— Говоря о судебной перспективе, хотел бы напомнить, что нынешнее российское законодательство, а также нормы международного права позволяют российским следственным органам осуществлять уголовное преследование этих лиц. Речь идет об экстратерриториальной юрисдикции, в области которой действует универсальный принцип. Он подразумевает, что суд определенного государства может судить лиц, совершивших преступления за его пределами. В нашем уголовном кодексе этот принцип отражен в части 3 статьи 12, которая дает нам право привлекать иностранных граждан, совершивших преступление вне пределов Российской Федерации, к уголовной ответственности в случаях, если преступление направлено против гражданина Российской Федерации, а также в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации, если иностранные граждане не были осуждены в иностранном государстве.
Второй вариант — это направление наших материалов в международные суды либо специально созданный трибунал. Говоря об этих преступлениях, могу сказать, что они действительно относятся к категории военных, потому что совершены в ходе вооруженного конфликта немеждународного характера, к которому применяются положения Женевских конвенций от 12 августа 1949 года. Рекомендуем: Война окаянная. Жителям Донбасса посвящается Что касается сроков давности, то по таким преступлениям, как применение запрещенных средств и методов ведения войны, геноцид, они отсутствуют. Это особо тяжкие преступления, и санкция статьи 356 УК РФ предусматривает наказание до 20 лет лишения свободы, статьи 357 УК РФ — вплоть до пожизненного лишения свободы.
— Освобождает ли украинских военных от ответственности тот факт, что они выполняли приказы?
— Все зависит от обстоятельств, если лицо действительно не осознает, что выполняет преступный приказ, то отвечает тот, кто отдал такой приказ. Если же во исполнение заведомо незаконного приказа совершается умышленное преступление, тогда этот военнослужащий несет уголовную ответственность на общих основаниях.
— СК РФ по Ленобласти возбудил дело по гибели Дмитрия Ганина в Таллине
— можно ли считать это началом практики расследований фактов преступлений против соотечественников за пределами РФ?
— Практика подобных расследований ведется уже давно. Это касается в том числе усыновленных гражданами иностранных государств детей из России, а затем совершивших в отношении них преступления. Но это отдельная тема разговора. В рамках уголовного дела о гибели Ганина мы планируем провести всестороннее и полное расследование, задействовать все возможные рычаги международно-правового сотрудничества по линии Следственного комитета Российской Федерации, прокуратуры, Интерпола и компетентных органов Эстонской Республики. Уже готовятся соответствующие запросы и документы. И чтобы более убедительно проиллюстрировать, как реализуется принцип универсальности, о котором я сказал ранее, могу привести несколько примеров из судебной практики. Например, в 1997 году Военный трибунал швейцарского города Лозанны приговорил к пожизненному лишению свободы гражданина Руанды Ф.Ньонтезе, который признан виновным в совершении военных преступлений в Руанде в 1994 году. В 2004 году окружной суд Роттердама в Нидерландах вынес приговор гражданину Демократической Республики Конго за пытки, совершенные им в отношении граждан Демократической Республики Конго на территории этой страны.
В 2005 году в Великобритании суд приговорил афганского полевого командира Фариади Зардада к 20-ти годам тюрьмы за пытки и захват в заложники афганцев в Афганистане в середине 1990-х годов. И это лишь некоторые примеры, которые подтверждают, что принцип неотвратимости наказания работает даже в том случае, если государство, в котором совершено преступление, не реагирует на него должным образом. — Хотелось бы узнать, как СКР борется с лицами, совершающими преступления против граждан РФ и российских соотечественников за рубежом, вне зоны российской юрисдикции.
Каким образом Следственный комитет может осуществлять юридическое преследование тех, кто убивает и похищает граждан РФ и наших соотечественников, кто совершает военные преступления по мотивам ненависти к ним?
— СКР использует все имеющиеся правовые средства и методы для расследования таких преступлений. Например, в рамках уголовного дела о применении запрещенных средств и методов ведения войны в Донбассе следователями СКР допрошено более 100 тысяч человек, из них около 20 тысяч признаны потерпевшими. Проанализированы их показания, из которых следует, что населенные пункты Донбасса регулярно
подвергались массированным авиационным бомбардировкам со стороны силовых структур Украины.
В подтверждение своих слов свидетели передали нам значительное количество фрагментов и осколков оружия, которые следователи приобщили к материалам дела наряду с другими вещественными доказательствами. Согласно результатам комплексных взрывотехнических судебных экспертиз, среди этих осколков есть фрагменты и части снарядов тяжелого вооружения неизбирательного действия, в том числе от таких реактивных систем залпового огня, как «Град» и «Ураган». А химическая экспертиза образцов почвы, которые нам передали беженцы с Украины, показала, что в ней содержатся продукты сгорания зажигательной смеси Н-17, которой снаряжают мины и авиабомбы. Фактически это более смертоносный аналог снарядов, которые раньше начинялись белым фосфором, и именно эти боеприпасы украинская армия применяла против мирного населения. И вот все эти факты мы фиксируем в материалах уголовных дел, и рано или поздно именно на эти доказательства будут опираться судебные органы, исследуя обстоятельства минувших событий.
