— на вооружение будут приняты новые стратегические твердотопливные комплексы РС-26 «Рубеж» и железнодорожные «Баргузин», а также жидкостные РС-28 «Сармат» (носитель гиперзвуковых блоков — изделие 4202);
— продолжатся закупки многофункциональных истребителей Су-30СМ и Су-35, а также фронтовых бомбардировщиков Су-34, состоится первая закупка партии перспективного комплекса фронтовой авиации Су-57, 24 истребителей МиГ-35, а также будет приобретена партия стратегических ракетоносцев Ту-160М2;
— в интересах воздушно-космических сил будет развернуто серийное производство зенитных ракетных систем С-500 «Прометей» и комплексов «Бук-М3», беспилотных летательных аппаратов и новой системы космической оптико-электронной разведки «Раздан»;
— для ВМФ будут закуплены дизель-электрические подлодки, атомные ракетоносцы нового поколения типа «Хаски» (с новой жидкостной межконтинентальной баллистической ракетой), суда обеспечения, тральщики, корветы, фрегаты, а также малые ракетные корабли, способные нести крылатые ракеты «Калибр-НК»;
— сухопутные войска получат новые войсковые системы ПВО (в том числе разрабатываемые в рамках ОКР «Стандарт»), танки Т-90 и Т-14 «Армата», бронемашины пехоты «Курганец-25» и бронетранспортеры «Бумеранг»;
— упор будет сделан на адаптацию вооружений для арктических территорий, в частности речь пойдет о зенитной ракетной системе С-300В4 и зенитном ракетном комплексе «Тор-М2»;
— в рамках ГПВ возможно также создание авианосца с ядерной энергоустановкой, однако решение о целесообразности его постройки Генштаб ВС РФ определит позже.
Окончательный вариант ГПВ будет передан Владимиру Путину на подписание в декабре.
Что дает новая ГВП России, чем она отличается от ныне действующей госпрограммы?
— Новая ГПВ не имеет принципиальных отличий от предшествующей, и так же состоит из полутора десятка так называемых книг, каждая из которых — раздел большой программы, который определяет развитие систем вооружений стратегических ядерных сил, ВМФ, сухопутных войск, — отмечает полковник запаса, член Экспертного совета коллегии Военно-промышленной комиссии РФ Виктор Мураховский. — Однако существенное отличие новой госпрограммы заключается в повышении доли выделяемых средств на фундаментальные и перспективные исследования в области вооружений, а также на создание научно-технического задела. Это значит, больше средств будет выделяться на разработку систем вооружений нового поколения.
Кроме того, в новой программе больше внимания уделяется межвидовым системам. Например, разведывательно-информационной системе, которые включают и космический компонент, и воздушный, и обеспечивает разведывательно-навигационные средства. Эта система создается в интересах всех родов войск.
Еще одна особенность новой ГПВ — она предусматривает уже серийное производство тех систем вооружений, которые были созданы в предшествующий период, в рамках действующей программы вооружений. Это целые семейства вооружений нового поколения, с новыми боевыми и эксплуатационными свойствами.
В целом, эти новые комплексы можно охарактеризовать как высокоточные, оснащенные цифровыми системами управления, и интегрированные в разведывательно-ударные контуры.
Надо, кроме того, понимать, что ГПВ является основным драйвером развития передовых технологий и технических решений. А нам нужно поднимать уровень электронной компонентной базы, которая используется не только в интересах Вооруженных сил, но и всей промышленности, и всего народного хозяйства страны.
«СП»: — Если сравнивать военные потенциалы РФ и США, после реализации новой ГПВ мы станем сильнее, чем сейчас?
— Военный потенциал — понятие весьма теоретическое. Сравнение военных потенциалов стран традиционным способом — по количеству вооружений видов и родов войск, по военному бюджету, который выделается на содержание ВС и закупку вооружений, по числу личного состава — на практике почти ничего не дает.
Проблема в том, что структура ВС в каждом государстве строится под определенные военные задачи. И структура ВС России очень существенно — я бы сказал, стратегически, — различается со Штатами. Поэтому прямое сравнение здесь, мягко говоря, некорректно.
Реализуемость военного потенциала проверяется только в настоящей войне. И с этой точки зрения, мы ни в чем не уступаем США, а по некоторым направлениям превосходим. Об этом говорят, например, результаты боевых действий на Ближнем Востоке.
Да, у американцев сильнее флот и больше истребителей пятого поколения. Но у России другие военные задачи, и наши ВС им вполне соответствуют. Даже если сравнивать технологический уровень вооружений и военной техники, здесь тоже все не так однозначно. Зачастую оказывается, что самое современное — формально — вооружение на практике не показывает результатов, которые можно было бы от него ожидать.
Наша традиция — создавать военную технику не для парадов и красивых картинок по ТВ, а для войны. И на войне российская техника показывает хорошие, а иногда выдающиеся результаты.
«СП»: — Какие трудности могут возникнуть при реализации новой ГПВ?
— У нас есть направления, которые необходимо интенсивно развивать. Например, малогабаритные ДВС, которые очень широко используются в беспилотной авиации. Сейчас у нас практически нет собственных образцов таких двигателей.
В целом, главная проблема заключается в том, что в России нет такой широкой промышленной базы, какая есть в тех же США. Условная американская компания, которая продает электронную компонентную базу по всему миру, без труда может сделать военный или космический вариант своей продукции. А у нас такое изделие получится уникальным, штучным и чудовищно дорогим.
«СП»: — Наверняка либеральные критики Кремля теперь скажут, что США втягивают нас в новую гонку вооружений, и что 19 трлн. рублей можно было бы израсходовать на другие цели. Что можно на это возразить?
— Прежде всего, никакой гонки вооружений нет — мы же не выделяем дополнительные средства на ГПВ. К тому же прежняя программа в 2010 году оценивалась в те же 19 трлн. рублей, и тогда это были совершенно другие — гораздо более полновесные — деньги.
Есть и другой аргумент. Были страны очень богатые, которые разрушились на наших глазах из-за того, что недостаточно внимания уделяли обороне. Например, Ливия, которая выделяла минимальную долю бюджета на ВС и закупку современных вооружений. В то же время она была одной из самых богатых стран не только в Африке, но и во всем Третьем мире, и отличалась очень высоким уровнем здравоохранения и социального обеспечения. Ну и где все это сейчас, когда народ Ливии находится в ужасающем состоянии?!
Поэтому мой вывод прост. Объем средств, который выделяется в рамках новой ГПВ — необходимый и достаточный для решения оборонных задач, которые стоят перед Россией.
— И у Муаммара Каддафи, и у Саддама Хусейна были замечательные социальные системы, но это не помешало Ливии и Ираку рухнуть и погрузиться в пучину гражданской войны — все из-за того, что эти страны не смогли себя защитить, — соглашается и декан факультета социологии и политологии финансового университета при правительстве РФ Александр Шатилов. — Понято, кроме того, что Россия сейчас находится в состоянии конфронтации с Западом. Наши «западные партнеры» ведут борьбу с Москвой не на жизнь, а на смерть. И если РФ будет слабой и беспомощной, ее просто разрушат.
Именно поэтому нам необходимо переходить в области вооружений на стандарты XXI века, и модернизировать свои ВС. Только так Россия сможет остаться великой державой, и выдержать натиск всех недружественных сил.
