В изложении Си Цзиньпина "китайская мечта" включает в себя будущую сеть проложенных Китаем новых "шелковых путей", которые стали бы эквивалентом трансазиатского экспресса для евразийской торговли.

Сегодня та часть Запада, в которой больше всего заинтересованы Россия и Китай, - это Германия, которая в будущем, возможно, не будет подчиняться американской власти и желаниям Вашингтона, утверждает Эскобар.

"В разгар глобальных кризисов, бушующих от Сирии до Украины, геостратегические интересы Берлина, кажется, постепенно расходятся с интересами Вашингтона. Промышленные круги Германии, в особенности, как представляется, стремятся к неограниченным коммерческим соглашениям с Россией и Китаем. Это может поставить страну на путь к мировому господству, не ограниченному рамками ЕС, и в долговременном периоде знаменовать собой конец эпохи, на протяжении которой Германия, как бы с ней вежливо ни обращались, была, по сути дела, американским сателлитом", - говорится в статье.

"Следует отметить, что на горизонте появилась еще одна версия евразийского экономического будущего. Вашингтон пытается навязать Европе Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство (ТТИП) и подобное же Транстихоокеанское партнерство (ТТП) - Азии. Оба договора отражают интересы глобальных американских корпораций, и их цель, очевидно, состоит в том, чтобы воспрепятствовать росту экономики стран БРИКС и других развивающихся рынков, при укреплении американской экономической гегемонии во всем мире", - пишет автор публикации. Он отмечает, что при этом ТТП исключает Китай, и ТТИП - Россию.

Эскобар также отмечает, что Шанхайская организация сотрудничества медленно, но верно превращается в важнейшую международную организацию в Азии "Уже ясно, что одной из ее ключевых долгосрочных целей будет прекращение торговых операций в долларах США и поддержка использования петроюаней и петрорублей при энергетических сделках. Америку, конечно, никогда не примут в эту организацию", - говорится в статье.

"На завершающей фазе этого процесса США могут все активнее вытеснять из Евразии, а ПМБ - изменить правила игры", - делает выводы Эскобар.

Такой материал позволяет предположить изменение тональности западной прессы, считает Политонлайн. Например, австрийская Die  Presse в одной из своих статей отмечала, что "в Германии, да и в Австрии, все громче раздаются голоса тех, кто проявляет понимание к России и отказывает в снисхождении Западу".   Издание констатирует - читатели заваливают СМИ "фрустрацией по поводу якобы искаженной картины конфликта, которую будто бы преподносят западные СМИ. В нашей свободной прессе эти возмущенные люди вдруг разглядели сумасшедший дом, в котором пациенты взяли власть".

Пресса замечает, что "Владимир Путин расширил свою зону влияния далеко за пределы бывшего СССР". Мало того, по мнению издания, "Путину удалось сделать со значительной частью европейского населения то, что не получилось у американцев во Вьетнаме - "завоевание сердец и умов".

