К тому же «Самум» выполнен по технологии «стелс» и в бою способен кратковременно развивать скорость до 55 узлов (свыше 100 километров час). Тогда его не успевают захватывать головки самонаведения крылатых ракет противника, приспособленных для поражение целей совсем другой резвости. Торпеды против РКПВ бесполезны по той же причине. То есть для врага «Самум» появляется почти ниоткуда и жалит неотвратимо и очень больно. Не случайно он назван в честь сильного и опасного ветра.

Казалось бы, остается лишь порадоваться за командование нашего оперативного корабельного соединения в Средиземном море. Оно получило в свое распоряжение первоклассную ударную силу. Все так, но вопросы все же появляются. Начнем с того, что в боевом составе российского флота всего два ракетных корабля на воздушной подушке – все тот же «Самум» и «Бора». Оба базируются в Севастополе, оба входят в состав 41-й бригады ракетных катеров. Первому кораблю от роду 22 года, второму и того больше – 26 лет. Если они и вправду так хороши против авианосцев 6-го американского флота в Средиземном море – отчего же раньше-то их никогда не посылали в те далекие от Севастополя воды?

И вот тут-то и выясняется, что «Самум» и «Бора» строились вовсе не для несения боевой службы в Средиземное море. Их удел – закрытые морские театры военных действий. Такие, как Черное море, куда их совершенно справедливо и перебазировали с Балтики. Почему? Все дело в автономности плавания. У РКПВ она всего 10 суток. И определяется, главным образом, сравнительно небольшим объемом корабельных запасов. Потому что создавались эти корабли не для нанесения ударов по авианосцам в океане. Их мишени – цели поскромней. Принцип – атаковал и на полном ходу скрылся в базе.

Тогда возникают как минимум два вопроса. Первый: отправлять «Самум» на недельку в круиз по Средиземноморью и громко рапортовать, будто это реальное усиление нашей немногочисленной там эскадры – не сильное ли преувеличение и не лишние ли расходы? И второй: не проще ли было бы отправить в Средиземное море ударный корабль покрупней?

Рациональный ответ на первый вопрос в нынешних условиях может быть только таким: «Самум» покинул Черное море вовсе не на недельку. Но тогда он должен где-то базироваться. При нынешних геополитических раскладах в тех краях базирование возможно лишь в нашем пункте материально-технического обеспечения в сирийском порту Тартус.

Да, там рядом идет кровопролитнейшая и бесконечная гражданская война. Но ведь у тартуского причала практически беспрерывно стоят, сменяя одна другую, плавмастерские (ПМ) Черноморского флота. Конкретно сегодня там несет службу ПМ-56 под командованием капитана 2 ранга запаса Игоря Бакурадзе. В конце августа она сменила в порту ПМ-138, вернувшуюся в Севастополь.

За минувшие месяцы эти безоружные суда при обострении военно-политической обстановки вокруг Тартуса не раз принимали на борт весь немногочисленный российский персонал пункта материально-технического обеспечения и выходили на внешний рейд. Но потом возвращались обратно. Почему бы теперь рядом с ПМ-56 не встать и «Самуму»? Заодно усилив противовоздушную оборону города, что явно нелишне в виду начавшихся авиационных и ракетных ударов американцев по базам боевиков ИГИЛ в Сирии.

Еще проще ответить на вопрос о том, почему малоприспособленный к дальним походам «Самум» лишь на 22 году своей долгой биографии только теперь дебютирует в составе нашей Средиземноморской эскадры? А просто ничего другого нашему Главному штабу ВМФ не остается, чем отправить туда ракетный катамаран. Все дело в главной беде этого корабельного соединения, оказавшегося на переднем крае обострившегося военно-политического противостояния с Западом - в нем хронически не хватает ударных кораблей. А без таковых Средиземноморская эскадра так… Больше символ, чем реальная боевая сила.

Тут уместно мнение самого авторитетного, наверное, эксперта в этой теме бывшего командующего советской 5-й оперативной Средиземноморской эскадрой адмирала Валентина Селиванова. В разговоре со мной адмирал заявил: «Создать серьезное корабельное соединение там нам не из чего. Я уж про эскадру не говорю. Ну, хотя бы малочисленную корабельную ударную группу, способную создать хоть какую-то угрозу авианосцам. Кого в нее включать? На Черноморском флоте – ракетный крейсер «Москва». В охранении какого-нибудь сторожевого корабля или тральщика. Больше некого. Кем менять «Москву», чтобы соединение было постоянным? На Балтике ни одного ударного корабля океанской зоны у нас не осталось. Ну, можно с Севера прислать «Петра Великого», если он не в ремонте. Все».

Как раз «Москва» сейчас в Средиземном море. Более того, именно на ее борту находится штаб тамошнего оперативного объединения. Но «Москву» в те широты просто загоняли. Предыдущую боевую службу корабль завершил в конце минувшего года. Едва успел пройти хоть какой-то межпоходовый ремонт в Севастополе и 6 сентября снова отправился к берегам Сирии. Хотя через несколько месяцев черноморский крейсер должен был уйти на продолжительный ремонт и модернизацию в Северодвинск (правда, на днях появились сведения, что его ремонт состоится на 13-м судоремонтном заводе в Севастополе), на место завершающего эту процедуру своего «систершипа» - ракетного крейсера Северного флота «Маршал Устинов».

Тогда бы эстафету флагмана Средиземноморского соединения мог принять «Устинов». Но ремонт «маршала» затянулся еще на год. И «Москвой» пришлось снова затыкать возникшую в Средиземном море оперативную пустоту. Но вернется крейсер в Севастополь и что тогда?

Та же картина с тяжелым атомным ракетным крейсером «Петр Великий». Конец прошлого года он тоже встретил в Средиземном и теперь нуждается в ремонте.

Есть, правда, еще два ударных корабля, о которых адмирал Селиванов, видимо, впопыхах забыл указать – эсминцы проекта 956 «Настойчивый» (Балтийский флот) и «Адмирал Ушаков» (Северный флот). Главное оружие то же, что и у «Самума» - по восемь противокорабельных «Москитов». В принципе они могли бы помочь в возникшей беде. Но, очевидно, не помогут.

Хотя «Адмирал Ушаков» на ходу, в мае 2014 года в Баренцевом море принял участие в ряде учений. Но, видимо, в океанское плавание пускать его небезопасно. Возможно потому, что последний серьезный ремонт этого эсминца завершился одиннадцать лет назад на северодвинском заводе «Звездочка». А это очень давно.

Похожая история и с «Настойчивым». В сентябре минувшего года он совсем уж было изготовился к походу в Средиземное море, но в последний момент пришел приказ: «Отставить!» И «Настойчивый застыл в Балтийске. По некоторым сведениям, серьезная неисправность возникла в главной энергетической установке эсминца.

Вот на фоне этой безнадеги и возникла, очевидно, идея попробовать в неизведанном прежде деле и РКВП «Самум». А что Главному штабу ВМФ оставалось делать? Тогда РКВП «Бора» приготовиться к походу?

Однако пока этот экстрим будет продолжаться, от вероятного противника мы будем слышать обидные и пренебрежительные речи. Похожие на ту, что некоторое время назад произнес на слушаниях в сенатском комитете по международным делам председатель Объединенного комитета начальников штабов Вооруженных сил США Мартин Демпси. По его словам, российскую эскадру в Средиземном море американцы всерьез не воспринимают. «Мы не рассматриваем их (российские корабли – «СП») как военный фактор», - заверил сенаторов генерал.