Логичный вопрос – кому выгодны беспорядки. Простого взгляда на карту Балкан достаточно, чтобы увидеть две вещи. Во-первых, это трасса будущей китайской скоростной железной дороги, которая должна связать греческий порт Пирей с Будапештом через Скопье и Белград. Через Македонию также проходит маршрут будущего газопровода «Турецкий поток», пришедшего на смену канувшему в лету «Южному потоку». Во-вторых, несмотря на то, что Сербия должна быть главным узлом и «Турецкого потока», и китайской железной дороги, именно Македония является самой слабой страной на пути этих инфраструктурных проектов. Соответственно, дестабилизировав Македонию, можно разрушить оба проекта, что выгодно тем, кому неудобно сотрудничество Балканских стран с Китаем и тем более с Россией, из которой в стиле геббельсовско-маккартийской пропаганды Второй Мировой и Холодной войны снова делают пугало для Европы.
Говоря прямо, беспорядок выгоден США, которые с развала двухполярной системы международных отношений являются ключевым игроком во всех геополитических процессах на Балканах. Безусловно, именно это происходит в случае Македонии. Сам факт того, что посольство США в центре Скопье занимает огромную площадь, говорит о многом. В стране с достаточно маленькой территорией и 2-миллионным населением, где инвестиции из Соединённых Штатов не особенно значительны, США построили крепость в стиле хай-тек (как пишут СМИ, с восемью этажами под землёй), рядом с исторической крепостью города. Возникает простой вопрос: с какой целью?
— Каков Ваш прогноз: македонский премьер-министр Никола Груевский устоит или его свергнет прозападная оппозиция при поддержке албанских вооружённых отрядов?
– Оппозиция требует безусловной отставки правительства, без выборов, зная, что её шансы на победу стремятся к нулю. А западные «демократии» вместо того, чтобы поддержать демократическую процедуру, якобы самую большую для них ценность, первоначально поддержали требования оппозиции о формировании ими «переходного правительства» без выборов и без Груевского, который, как в своё время Каддафи, «должен уйти». На данный момент кажется, что наступила передышка, так как западные партнёры спасли честь оппозиции и свою. Премьер-министр Никола Груевский и вождь оппозиции Зоран Заев договорились, что внеочередные выборы состоятся в апреле 2016 года. Дело только в том, что Груевский с самого начала предлагал выборы.
Боюсь, что в будущем, так или иначе, снова активизируются албанские боевики. Может быть, момент отодвинут на некоторое время, потому что пока США добились главной цели – после теракта в Куманово и политической дестабилизации в Македонии подорван проект Газпрома «Турецкий поток», а правительство Сербии, понимая урок Македонии, начало говорить о «диверсификации» поставок энергоресурсов.
Вы отлично указали на два направления дестабилизации Македонии. Перед зданием правительства 17 мая прошёл митинг оппозиции, но день спустя на митинге в поддержку правительства появилось по самым скромным оценкам в два раза больше людей. Интересный феномен произошёл в эти два дня. На протесты опозиции вышло много представителей албанского меньшинства, и помимо македонских флагов было замечено много албанских флагов, хотя албанская партия в правительстве, которую возглавляет Али Ахмети – вождь боевиков с 2001 года, не поддержала протест и пока остаётся в коалиции с партией Груевского. С другой стороны, день спустя 18 мая на митинге в поддержку правительства кроме македонских флагов и флагов правящей партии ВМРО-ДПМНЕ не было ни одного албанского флага, зато появились десятки сербских, так как большинство сербов в Македонии выступают против «оранжевой революции» и тем более против терроризма. Если провести дальнейшую аналогию в контексте нынешнего мирового геополитического конфликта, то албанский флаг олицетворял США, а сербский – Россию, и всё это противостояние разворачивается на фоне македонского флага на балканской части шахматной доски.
РОССИЯ ДОЛГО БЫЛА ПАССИВНОЙ НА БАЛКАНАХ, НО СЕРБЫ ВЕРЯТ В НЕЁ
— Может ли Россия повлиять на стабилизацию обстановки в Македонии?
