С этого момента, что очень важно, началось конкретное обсуждение путей разрешения украинского гражданского конфликта с участием США. Собственно, основным содержанием переговоров Суркова и Волкера и являются российские предложения.
Говоря о «голубых касках» ООН, российский президент определил четыре важных условия введения миротворцев. Во-первых, они должны обеспечивать безопасность мониторинговой миссии ОБСЕ в Донбассе. Во-вторых, должны находиться исключительно на линии разграничения противоборствующих сторон. В-третьих, контингент могут ввести на территорию конфликта только после разведения сторон и отвода тяжелой техники. В-четвертых, вопрос необходимо в обязательном порядке решать с участием представителей мятежных ДНР и ЛНР.
Соответствующий проект резолюции Россия внесла на рассмотрение Совета Безопасности ООН.
Условия Москвы вполне прагматичны. Миротворцы не могут появиться в зоне конфликта, когда идут бои, пусть и вялотекущие. Потому что тогда они становятся одним из участников конфликта (или ввязываются в конфликт на обеих сторонах). Кроме того, появление миротворческих сил должно стать сигналом для Киева о необходимости скорейшей реализации политической части Минских соглашений, без которых, как настаивает Россия, реальное восстановление территориальной целостности Украины невозможно.
Наконец, для российской стороны очень важно, чтобы при решении дальнейшей судьбы Донбасса в обязательном порядке учитывались интересы жителей ДНР и ЛНР, поскольку в Киеве стремятся решать судьбу этих регионов, невзирая на мнение проживающих там «мятежников».
Важным пунктом позиции Москвы является именно это направление миротворческой миссии, так как учет интересов жителей ДНР и ЛНР предполагает их защиту от так называемых добровольческих, а по сути — националистических и карательных сил Украины.
Чего хочет Украина
Вопрос о введении миссии ООН в зону гражданского конфликта в Донбассе стоял давно. Весной 2015 года с таким предложением выступил президент Украины Петр Порошенко. Но тогда у других стран из «нормандской четверки» — России, Германии и Франции — еще были иллюзии по поводу того, что им удастся добиться реализации Минских соглашений без введения в зону конфликта миротворцев.
Казалось, еще немного — и наступит мир.
Однако из этого ничего не вышло — Украина за два с половиной года не выполнила ни одного пункта политической части «Минска». А именно: Киев не объявил амнистию для участников конфликта с обеих сторон, принял закон о проведении местных выборов на территории Донецкой и Луганской областей, не принял в окончательном варианте закон об особом статусе ЛНР и ДНР.
С последним законом — об особом статусе — произошла знаковая история. Тридцать первого августа 2015-го Верховная рада под давлением посольства США и ЕС приняла закон в первом чтении. Но сразу после этого перед парламентом радикалы и националисты в знак протеста устроили бунт. В результате взрыва гранаты четыре человека тогда погибли, а еще более 100 бойцов Нацгвардии получили ранения различной тяжести. С тех пор во втором чтении этот закон не рассматривался. Более того, после упомянутых событий украинская власть, похоже, струсив, вообще отказалась от реализации политической части минских договоренностей.
С того момента Порошенко образца весны 2015 года (когда он сам был за миротворческую миссию) исчез, а вместо него появился новый — лавирующий между радикалами и националистами у себя в стране и политическими кураторами на Западе.
Во-первых, Порошенко боится ставить в парламенте вопросы политического урегулирования конфликта на востоке Украины. Во-вторых, украинскому лидеру, который собирался на второй президентский срок, не нужен Донбасс с его протестным по отношению к нему электоратом.
Наконец, президент Украины ощущает себя востребованным в большой международной политике именно тогда, когда находится на острие конфликта. Разногласия с Россией делают из него политическую фигуру европейского масштаба. Как в известной басне Крылова про Моську.
Кроме того, противостояние Москве, на котором Порошенко всячески заостряет внимание во внешней политике, дает весьма ощутимые для его команды финансовые вливания ЕС и США.
Иными словами, самое выгодное для Киева — замороженный на многие годы конфликт. С сохранением статус-кво.
