«Более того, тех, кто эту информацию распространяет, он осудил, потому что Владимир Путин «чувствует себя обиженным» такими гнусными инсинуациями. Мы почти успели привыкнуть к похожим шоу Трампа. Но от высказывания во Вьетнаме все просто остолбенели, потому что он дал понять, что больше верит лидеру недружественной державы, бывшему агенту КГБ, нежели собственным разведывательным агентствам, которые определили, вне всякого сомнения, что московские службы помогали «трампистам» в прошлогодней кампании потопить Хиллари Клинтон. Подобного в истории США ещё не бывало», — уверяет журналист.

На следующий день Трамп и правда постарался — явно по просьбе своих сотрудников — исправить свой позор, потому что на вопрос о России он ответил, что верит своей разведке. Но прозвучали его слова фальшиво и бессмысленно, поскольку у президента США снова не оказалось окончательной позиции — лишь две противоположные друг другу. «Мы можем самое большое тешить себя надеждой, что президент задерживает суд по ключевому делу, ведь Россия — чему есть тысячи доказательств — не только пыталась повлиять на выборы, но посредством систематической кампании дезинформации и лжи в интернете издавна пытается ослабить доверие американцев к их демократии. Доверие — и так слабеющее в результате внутренних политических трендов в США», — добавляет он.

Путин убедился в том, что всё ещё может рассчитывать на Трампа. Президент США в очередной раз его оправдал и подверг сомнению деятельность ключевых американских организаций, прежде всего дав российскому лидеру понять, что тот и далее может действовать безнаказанно. За это Путин отплатил ему, заявив, что американский президент — да, да! — «человек культурный». Так Трампу не делают комплименты даже его фанаты в Америке. А комплименты Трампа Путину? Прошлые президенты США бывали вежливы со своими советскими или российскими партнёрами, но лишь для того, чтобы чего-то добиться. Трамп не получил ничего и выглядит так, будто льстит Путину из чистой бескорыстной симпатии автократа к автократу, уверяет автор.

«Практически из встречи в Дананге ничего не следует. Совместное заявление на тему Сирии не имеет большого значения — этот вопрос уже решён, но в то же время это очередной сигнал, что оба президента стремятся и к другим сделкам. Например, по Европе. Давайте будем бдительны», — резюмирует в издании Polityka польский журналист Томаш Залевский.

Я наблюдаю за моими оппонентами уже четвёртый год. Их не так много, как может показаться. За три года я забанил три тысячи человек — ровно в тот момент, когда они переходили грань и начинали либо хамить моим живым и павшим товарищам, либо активно распространять откровенные фейки.

Три тысячи на сорокамиллионную Украину — не так много.
Не похвальбы, а статистики ради отмечу один факт: мой Facebook в патриотическом российском сегменте является одним из самых топовых — наряду с журналами Марии Захаровой, Сергея Минаева, Дмитрия Рогозина и Эдуарда Лимонова.

Имея почти сто тысяч подписчиков, я невольно составил себе портрет человека с Украины, который приходит меня оспаривать.

(Иногда среди них попадаются украинские эмигранты, вступающие в поединок из Нью-Йорка, Баден-Бадена или Тель-Авива, но эти не столь настойчивы и движимы душевным порывом, который скоро иссякает).

Для простоты разделим этих людей на три вида.
Первый. Этот оппонент скрывает своё лицо. На аватарке у него либо трезубец, либо какое-то животное, вроде кота или поросёнка, либо фотокарточка Бандеры.

Иногда — фотография некоей красивой девушки. Но на поверку в журнале этой девушки почему-то отсутствуют какие-либо записи, подтверждающие её реальность. Чаще всего там пусто, и фотография всего одна.

Судя по речи, форме подачи и своду знаний, которым оперирует среднестатистический оппонент этого подвида, ему более 35 лет, но менее пятидесяти. Это мужчина, воспитанный в русской традиции, более-менее знающий русскую историю и культуру и по какой-то причине выродившийся в непонятно что.

Отдельный, достаточно распространённый и самый честный вид: активная женщина бальзаковского возраста — чаще всего из Киева или Одессы. Эти не скрывают своего имени и своего лица, упрямы и деятельны.

Доводами их можно загнать в тупик, тогда они на некоторое время исчезают, чтобы явиться спустя, скажем, месяц с теми же самыми речами и доводами. Скорее всего, эти дамы просто забывают, что за разговор имел место быть в том же самом журнале и как они тогда выглядели по итогам спора.

Наконец, третий вид заслуживает только упоминания. Это реальный мужик из любого украинского города — Запорожья, Харькова или Днепра.

На аватарке у него реальная фотография, на фотографии вполне реальная образина. Выражается эта образина исключительно матом и пишет с катастрофическими ошибками. Они очень любят употреблять такие слова, как «пидар», «сдохнеш», «лиффт» и (рекордное по количеству ошибок) «рефрижератор» — оно вообще им не даётся, а употребить его очень хочется.

