» помимо государства есть частные акционеры, в том числе иностранные. И попытка конфискации имущества «Газпрома» приведёт только к встречным искам со стороны акционеров.

Есть и ещё одна тонкость. Дело в том, что в прошлом году Гаагский суд вынес судебное решение по делу ЮКОСа, обязав Россию выплатить иностранным акционерам указанной нефтяной компании 50 миллиардов долларов компенсаций. Россия обжаловала данное решение, история обещает растянуться на годы. Однако дело даже не в этом, а в том, что истцы по делу ЮКОСа находятся в очереди по требованиям к Российской Федерации впереди Украины. Бывшие акционеры ЮКОСа уже прицениваются к тому, что можно было бы пустить с молотка, чтобы получить вожделенную компенсацию. Однако даже теоретически за пределами РФ не набирается «незащищенного» имущества на сумму 50 млрд. долл. А Украине тут вообще рассчитывать не на что.

Киев явно делает ставку на «неформальный» подход к рассмотрению его исковых заявлений и исполнению решений международных судов. Например, на то, что будут арестованы и конфискованы международные резервы Российской Федерации, размещенные в казначейских бумагах США и других ведущих стран Запада, а также валютные депозиты Банка России, размещенные в крупнейших западных банках. Однако сие будет означать окончательную смерть международного права и окончательную дискредитацию международных инстанций, выполняющих судебно-арбитражные функции. На такую жертву ради Киева Запад не готов.

В принципе, конечно, нельзя исключать вариант полного слома Западом остатков системы международного права и перехода к прямой и жёсткой конфронтации с Россией, которая повлечёт аресты и конфискации российских зарубежных активов, как государственных, так и частных, как не защищенных иммунитетом, так и защищенных, как материальных, так и финансовых. Однако для такого радикального шага Западу нужны гораздо более серьёзные основания, чем стремление поддержать киевский режим. Киеву не стоит переоценивать свою роль в мировой политике.

Похоже, новая инициатива Порошенко с выдвижением исков против России продиктована банальным соображением – нежеланием платить по долгам. В том числе по займу в 3 млрд. долл., который Россия предоставила Украине в декабре 2013 г.  20 июня Киев должен сделать очередную выплату процентов по этому займу в размере 75 млн. долл., а в конце года полностью его погасить. Предполагают, что Порошенко откажется от уплаты процентов и основной суммы долга, а основанием для отказа выдвинет наспех подготовленные встречные требования Украины к России, пытаясь втянуть Москву в игру под названием «финансовый покер».