Вплоть до недавнего времени - пожалуй, того, что принято теперь обозначать "Крымнаш#" - Совет Федерации негласно считался местом для бизнесменов и политиков, уходящих на "заслуженную пенсию".

Но кажущаяся многим декоративность этого органа власти оказалась разбита буквально в считанные дни. Особенно его роль пришлось оценить накануне крымского референдума, когда на экстренное заседание Совфеда для принятия решения о возможном задействовании российской армии на территории Украины сенаторов удалось собрать с трудом. Кулуарно известно - тогда далеко не все сенаторы были решительно настроены защищать русскоязычное население Юго-Востока Украины всеми средствами, и верховная власть столкнулась с "мягкой" формой саботажа. После этого появился путинский указ о президентской квоте в 10% в Совете Федерации.

Своего рода проверку сенаторам устроили совсем недавно. Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко в июне не исключила, что верхняя палата проведет внеочередное заседание и попросила в этой связи коллег "далеко не отлучаться". В прессе судачили - опять будет приниматься решение по Украине. Но позже внезапный созыв был объяснен "большим объемом работы".

В этой связи рассуждения некоторых политических наблюдателей о начале смены "питерской команды" Владимиром Путиным верны лишь отчасти. РЖД отданы ставленнику Роттенбергов с довольно типичной карьерой молодого "эффективного менеджера", который с директорских постов в различных компаниях попал в кресло замминистра одного из ведомств, и уже с него отправился командовать крупной госкорпорацией. Но говорить о "сдаче Якунина" можно было бы при сохранении прежнего статуса Совета Федерации.

Как считают источники Накануне.RU в Госдуме, в высоких кабинетах вынашивается идея превратить Совфед в своего рода "совет старейшин" страны. Казалось бы, члены верхней палаты парламента должны были занять принципиальную позицию по Украине. Однако, их по ходу украинского кризиса заметно почти не было - они попросту старались "не светиться". Эту работу за них выполняли госдумцы, и больше других отметились лидеры парламентской оппозиции – КПРФ, ЛДПР и "Справедливой России".

"Слив" в газете "Известия" об уходе Зюганова в Совфед не случаен, утверждают наши источники. В случае, если Совет Федерации окажется органом "политических тяжеловесов", то лидеры думских фракций войдут в состав этого "совета старейшин". Стоит напомнить, что Путин уже давно в довольно дружелюбной обстановке встречается с ними, проводит личные беседы, берет на вооружение инициативы, более того, в последнее время представителям этих партий начали доставаться крупные посты на уровне губернаторов регионов. Возможно, следующим шагом будет формирование "коалиционного правительства", тем более это актуально в связи с нарастающим кризисом, с которым правительство младшего участника почти позабытого "тандема" не справляется ни разу.

В этом свете и уход Якунина в Совет Федерации – усиление президентского контроля в органе, который, возможно, будет играть в политической жизни страны гораздо большую роль, чем сейчас (вспомните статью Якунина про то, как финансовые спекулянты "уничтожили СССР" и "могут безнаказанно разорять целые континенты и вывозить из разоренных стран сотни миллиардов долларов", именно она предварила его уход с управленческой должности на политическую).

"На мой взгляд, сегодня Совет Федерации уже начинает играть такую роль, и неслучайно эта палата советского парламента и называлась Советом старейшин, - рассказал Накануне.RU один из лидеров движения "Антимайдан" Николай Стариков. – Туда после активной политической деятельности уходят "тяжеловесы" российской политики, и мне кажется, очень правильно именно в таком ключе развивать Совет Федерации".

А бывший сотрудник Администрации президента, политолог Олег Матвейчев отмечает: "Вообще любая верхняя палата во всех странах имеет якорную функцию. Вдумайтесь, для чего палаты существуют в Англии, в Америке, во многих других странах. Они существуют для двух вещей. В нижней палате, как правило, сидят представители, которые текущую конъюнктуру исповедуют, а верхнюю палату занимают представители территорий, укорененные на местах, которые не дают тем или иным общественным организациям и общинам "дергать" ситуацию в стратегическом плане. Они создают консервативное равновесие, якорь дают, противовес парусу. Этот якорь может формироваться по-разному. Поэтому нечего ругаться и говорить, что там что-то во что-то превращается. Совет Федерации и задуман по своей природе столетиями во всех странах как якорная функция. Туда и должны попадать самые достойные и активные".