Наряду с этим, во внутриполитических обсуждениях в Армении, комментариях экспертов и журналистов проблема членства страны в этом проекте продолжается оставаться одной из наиболее освещаемых и горячих тем. Это было связано с различными факторами, в том числе с учетом того, что процесс членства страны в этом проекте по независимым от официального Еревана причинам постоянно затягивался. Естественно, это вызывало соответствующую реакцию со стороны как противников, так и сторонников членства Армении в Евразийском Союзе. Прошло уже больше года с того момента, как 3 сентября 2013 г. армянское руководство под влиянием позиции официальной Москвы приняло решение отказаться от парафирования Ассоциированного соглашения с ЕС и вместо этого начать процесс по вступлению на тот момент в Таможенный, а сейчас уже – Евразийский Экономический Союз России, Казахстана и Беларуси.
Однако, как оказалось, этот процесс столкнулся с определенными политическими, юридическими и иными трудностями. Астана и Минск, в отличие от Москвы, не особенно были воодушевлены процессом вступления Армении в этот союз. Позиция Казахстана, хотя бы на публичном уровне, отчасти отражала соображения некой «тюркской солидарности» с Азербайджаном, в том числе выдвижение искусственного условия, чтобы в Евразийский Союз Армения вступала без Нагорного Карабаха. В то время как Беларусь (впрочем, и тот же Казахстан) не скрывала того, что членство Армении является неким рычагом, который можно использовать против России, чтобы достигнуть больших уступок и преференций со стороны Москвы в новом Договоре. Иными словами, Минск и Астана не без оснований предполагали, что так как для Москвы членство Армении важнее, то можно было бы использовать это обстоятельство, как элемент торга, чтобы получить большие преференции от главного инициатора евразийской интеграции по своим собственным вопросам.
Что касается формально самой острой тематики, нервно воспринимаемой некоторыми политизированными кругами в Армении – вопроса наличия таможенных границ между Арменией и Нагорным Карабахом, то ситуация искусственно нагнеталась прессой и политическими силами. При этом с самого начала всем было очевидно, что решение будет найдено по форме «де-факто – де-юре», с сохранением максимальной неопределенности в официальных документах по присоединению Армении к ЕАЭС. Нагорный Карабах не является территорией Республики Армения, и последняя может войти в ЕЭАС (как впрочем, и во все остальные международные структуры и организации, начиная с марта 1992 г., когда страна стала членом ООН) только в своих международно-признанных границах. С другой стороны, очевидно, что Армения и Нагорный Карабах, как были, так и продолжат оставаться едиными политическим, экономическим, военно-стратегическим и гуманитарным пространством, вне зависимости от формата участия Армении в любого рода политических или экономических проектах по международной интеграции. Иной формат участия Армении в ЕАЭС, который бы не обеспечивал подобных условий для Нагорного Карабаха, был бы неприемлемым и лишал смысла само членство Армении в этом союзе. В конце концов, решение официального Еревана о членстве в ЕАЭС было во многом продиктовано именно фактором Карабаха и стремлением армянского руководства создать для него лучшие условия в сфере безопасности и экономического развития.
Однако тема таможенной границы между Арменией и Нагорным Карабахом в армянском внутриполитическом поле, естественно, активно обсуждалась вплоть до начала октября 2014 г. При этом аргументы сторонников и противников членства Армении в ЕАЭС в этом вопросе с точностью до наоборот напоминали аналогичную дискуссию почти год назад (до принятого решения от 3 сентября 2013 г.), когда противники подписания Ереваном Соглашения об ассоциации с ЕС с пеной у рта говорили, что это соглашение якобы создаст непреодолимые преграды между Арменией и Нагорным Карабахом в политической, экономической и иных сферах, т.к. ассоциированные соглашение с ЕС предусматривалось исключительно в рамках границ Республики Армения.
Несмотря на наличие подводных камней, меняющиеся приоритеты участия, внутриобщественное восприятие, и наконец – украинский кризис, кардинально поменявший все приоритеты формирования и формат функционирования ЕАЭС, который к осени 2014 г. видимо уже существенно отличался от того, каким его надеялись видеть некоторые ключевые инициаторы этого проекта, процесс присоединения Армении постепенно продвигался вперед. В сентябре 2014 г. полный текст Договора о присоединении Армении к ЕАЭС, включая многочисленные приложения, был уже готов и представлен. Значительную часть документа составил список из почти 1000 наименований товаров (т.н. «изъятий»), по которым Армения получала право на определенный период льготного таможенного регулирования, по ставкам, существенно низким чем предполагалось в рамках всего ЕАЭС.
Однако эта часть договора является чуть ли не самой основной, ибо с учетом особого географического и коммуникационного положения Армении (не имеющей единой сухопутной границы ни с одним из участников ЕАЭС) невозможно экономически оправданное членство страны в ЕАЭС без льготного режима таможенного регулирования. Армения является членом ВТО и имеет чрезвычайно импортоориентированную и либеральную экономику, в отличие от всех остальных членов ЕАЭС, где даже Беларусь является крупным «квазиэкспортером» энергоресурсов. Таможенные пошлины в Армении существенно ниже, чем в остальных членах ЕАЭС, и единый подход в этом вопросе просто привел бы к существенному росту цен на импортируемые товары и социальному взрыву. Согласно документу и приложения, для Армении предусматривается льготный режим по большинству товаров в среднем на 4-х или 5-тилетний режим.
Естественно, анализировать почти 160 страничный текст документа (большую часть которого составляют приложения) без специальных профессиональных знаний сложно или почти невозможно. В любом случае, после подписания 10 октября 2014 г. Договора о вступлении Армении в ЕАЭС армянскому правительству необходимо будет подробнее и доступнее представить и разъяснить общественности своей страны все плюсы и минусы этого детального документа. Документа, в котором регулируется даже порядок закупок Арменией вооружения и военной техники для нужд своих вооруженных сил и порядок оформления ввозных пошлин на них. К примеру, согласно статье 44-й Приложения №3 к Договору о присоединении Республики Армения к Договору о Евразийском экономическом союзе от ввозной пошлины в период на 7 лет (2015 - 2022 гг.) освобождаются «товары, являющиеся продукцией военного назначения, ввоз которых осуществляется в период 2015 – 2022 годов в Республику Армения для обеспечения потребностей Вооруженных сил Республики Армения и аналоги которых не производятся на территориях других государств-членов Таможенного Союза».
Похоже, что интрига, связанная с членством Армении в ЕАЗС, и которая являлась одним из главных политических фонов внешней и внутренней политики страны в 2013-2014 гг., заканчивается. Однако возникает новая, еще более важная интрига, связанная с самим форматом будущего функционирования Евразийского Союза. У многих экспертов и политических комментаторов вполне обоснованно возникает интерес к тому, насколько вообще будет жизнеспособен ЕАЭС. Особенно в условиях экономических санкций в отношении России со стороны Запада, геополитических обстоятельств углубляющегося украинского кризиса и новой Холодной войны, экономического бремени процесса интеграции для ее главного инициатора в условиях падения цен на энергоносители, а главное – так и не до конца улаженных внутренних противоречий между его соучредителями.
| Политком.ру