– Можем предположить, что положение вещей в Македонии было бы гораздо хуже, если бы глава МИД России Сергей Лавров не выступил с ясными заявлениями относительно происходящих в стране событий. Особенно насчёт его опасений по поводу того, что Болгария перебросила свои военные силы на границу (с Македонией – прим. ред.). Это действие произошло после того, как болгарский премьер-министр Бойко Борисов, глядя на некоторые западные страны, использовал крайне недипломатическое выражение, сказав, что председатель македонского правительства Груевский «должен уйти». После такого заявления появление армии на границе совсем не шутка, особенно если учесть территориальные претензии Болгарии на Македонию. А сейчас мы наблюдаем, что ситуация несколько успокоилась, оппозиция в Скопье согласилась на выборы, которые согласно договору должны пройти в апреле следующего года. Спокойствие скорее всего временное, но думаю, без русской дипломатической инициативы всё сложилось бы иначе.
Но здесь мне нужно отметить, что Россия долго была очень пассивной по вопросу Балкан и последствия её политического отсутствия в регионе ощутимы. К сожалению, русские миротворцы покинули территорию Косово и Метохии в 2003 году, что для сербов края стало большим моральным ударом, так как находясь в окружении враждебно настроенного албанского населения они смотрели на русских солдат как на своих. Год спустя, в 2004-м произошёл страшный погром сербов края и их культурного наследия. Горели наши святыни, некоторые из них были построены в 13-14 веках, как например церковь Богородица Льевишка и монастырь Святые Архангелы в городе Призрен. Были бы сейчас русские военные, а не только солдаты стран НАТО, ситуация была бы иная не только с Сербией, но и с Македонией.
Россия очень долго вела неясную политику на Балканах и, в конечном итоге, без понимания собственных интересов. К примеру, в 2006 году, когда Черногория после очень спорного референдума отделилась от Сербии, под прямым давлением таких людей как Хавьер Солана, занимавший во времена агрессии альянса в Югославию пост генерального секретаря НАТО. Стратегической целью отделения Черногории было отрезание Сербского государства от моря. Россия в это время вела недопустимо пассивную политику, и теперь результаты такой политики видны. Несмотря на огромные российские инвестиции, Черногория первая ввела санкции против России, она находится на пороге членства в НАТО и откровенно ведёт русофобскую политику, которая перекликается с сербофобией. Черногория для Сербии означает то же, что Украина для России.
Исходя из всего этого мой совет для российской дипломатии относительно её балканского направления простой – делайте всё противоположное действиям США. Если они способствовали раздроблению сербского пространства, вы способствуйте его интеграции. Прошлое остаётся в прошлом, и жалеть о пролитом молоке не стоит, а нужно исходить из сегодняшнего дня. Россия хоть и находится далеко не в преобладающем положении, конечно, может влиять на ситуацию, если грамотно сосредоточится на дипломатическом, экономическом, гуманитарном (научном, культурном, образовательном) уровне. У России есть одно огромное преимущество – вера сербов в неё и такую веру нужно оправдать действиями.
— Почему руководство Сербии относится к «Турецкому потоку» с гораздо меньшим оптимизмом, чем к «Южному потоку»?
На примере Македонии наши представители власти видели, что ждёт их и нас, если не будем прислушиваться к заокеанским «советам». По сути, пока что все газовые проекты виртуальные и останутся такими до изменения политической ситуации, – либо пока не наладится диалог между США и Россией о зонах влияния, либо пока не упадёт глобальная напряжённость. Сегодня мы не наблюдаем ни одного, ни второго. Это значит, что и действия наших политических элит будут оставаться неоднозначными. Но такова судьба политиков в полу-оккупированных странах. По большому счёту, ими не доволен ни иностранный фактор, который способствовал их приходу к власти, ни народ, которым они управляют.
Недавно наш премьер-министр Александр Вучич перед посещением Вашингтона сказал, что Сербия должна «диверсифицировать поставки энергоносителей». Такое заявление, конечно, является прямым ударом по «Турецкому потоку». Ближайшее время будет крайне интересным, так как разногласия между премьер-министром Вучичем с одной стороны и президентом Томиславом Николичем с другой, становится всё заметнее. Вучич ведет всё более и более антисербскую политику, унижая и народ и себя лично в череде дипломатических встреч с официальными лицами на Западе. Как его и через него нас всех (сербов – прим. ред.) унижал премьер-министр Албании Эди Рама – отдельная тема. Это унижение особенно было заметно во время его визита в США, где он встретился с сенатором Джоном Маккейном. Вучич сказал, что «сербский народ особо ценит его поддержку и помощь» и выразил надежду, что Маккейн скоро посетит Белград. Это все Вучич наговорил несмотря на то, что Маккейн, как и другие официальные лица США, прямо признаёт независимость Косово.