Про этих мы ничего говорить не будем, потому что это к психологу или к какому-нибудь доброму доктору.
Первые два вида оппонентов уже четвёртый год используют буквально один и тот же набор доводов и шуток, которые им отчего-то не надоедают.

1. «Пока ваши бандиты не явились в Донбасс, всё было в порядке».
Весь март юго-восток Украины клокотал и копил раздражение. Наконец 6 апреля 2014 года были взяты администрация в Донецке и здание СБУ в Луганске, а 7 апреля администрация в Харькове. Никаких российских добровольцев там и рядом не было: они ещё не успели прибыть, да и не прибыли бы, если б по всем названным городам не ходили бы уже полтора месяца антимайданные шествия, собиравшие десятки тысяч людей (а в общей сложности — сотни тысяч).

7 апреля в здании Донецкой ОГА были оглашены Декларация о суверенитете ДНР и Акт о провозглашении государственной самостоятельности Донецкой народной республики.

Всё! Вот точка отсчёта.
12 апреля в Донецке была взята областная прокуратура. В городе уже действовали вооружённые группировки так называемых ополченцев: в том числе «Оплот» Александра Захарченко. К тому моменту в Донецке произошли первые силовые столкновения.

В маленьких городках Луганской и Донецкой областей обвально менялась власть. 13 апреля противниками Майдана были взяты здания администраций в Енакиево, Красном Лимане, Горловке, Мариуполе. В тот же день в Славянске появился Стрелков. Это были первые, грубо говоря, «россияне» — хотя по факту основная часть группы, за исключением Арсена Моторолы Павлова и ещё нескольких человек, имела украинские паспорта — это были люди из Крыма, из Киева, из Харькова.

Так всё начиналось. И на тот момент украинские политики и украинские блогеры отлично отдавали себе отчёт, что в Крыму подавляющая часть населения против них. И это главная причина, по которой туда никто из них не поехал, — шансов договориться не было.

Примерно та же ситуация наблюдалась и в Донбассе — оттого краткое появление здесь сначала Михаила Ходорковского, а затем Юлии Тимошенко было совершенно бессмысленным. Народ уже сделал свой выбор.

В украинских СМИ и социальных сетях тогда царила бешеная донбассофобия. Теперь блогеры выбрали другой путь и, как дятлы, упорно долбят в одну точку:

«в Донбассе было 60 процентов этнических украинцев» (никогда не было, но вообще это даже не важно — этнический украинец вовсе не обязан разделять идеалы Майдана), «в Донбасс явились российские бандиты».
Объяснение этому простое: придя с танками и артиллерией в Донбасс, замайданная сторона должна вслух признать, что убивает и ненавидит собственных граждан. Им же не хочется так выглядеть.

2. «Там, где нет ваших бандитов, никто и не стреляет», — как заговорённые повторяют наши сетевые оппоненты, приводя в пример, скажем, оставленный ополчением Славянск или любой другой город — хоть и Львов.

Но там, куда не дошли ВСУ, тоже никто не стреляет: в Ровеньках тихо, в Краснодоне тихо и так далее.
Это же просто, правда? Но наш оппонент либо упрям до степени животной, либо просто глуп — и сотни, тысячи раз повторяет одно и то же.

Более того, там, куда не дошли ВСУ, где не действует ваш дискриминационный Закон об Образовании, там нет улиц имени Бандеры, там спокойно читают книги Олеся Бузины, там не изучают в школах сорок восемь (или сколько их там) русско-украинских войн, там не бьют за георгиевскую ленточку, там люди спокойно отмечают 9 мая, а не день рождения УПА. За это и воевали.

Ну и наконец, когда вы говорите, что там, где нет «российских бандитов», — спокойно, вы на самом деле воспроизводите нацистскую пропаганду.

Они тоже, когда взяли Киев, Одессу и Харьков, уверяли, что там, где нет пьяных красноармейцев, злобных комиссаров и ужасных коммунистов, — там везде порядок.

3. «Может, в своём доме порядок навести?» — любят повторять наши оппоненты, совершая всё ту же подмену: они делают вид, что армия ВСУ находится в своём доме, в то время как армии ДНР и ЛНР пришли в гости.

Между тем сами же киевские активисты, даже судя по сайту «Миротворец», отлично осведомлены о том, что подавляющая часть армии ДНР и ЛНР — местные жители.

Кроме того, слыша сей мудрый довод, нам всем надо предположить, что власть Украины уже навела порядок в своём доме, раз держит стотысячную армию на границах ДНР и ЛНР, и у ребят из тербатов в Запорожье и на Волыни — красота, чистота и яблони цветут среди зимы.