Для украинских политиков настали тяжелые времена, отмечает издание, отсылая читателей к ряду случаев публичных унижений чиновников и депутатов со стороны членов радикальных групп, получивших название Trash bucket challenge ("Испытание ведром с мусором").
Те, кто ответственен за эти акции — часто это члены радикальной группировки "Правый сектор"- заявляют, что публичные унижения такого рода направлены на борьбу с коррупцией и преступностью, оставшихся от старого режима, при этом атакам подвергаются на только депутаты, некогда лояльные Януковичу, отмечает издание. Так, в рамках одной из недавних акций члены "Правого сектора" бросили в мусорный бак доктора из города Теребовля.

Подразумевается, что Trash bucket challenge — своеобразный уличный политический театр, однако подобные "фокусы" радикалов могут выйти из-под контроля и повлечь пугающие последствия вроде публичного линчевания и самосуда, отмечает британское СМИ, в качестве примера приводя случай с избиением народного депутата Нестора Шуфрича, попавшего в результате атаки радикалов в больницу.
Проблемы, лежащие в основе действий радикалов, корнями уходят в прошлую зиму, пишет The Telegraph, тогда в числе целей протестующих на Майдане была борьба с коррупцией, однако после переворота избавиться от нее так и не удалось.

С середины июля цены на нефть на мировых рынках упали почти на 20%. На данный момент баррель Brent стоит чуть больше 92 долларов, что является минимальным уровнем котировок с июня 2012 года. Американский сорт WTI стоит около 89 долларов за баррель, торгуясь на минимумах за полтора года.

Снижение цены на нефть совпало с резким ростом курса доллара ко всем мировым валютам, который произошел на фоне постепенного отказа ФРС США от политики «печатного станка».

Большинство как западных, так и российских экспертов и участников рынка предположение Кудрина не поддерживают, хотя в нефтяных кругах оно активно обсуждается и доказывается. Тем не менее большинство специалистов полагает, что нынешние колебания являются прямым следствием фундаментальных факторов. Это прежде всего избыток предложения на рынке при снижении спроса. Так, Ливия, которая в конце 2012 года по понятным причинам резко сократила добычу (на 1,2 миллиона баррелей в сутки), теперь возвращается на рынок. При этом Саудовская Аравия, которая тогда компенсировала недостающие объемы из Ливии, сокращать свои поставки явно не спешит. Более того, по данным Financial Times, саудиты снизили официальные цены на черное золото для потребителей на 1–2 доллара, что расценивается некоторыми экспертами как нежелание отдавать обратно Ливии ее долю на рынке. Кроме того, наблюдается переизбыток добычи в Ираке и Иране. При этом спрос снижается, в частности, закупки нефти сократил Китай из-за проблем в экономике.

Кроме того, на падение цен на нефть повлияла позиция ОПЕК. На последнем заседании летом решения о сокращении квот на добычу не последовало. А это могло бы нивелировать избыточное предложение и остановить падение цен.

Собственно, теперь все ждут планового заседания ОПЕК, которое пройдет 27 ноября. Все надеются, что ОПЕК примет решение о сокращении квот на добычу, которые не менялись с 2011 года. Поэтому в прогнозах ведущих банков и инвесткомпаний заложены 90–105 долларов за баррель в 2015 году.

«ОПЕК сейчас нечего суетиться и наводить панику. Я считаю, что ОПЕК выбрала позицию наблюдателя. Нет общего понимания, что им пора внепланово собираться, все думают, что это краткосрочная ситуация (падение цен на нефть – прим. ВЗГЛЯД). Опять же – падение зафиксировано только в конце года, а начало года было благоприятным, нефть долго держалась выше 110 долларов. ОПЕК придерживается нормального уровня – 100–110 долларов за баррель. Для них лучше всего стабильность цены на нефть, чтобы знать инвестциклы проектов по добыче нефти, чтобы понимать горизонты на пять–семь лет вперед. Им выгодно, чтобы нефть ежегодно дорожала на инфляционном уровне. Поэтому я уверен, что в ноябре на плановом заседании ОПЕК соберутся и урежут квоту. На этом фоне будет отмечена коррекция цен на нефть вверх», – заявил газете ВЗГЛЯД замгендиректора Фонда национальной энергетической Александр Пасечник.