С другой стороны президент Николич, кажется, решил вернуться в политику с помощью своей позиции о Косово, идущей вразрез с «брюссельскими соглашениями», которые унизительно отняли рычаги сербской власти в крае и довели страну к шагу до признания (независимости Косово – прим. ред.). Зная, что в июле к нам приедет Виктория Нуланд и скорее всего не с «печеньками», а с шантажом и требованием признать Косово, ввести санкции против России, отказаться от «Турецкого потока» и поддержки Республики Сербской, можно ожидать новых потрясений и «не скучных» времён.
ЦЕЛЬ НАТО – НЕ ИНТЕГРАЦИЯ СЕРБИИ, А ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ УНИЧТОЖЕНИЕ ЕЁ БОЕСПОСОБНОСТИ
— Сербия не ставит целью вступление в блок НАТО, но очень тесно с ним сотрудничает. Например, в начале года был подписан Индивидуальный план партнёрства Сербии с Североатлантическим альянсом. Есть ли основания говорить о стратегии втягивания страны в лоно НАТО, но без формального членства?
– В первую очередь нужно понимать, что Сербия после агрессии Альянса, которая началась в 90-е годы и всё ещё продолжается другими средствами, не является полностью суверенным государством. Тем не менее, США и НАТО смотрят на сербов как на «неподконтрольный фактор и территорию» прежде всего из-за народа. На данный момент поддержка вступления в НАТО в Сербии составляет менее 10% и это поразительно для них, поскольку огромные деньги уже 15 лет идут на пропаганду Североатлантического альянса. Что бы ни делалось и какие бы «рациональные» аргументы не приводились в пользу НАТО, люди не могут позабыть ни бомбардировки, ни тот факт, что натовские войска являются оккупантами в Косово.
Именно поэтому я считаю, что русскому читателю нужно объяснить одну простую вещь: когда НАТО хочет «интегрировать» сербов, это в переводе значит, что она их хочет полностью разоружить. То есть подход к балтийским странам или Румынии один, а подход к Сербии совсем другой. Главная цель НАТО не поддержать нас, а окончательно уничтожить нашу боеспособность, чтобы мы не доставляли проблем в случае резкого изменения политической ситуации в стране. Сербская армия уже сильно потеряла боеспособность в результате «реформ» последних 15 лет. Главное, что я хочу донести до русского читателя: смысл таких программ как «Индивидуальный план партнёрства» – это не боевое оснащение сербской армии и приближение её к «эксклюзивному клубу членов НАТО», а её обессиливание на случай настоящей опасности, ведь для США и стран НАТО сербы, нравится нам это или нет, всегда будут оставаться балканскими русскими и никем другим.
— Как известно, Сербия имеет статус кандидата в члены Европейского союза. Далеко ли продвинулся Белград в своём евроинтеграционном пути?
– Дорога евроинтеграции для Сербии – это дорога без конца. По сути, проект умер ещё в 2008 году, когда подавляющее большинство стран Евросоюза признанием Косово как государства решили не признавать Сербию в её международно признанных границах. Но все наши представители власти как попугаи повторяют мантру, что наша «стратегическая цель – вступление в ЕС». Это и есть цена нашего унизительного положения несуверенного государства. Это отношения шантажа, потому что если бы завтра власть решила отказаться от «дороги в ЕС», все ворота ада открылись бы из уст западных дипломатов, после чего в стране произошла бы конкретная акция дестабилизации. Но если бы они (сербские власти – прим. ред.) были политиками с характером, а не трусливыми политиканами, то именно так бы и поступили. Но от нынешней номенклатуры я абсолютно ничего не ожидаю, они давно себя исчерпали.
Сербия даже не открыла ни одной из 35 глав переговоров с Брюсселем, о какой интеграции тогда речь? А первая глава переговорного досье, которая может быть открыта – это 35-я глава, то есть вопрос о Косово. Такому унижению не подверглась ни одна страна-участница Европейского союза. От политики «кнута и пряника» остался только кнут. Но он слабый, а пряник невкусный. Население это уже давно поняло, потому что поддержка вступления в ЕС составляет меньше 40%. Даже наши СМИ уже не могут игнорировать растущие патриотические антинатовские настроения и подъём пророссийской оппозиции. Так что нашей номенклатуре во власти становится всё труднее маневрировать между шантажом Запада и гневом народа.
ПРОЕКТ «ВЕЛИКОЙ АЛБАНИИ» – РЫЧАГ США, УДЕРЖИВАЮЩИЙ БАЛКАНЫ ПОД НАПРЯЖЕНИЕМ
— В апреле премьер-министр Албании Эди Рама заявил, что объединение Косово и Албании неизбежно. Вы с этим согласны?