При этом он не уверен, что в Совфед придут Жириновский, Зюганов и другие лидеры партий. "Это на слухах базирующаяся информация. Они сейчас лидеры партий. Я думаю, что они себя довольно уютно чувствуют в этой позиции. А станет лучше или не лучше... Совет Федерации — это коллективный орган. От того, что там заменятся несколько человек – новых добавится или убавится – принципиально ничего не поменяется. Этот институт несет определенную роль в государстве, и эта роль у него и останется", - полагает он.

В одном эксперты сходятся - представительство в Совете Федерации далеко не всегда адекватно, к тому же, сенаторы почти незаметны по какой-либо яркой деятельности. "Нарусова, конечно, яркая фигура, но когда человек, проигравший выборы, становится членом Совета Федерации...То есть, народ не пустил в нижнюю, а власть назначила в верхнюю, то, естественно, это не лучший вариант для авторитета данного органа. С Бурбулисом кстати, по-моему, похожая ситуация была", - отметил в беседе с Накануне.RU политолог, профессор Сергей Черняховский.

По мнению наблюдателей, возможные изменения в Совете Федерации будут только частью преобразований. Во многом от вектора внешнего сотрудничества (и союзничества) меняются и подходы к управлению в России. Это пережиток несамостоятельности 90-х годов, когда элиты хотели быть приняты "в большую западную семью", но получили "от ворот поворот". Вспомните – то на посту президента в стране работает "наемный менеджер", то "раб на галерах"… "Восточный разворот" и дружба с Китаем, по всей видимости, заставят власть в поисках приемлемой для России модели и позиционирования  искать новые подходы, более соответствующие менталитету россиян, их пониманию высшей справедливости, идее единства Русского мира (время разбрасывать камни и время их собирать?).

Большинство экспертов уверены, что Путин, как сильнейший и наиболее популярный политик новой России, к тому же находящийся в хорошей физической форме, проработает оба новых срока и будет переизбираться в 2018 г. Едва ли можно найти сопоставимую фигуру по рейтингу, а Путин всегда отмечал, что в принятии подобных решений это играет большую роль.

Впрочем, не будем забывать проведенный совсем недавно "эксперимент" с президентством Дмитрия Медведева. Тогда в "гонке преемников" победило либеральное крыло, однако эксперимент показал, что такая перестановка хотя и возможна, но чревата для Россией "новой перестройкой" – позиции на международной арене начали слабеть, мы откровенно их сдавали, во внутренней политической жизни усилились брожения, и в 2011 г. дело чуть не дошло до майдана. Было видно, что власть аккумулировала практически все ресурсы, мобилизовала "рабочий класс" для противостояния "революции норковых шуб", и обычный народ вышел и сказал свое слово. После была знаменитая "слеза Путина", вернувшегося в президентское кресло благодаря поддержке "простых трудяг".

Но "пересменка" во власти несла и другой "месседж". Путин, "отработав" свой "мандат от Ельцина" в "нулевых", в 2012 г. уверенно переизбрался сам и стал действительно национальным лидером. Он получил мандат от народа, следствием были социально ориентированные и консервативные "майские указы", усиление позиций на международной арене, возвращение Крыма.

И можно было говорить о том, что Россия сделала заявку на возвращение на мировую арену, если бы не по-прежнему сильное влияние тех самых "ельцинских" элит, чиновников с мышлением 90-х годов - разворовывания России и распродажи ее "старшим партнерам" за границу. А понятно, что без сильной экономики с Россией считаться никто не будет. Ведь дело не в идеологии и не в том, что СССР – коммунистический, а Россия – "путинская". Именно мощнейший экономический подъем Китая стал причиной того, что с ним в мире вынуждены считаться. Заметьте, это один из ключевых торговых партнеров США – страна с официально социалистической идеологией и экономическими принципами.