Однако если ОПЕК не оправдает ожиданий, цены могут пробить вниз отметку в 80–90 долларов за баррель, и это можно будет рассматривать как первое явное доказательство наличия сговора основных игроков рынка с целью ослабления России. Потому что дальнейшее падение цен на нефть не выгодно ни США, ни большинству производителей нефти. Если они по доброй воле идут на это, то это либо сумасшествие, либо цель наказать кого-то. Понятно, что на геополитической арене сейчас «виновником» ряд стран считает Россию.

Таким образом, решение на заседании ОПЕК прольет свет на то, насколько конспирологическая теория, озвученная Кудриным, обоснованна.

Никому не выгодна нефть ниже 90 долларов

Понятно, что для любого производителя нефти чем выше цена на нефть, тем лучше. Однако у каждого имеется своя комфортная цена. «Падение нефтяных среднегодовых цен заденет Россию. Бюджет сверстан в районе 93–94 долларов, если цена будет ниже, то мы ужмемся, затянем пояса. В Саудовской Аравии бюджет верстается почти на таком же уровне – 90–98 долларов за баррель. Кувейт наиболее устойчив к таким конъюнктурным изменениям: бюджет держится при цене на нефть примерно 45 долларов за баррель. У Катара и в ОАЭ планка в 75 долларов за баррель. У Ирана, Ирака и Ливии бездефицитный бюджет будет при уровне гораздо выше 100 долларов за баррель, они и по 110 долларов в бюджеты закладывают. В Венесуэле вообще беда», – говорит Александр Пасечник.

Бюджет США вообще не верстается на основе цен на нефть, Штаты не являются нетто-экспортерами, они покупают нефть. Однако и им невыгодна цена ниже текущей, уверяет Пасечник. «Американская сланцевая революция свернется из-за низких цен на нефть. Для каждой конкретной формации, скважины своя себестоимость добычи. Однако уже сейчас трещат по швам ряд проектов в Штатах, им уже невыгодно развивать добычу сланцевых формаций», – говорит Пасечник, поэтому он верит, что США сами не будут наступать себе на горло только с целью насолить России. «Если сейчас у них будут вставать буровые, они потом будут выбираться из этой ямы не одну пятилетку», – добавляет Пасечник.

Убедить Саудовскую Аравию держать низкие цены на нефть тоже, по его мнению, невозможно. «Саудовская Аравия в политическом плане стабильна, пока есть наполнение бюджета. Если саудиты не хотят новых революций, то им невыгодно падение цен на нефть. Они не безумцы, чтобы идти на сговор с США, чтобы их режим свергли», – объясняет эксперт.

Сейчас не 1973 год

Таким образом, экономисты сомневаются в нефтяном сговоре США и Ближнего Востока. Однако, если такой сговор и существует, это еще не означает резкого и существенного снижения нефтяных цен. Сейчас не 1973 год, когда Саудовская Аравия в открытую говорила, что продаст нефти столько, сколько нужно только тому, кто за нее и против Израиля.

Сейчас использование углеводородов в качестве давления напрямую вряд ли возможно. А главное, чтобы надавить на Россию, резко обваливать нефтяные цены вовсе не обязательно. Достаточно сделать их стабильно невысокими – например, по 90 долларов за баррель, чтобы Россия не смогла получать сверхдоходы. Сочетание невысоких цен на нефть с экономическими санкциями уже оказывает существенное давление на российский бюджет и курс рубля. К слову, в этом году все еще может обойтись благодаря девальвации рубля. Но инфляция и девальвация снижают уровень жизни россиян, а это, в свою очередь, может спровоцировать социальное недовольство.

И чем дольше будут действовать санкции, чем дольше будет длиться газовый конфликт с Украиной, тем – при вроде бы абсолютно «бюджетной» цене на нефть в 90–95 долларов за баррель – сложнее России будет стабилизировать свой бюджет. Придется либо дальше обваливать рубль, либо тратить резервы, либо и то и другое. И подобный сценарий давления на Россию со стороны ее геополитических врагов уже не кажется слишком конспирологическим.

И, кстати, именно этот сценарий, судя по всему, имел в виду Кудрин. Не случайно в пример он привел ноябрь 2008 года. «На короткий срок такое уже делалось. Перед выборами президента США примерно на один год такие договоренности, по нашим данным, были, и цена падала до 92 долларов. Но удержать ее можно в таком виде, наверное, примерно год. Дальше она все-таки может и вырасти», – заявил Кудрин.

Таким образом, цель возможного сговора может быть совсем не в том, чтобы резко и существенно обвалить цены на нефть – а лишь в том, чтобы просто не давать им расти выше 100 долларов за баррель. Этого достаточно для того, чтобы лишить Россию нефтяных сверхдоходов. А значит, и западные санкции окажутся для нашей страны существенно более болезненными.