Что до россиян, присутствующих в весьма ограниченном количестве в Донбассе, то, да, они не считают бóльшую часть Украины чужим домом, что с исторической точки зрения совершенно оправданно.

Теми же самыми (совсем не фантомными) болями обусловлены высказывания наших оппонентов, что они ещё заберут Белгород, Кубань и Ростовскую область. Почему-то им украинские блогеры не предлагают «порядок в своём доме навести сначала».

Желания фантазёров, завистливо взирающих на юг России как на свой собственный, объяснимы: они знают, что когда-то это была наша общая страна, а значит, это принадлежало им.

Кто ж мешает? Возвращайтесь домой, и всё будет ваше.

4. «Охотно верю, что большой процент ополченцев из местных. А куда им ещё идти деньги зарабатывать, чтоб прокормиться?» — пишет мне очередная моя корреспондентка, делая мне шаг навстречу.

Странно, что она не спросит себя, куда идти жителям центральной или западной Украины, которые пребывают в крайне сложной экономической ситуации. Потому что она и так знает, куда они идут или едут: на заработки в Польшу или в Россию.

Здесь моя оппонентка могла бы задать себе предельно простой вопрос: отчего почти 50 тысяч человек в ЛНР и ДНР не уехали на заработки в Россию, а пошли воевать и умирать за 15–20 тысяч рублей зарплаты? В то время как в России можно, ничем не рискуя, зарабатывать вдвое больше?

О нет, такие вопросы совсем не подходят для наших оппонентов! Так им придётся самим себе честно признаться, что неприязнь к нынешней киевской власти и последствиям Майдана — совершенно искренняя и идеологически обусловленная. И за достоинство своё люди в Донбассе готовы умирать.

Как с этим знанием быть? Честно признаться, что, раз так, мы вас всех убьём? Некрасиво получится.
Хотя честные ребята с украинской стороны всё-таки попадаются — и обещают всяческие зачистки и люстрации. Спасибо им за честность.

5. После очередных неонацистских факельный маршей по Киеву наши оппоненты очень любят рассказывать, что «в России такое тоже есть», и вывешивают фотографии с «Русских маршей» десятилетней давности или фейковые фото — почему-то из Керчи.

Во-первых, на «Русских маршах» портретов Власова не носили и откровенными фашистскими прихвостнями не гордились так настойчиво и навязчиво.

Во-вторых, «Русские марши» в России давно маргинализированы, в том числе потому, что наиболее радикально настроенная их часть (люди откровенно профашистских взглядов) массово отправилась воевать за идеалы Майдана — они либо служат до сих пор, либо погибли, либо угодили в тюрьму на обратном пути, а если не угодили, то сидят и не отсвечивают.

В школах у нас не воспитывают детей на примерах Шкуро и атамана Краснова. А то, что Краснову кто-то где-то в России на личном участке памятник поставил (который никто не видит), никак не сравнится с бюстиками Бандеры в каждой украинской школе и проспектом Бандеры в Киеве.

Не равняйте, в общем. Вляпались — так признайтесь, что вляпались.

6. «Без помощи из России и без российских добровольцев вы бы не справились», — говорят Донбассу.
Ну и вы бы не справились без бесконечных многомиллиардных траншей, американских инструкторов, польских ЧВК и, увы, вышеупомянутых добровольцев неофашистского толка из России.

Почему никто не задаётся вопросом: «А что это они делают на территории соседнего государства?» Только у меня спрашивают, и у моих товарищей. Знаете, мы делаем ровно то же самое, что и ваши гости.

7. Самые честные наши оппоненты готовы признать, что, да, весной в 2014 года Украина была расколота и многие были недовольны переворотом в Киеве, но «после аннексии Крыма», говорят нам, украинцы сплотились.

Всё это чистой воды маниловщина и попытка выдать желаемое за действительное. Украина находится в состоянии жесточайшего внутреннего раздора. Даже открытая социология это демонстрирует, но она далеко не полна.

На призывные участки украинские юноши идут крайне неохотно (недобор до 95%), практически вся действующая политическая элита Киева имеет высочайшие антирейтинги, на западных окраинах совершенно очевидным образом зреют сепаратистские движения.

Что до востока Украины, то просто посмотрите фотографии митингов весны 14-го в Харькове. Там десятки, сотни тысяч человек выходили на улицы… с российскими флагами. Знаете, чего они хотели больше всего? Аннексии они хотели. Чтобы их аннексировали в пользу России.

Так что же их могло «сплотить после аннексии Крыма»?

Ничего их сплотить с вами не могло!

У вас ещё будет возможность убедиться в правоте моих слов. Впрочем, вы всё равно всё свалите на «российский след» и сто тысяч переодетых разведчиков кагэби.

Воля ваша. Но нежелание признавать реальность и делать из случившегося хоть какие-то выводы работает против вас самих…

Захар Прилепин