– После бомбёжек Югославии силами НАТО в 1999 году албанцы выгнали сербов из Косовского края и чувствуют себя непобедимыми, думая, что США всегда будут их поддерживать. Но когда эта поддержка прекратится, албанцы окажутся в ситуации, когда испортили отношения со всеми своими соседями. По большому счёту, проект так называемой «Великой Албании» это рычаг США, позволяющий держать Балканы под постоянным напряжением.
«Великая Албания» – это последнее, что может объединить албанцев. Под ковром албанского единства тлеет будущее столкновение традиционных албанских мусульман и ваххабитов. При этом есть и социальная компонента их столкновения. Наркобароны, политические боссы и поддерживающие их кланы принадлежат к традиционным бекташи (мусульмане-суфии – прим. ред.), в то время как всё больше людей из бедных слоёв албанского общества в Косово и Македонии увлекаются ваххабизмом и многие даже воюют в Сирии в рядах ИГИЛ. Эти люди уже чувствуют себя не албанцами, а частью глобальной Уммы, где нет национальных различий. Ещё нужно понимать, что албанцы – это не только мусульмане, среди них есть католики и православные, которые тоже не очень радостно смотрят на рост радикальных исламских настроений в албанском обществе.
— Насколько сильна угроза распространения исламского экстремизма и джихадизма на Балканах?
– Хорошо известно, что уже много добровольцев с Балканского полуострова сражаются в Сирии и Ираке на стороне исламистов. Многие погибли, но те, кто вернулся домой, принесли атмосферу войны, которая может вдохновить часть мусульманской молодёжи. Кроме того, боевики приносят с собой реальный боевой опыт, что делает их более опасными, чем до ухода на войну. Недавнее убийство полицейского, которое совершил молодой исламист в городе Зворник в Республике Сербской (сербская часть Боснии и Герцеговины) показало, что потенциал для нестабильности в будущем существует.
Сербия и другие страны региона должны существенно помочь традиционным общинам мусульман. Несмотря на историю столкновений, христиане и мусульмане веками живут вместе на этой земле. И христианскому большинству нужно объяснить, что есть существенная разница между нашими одноязычными братьями мусульманской веры и исламистами, которые приносят новую и для балканских мусульман чуждую идеологию ваххабизма. Именно ваххабитская секта, появившаяся в 17 веке, является самой агрессивной, прежде всего по отношению к другим мусульманам. Её адепты пытаются насильственно сместить имамов и взять под свой контроль действующие мечети. Кроме того, они активно строят новые мечети в совсем другом, по сравнению с традиционными балканскими османскими мечетями, архитектурном стиле. Эти процессы происходят в Боснии, на юго-западе Сербии, где есть мусульманское население, и особенно в Македонии среди албанских мусульман, где ваххабиты уже сильно потеснили традиционных исламских имамов.
За строительством ваххабитских мечетей на Балканах стоит Саудовская Аравия с сетью своих НКО, а также другие абсолютные монархии Персидского залива. Поэтому главной задачей должно стать блокирование инвестиций из этих стран в проекты наших стран, начиная с гуманитарного уровня и заканчивая экономикой и промышленностью.
РОССИЯ И КИТАЙ ДОЛЖНЫ ОБЪЕДИНИТЬ УСИЛИЯ И ПОДДЕРЖАТЬ СЕРБИЮ
— Не секрет, что Китай финансирует крупные инфраструктурные проекты на Балканах. Допускаете ли Вы, что Пекин будет играть в регионе более активную политическую роль?
– Китайцы продвигают очень амбициозные проекты, которые подняли бы экономику всего региона. Недавно в Белграде они построили мост на реке Дунай, чем показали, что в достаточно короткие сроки могут осуществлять большие инфраструктурные проекты. Тем не менее, у них есть свои экономические и, разумеется, геополитические интересы. Китайцы купили самый большой терминал порта Пирей в Греции, поэтому логично, что они заинтересованы в строительстве железной дороги от Греции до Будапешта через Македонию и Сербию. Но влияние Пекина (в Балканском регионе – прим. ред.), также как и Москвы, гораздо меньше влияния Вашингтона и Брюсселя. И чтобы обогнать США, Россия и Китай должны объединить усилия и самое главное усилить сербский фактор. Сербы традиционно русофилы, но и с Китаем традиционно поддерживают хорошие отношения и культурные связи.
08/06/2015
Записал Кирилл Губа
