Европейцы могут увеличивать поставки своего оружия. Но для полноты нашей жертвы не хватает живых людей, а вот людей в жертву Украине мы не пошлем. Людей нам для наших армий не хватает, и посылать наших солдат на смерть, если только не начнется маловероятная открытая война НАТО с Россией, мы не будем. Это значит, что Россия выйдет из конфликта с расширенной зоной влияния, в частности с новыми союзниками или землями на востоке Украины. Россия достигнет и некоторых из своих военных целей – например, ослабит мертвую хватку НАТО на своих границах.
НАТО, со своей стороны, не будет в особом убытке, если украинский союзник Североатлантического блока на этот раз продует. Потеря украинского союзника – не великое несчастье. Альянс, мозг которого и так умер, если верить Эммануэлю Макрону, и без Украины усилит свое стратегическое влияние в Западной Европе, утверждая себя в качестве защитника государств, испытывающих страх перед российской агрессией. У США появляется отличная "отмазка", чтобы продавать свое оружие странам, граничащим с Россией. Плюс американцы озолотятся на эмбарго, наложенном Евросоюзом на Россию: они теперь могут продавать свою нефть и сланцевый газ Европе.
А мы, европейцы, что мы выиграем от этой заранее проигранной схватки? Наша стратегическая, экономическая и логистическая зависимость от американцев только усилится, а наши торговые и дипломатические отношения с Россией надолго разорваны. В этой связи следует отметить, что введенные санкции не оказали ожидаемого эффекта на российскую экономику. Никакого ожидавшегося "антивоенного протеста по всей России" санкции тоже не вызвали – в этом плане их организаторы не сработали даже на "двойку" или единицу. Более того, санкции привели к тому, что Россия теперь продает часть своей продукции не за доллары, а за рубли, что помогло курсу российской валюты достичь самого высокого уровня за последние пять лет. Санкции наносят ущерб только европейской экономике.
К тому же пересмотр политики газовых поставок в европейские страны приведет лишь к их большей зависимости от нефтяных монархий Персидского залива. Бескомпромиссная в защите своих ценностей от "авторитарной, консервативной и воинственной России", наша дипломатия забывает о правах человека, правах женщин и защите "ЛГБТ+", когда ради изоляции России идет торговаться к некоторым арабским и африканским монархиям, которые на все эти ценности плевали с высокой колокольни. Получается, что Европа открыто усиливает свою зависимость от государств, которые намного более грубо нарушают те самые права человека, чем это делает Россия. Между прочим, следует отметить, что с Россией в связи с ее спецоперацией на соседней Украине Запад был куда суровее, чем с США во время их вторжения в далекий и ничего им не сделавший Ирак в 2003 году.
Если нас не пугает эта наша непоследовательность, то вот вам реальная потеря: Россия может окончательно отвернуться от Европы, что может привести к самым негативным для нас и долговременным геополитическим последствиям. Самая большая наша ошибка – не заметить то неизбежное следствие, что этот затянувшийся кризис надолго подтолкнет Россию к союзу с Китаем. Россия постепенно отрежет себя от Европы и в конечном итоге вольется в гигантское евразийское пространство. Этот процесс, продолжающийся более десяти лет, получит беспрецедентный импульс в связи с нынешним кризисом.

Мы знали о щекотливом положении России. Она разделена не только между двумя континентами, но и между несколькими пространствами цивилизации. Санкт-Петербург и Москва напоминают Европу своей архитектурой, своим искусством, своей культурой, своим образом жизни. Но память о СССР и Российской империи (включая "охранку" и ЧК) напоминают о том, что азиатская составляющая тоже свойственна русской душе. И если Европа будет враждебна, то у России есть опыт геостратегического сопротивления этой самой Европе. Вместо того, чтобы оценить Россию как хоть и очень своеобразное, но все же проявление европейского духа (человеческая личность, скажем, в Китае значит очень мало, намного меньше, чем в России), мы снова и снова забываем, как европейская Россия охраняла Европу от натиска монгольских, а потом и золотоордынских полчищ. Мы предъявляем к России требования, забывая, что ей пришлось пережить, оказавшись под гнетом монголов и присоединившихся к ним тюркоязычных народов.
Отдельная цивилизация, переходное пространство, мост между Европой и Азией, Россия всегда готова балансировать, как это и случалось не раз в прошлом. В своей истории она могла попеременно то объявлять себя важнейшей частью концерта европейских держав, то обиженно смещаться на периферию этого самого концерта или объявлять себя его отрицанием. ("Концерт держав" - введенное российской дипломатией после победы над Наполеоном понятие европейской дипломатии, позволившее хранить относительный мир в Европе в течение 100 лет после образования по русской инициативе Священного Союза в 1815 году – прим. ИноСМИ). А вот Китай по своей натуре – завоеватель. Его стратегия глобальна. Он нацелен не на грубое подчинение, а экономическую экспансию на все новых территориях с целью завоевать рынки сбыта для своей продукции и населения. Азиатская цивилизация всегда будет нуждаться в новых пространствах. Вспомним о монгольском вторжении в Польшу. Неужели европейцы забыли о своих прежних и столь справедливых страхах?
Поэтому наши отношения с Россией должны рассматриваться в долгосрочной перспективе и с учетом сохранения пусть даже хрупкого баланса между основными глобальными геополитическими блоками. Конечно, нельзя забывать о страданиях украинцев и о порой шокирующем поведении российской армии на Украине. Но сейчас речь должна идти прежде всего о том, чтобы задуматься о соотношении сил в Европе после завершения нынешнего — явно не вечного — конфликта.
Пьер Жантийе (Pierre Gentillet)

Ссылка