Поэтому, узнав в начале сентября об инициативе России по введению миротворческой миссии, украинская сторона, сама в 2015 году предлагавшая то же самое, начала лавировать. Так, министр иностранных дел Павел Климкин заявил, что свой план по миротворцам Украина не будет вносить в качестве проекта резолюции, а обсудит его со своими «друзьями и сторонниками в ООН».
Позднее секретарь Совета по национальной безопасности и обороне Александр Турчинов высказался категорично: российская схема абсолютно неприемлема. Более того, она, по его мнению, способствует эскалации напряжения. «Все попытки России „перекрасить” свои силы, которые она уже начала стягивать к границам Украины, под миротворческие будут напрасными», — объявил Турчинов 13 ноября.
Как ведут себя США С самого начала конфликта и попыток его погасить было понятно, что без участия Штатов «нормандский формат» результатов не даст. Потому как в реальности украинская власть — с момента начала государственного переворота на Майдане и до сегодняшнего дня — ориентировалась исключительно на позицию Госдепа.
И не только в этом вопросе.
Однако США более трех лет никак не участвовали в этом процессе. Во всяком случае, официально. Наоборот, обеспечивали нелетальным вооружением, поддерживали финансово и даже методически, организовывая на территории Украины войсковые учения с участием своих инструкторов.
Ситуация несколько изменилась с избранием президентом Дональда Трампа. Позиция Штатов стала более противоречивой. С одной стороны, продолжается снабжение Киева оружием (в том числе пообещали и летальное), с другой — появилась миссия Курта Волкера, задача которого — найти мирный способ решения проблемы.
Конечно, нынешняя позиции Вашингтона — результат внутренних политических противоречий, когда американский президент не находит общего языка с конгрессом. Но тем не менее пытается проводить свою линию. Линия Трампа понятна: снизить непродуктивную для внутренней жизни США активность страны во внешнем мире.
Помимо этого, Трамп приучает американскую элиту считать деньги и, видимо, не видит позитивных результатов в том, что три года Штаты финансируют Порошенко и его команду.
Накануне нынешней встречи Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ), финансируемое напрямую из США, вскрыло коррупцию в рядах украинского генералитета, расхищающего американские инвестиции. Но Порошенко и его люди не дали проамериканскому НАБУ «своих» в обиду.
С приходом Трампа приобрела новые черты и несамостоятельность Порошенко. Он начинает лавировать между различными центрами силы в США, проще говоря, между Трампом и конфликтующим с ним конгрессом.
Все это в полной мере отразилось и в нынешней истории с миротворцами. Волкер, который, с одной стороны, должен добиться мирного решения, а с другой — не может не учитывать антироссийские настроения в американском конгрессе, сам начинает рискованную игру. Так, перед третьей встречей с Сурковым он предостерег Украину от подачи в Совбез ООН своего проекта резолюции, предлагая основываться на российских предложениях.
При этом тут же предложил ввести в Донбасс фантастическое количество миротворцев: 20 тысяч. Фактически, как говорит министр иностранных дел России Сергей Лавров, «оккупировать Донбасс». По словам Лаврова, такие заявления Волкера «прямо противоречат тому, что делают Германия, Франция, Россия и Украина в „нормандском формате”.
«Господин Волкер заявил, что, во-первых, нужно, чтобы миротворцы оккупировали. Он другое слово употребил, но смысл его „оккупировали” — весь Донбасс, взяли его в кольцо. И только потом Соединенные Штаты поддержат действия президента Петра Порошенко по выполнению всех его обязательств», — описывает ситуацию Лавров.
В целом Волкер затягивает переговорный процесс неприемлемыми для Москвы условиями, выбрав для себя тактику выжидания.
Противоречивость американской позиции по миротворцам, абсолютная несамостоятельность и в то же время попытка Порошенко лавировать между различными центрами принятия решений в США делают невозможным процесс реального урегулирования в Донбассе. Отсюда и отсутствие результатов в последних переговорах. И если эти позиции Вашингтона и Киева сохранятся, то нулевые итоги будут и на следующих встречах.
Однако последовательная реализация прозрачных предложений Москвы о введении миротворцев на линию разграничения конфликтующих сторон с учетом интересов и безопасности местного населения — единственное, что может остановить гражданский конфликт на востоке Украины.
Захар Виноградов