В Китае экономические преобразования во многом связаны с фигурой Дэн Сяопина – лидера, который на корню перерубил возможность в КНР "демократического" переворота с развалом государства и "шоковой терапии", запустил китайский НЭП, который обеспечил экономический рост на годы вперед. При нем Поднебесная стала сильным, развитым государством. Он выдвинул идею объединения Китая и Тайваня по принципу "одно государство – два строя". Во всем мире его признали выдающимся китайским реформатором XX века. Благодаря его усилиям в 1997 году Гонконг был возвращен Китаю. Важно, что этот деятель сохранил преемственность в истории. Он объявил Мао "великим марксистом, пролетарским революционером", но допускавшим ошибки. Вот и вся критика.

В России мы видим первые попытки перейти от истерично-злобной "десталинизации" к  трактовке непрерывности исторического развития и ресоветизации, происходит это лишь последние полгода.

Если обратиться к опыту китайцев, то Дэн Сяопин сначала юридически был влиятельнейшим лицом в Компартии Китая, а после стал неофициальным лидером страны.

Как считают наблюдатели, некий аналог успешного китайского опыта вполне может сейчас  прорабатываться в России, по крайней мере, как один из вариантов. Передвижения в Совете Федерации могут ознаменовать начало таких процессов.

"На самом деле, в свое время Китай позаимствовал у сталинского Советского Союза политическую систему, опыт быстрого строительства экономики и много еще хорошего. К сожалению, в 90-е гг. попытки реформирования экономики в Советском Союзе и в Китае закончились диаметрально противоположным образом. В Китае построена политическая система, при которой определенный лидер, отработав определенное время, занимает позицию неформального лидера, создается группа таких неформальных лидеров, которые, безусловно, влияют на текущего руководителя Китая – мне кажется, что такая система очень взвешена, и было бы очень хорошо, если бы мы ее применили в России. И конечно, наш нынешний лидер мог бы стать первым национальным лидером страны, который мог бы не иметь формального поста в этой системе", - считает Николай Стариков.

Но для того, чтобы такая система начала работать, следующий руководитель страны должен быть высокого уровня. "Мне кажется, что перед предыдущими президентскими выборами Владимир Владимирович как раз и задумывался о создании именно такой системы, но, к сожалению, скажем так, общие качества Дмитрия Анатольевича Медведева не позволили эту систему уже запустить в действие. Так что, как всегда, кадры решают все", - полагает он.

Олег Матвейчев убежден, что модель "Дэн Сияопина" может быть применена, но только после второго срока в 2018 г. "У него ещё достаточно сил, чтобы в 2018 г. выиграть и срок отработать. А вот уже после этого вполне может быть таким Дэн Сяопином. Да, совершенно верно", - говорит политолог.

Здесь стоит учесть и несколько мистические, но от этого не менее для России важные детали. Приближение 2017 г.

Власть чувствует сакральность приближающегося столетия революции 1917 г., и, надеемся, понимает важность неповторения ошибок того времени, когда высокий рейтинг верховного правителя и подъем патриотического духа не спас от предательства элит (от армии до церкви) и развала страны. Ключевой же остается необходимость экономического рывка, который тихо саботируют в Правительстве по принципу "авось, цена нефти поднимется и Запад нас снова полюбит".

Увы, при таком подходе "призрак февраля 1917" все громче будет стучать башмаками, гуляя по властным кабинетам. А, как отмечает Николай Стариков, "Россию разрушили либералы в феврале 1917 г., а вовсе не большевики в октябре". По его мнению, России необходимо преодолеть сегодняшнюю раздробленность, чтобы "вновь воссоединиться в едином государстве не только с Белоруссией, но обязательно и с Украиной, и с другими частями единого великого целого". Без сильной экономики это сделать не удастся.