Вообще удивительно, что вся россионская гуманистическая на­ука с её академиками, профессорами, докторами и «доцентами с кан­дидатами», политологами и социологами, которые часами не сходят с экранов ТВ, анализируя «реальную политику», «Время» и др., за столько лет до сих пор так и не смогли выработать никакой «нацио­нальной идеи».
Неспособны? Значит, гнать их всех надо поганой метлой с насиженных мест и давать в руки кайло, чтобы поняли как люди хлеб зарабатывают. Если не хотят, поскольку выполняют заказ гло­бализаторов: «Отсутствие идеи – тоже идея, которая приводит к раз­рушению общества», тогда тем более их надо разгонять и поступать по закону военного времени «за измену Родине».

Так или иначе, но упорный розыск «национальной идеи», которую Россия якобы потеряла, к успеху не привёл.

Пытаясь «замылить» отсутствие «национальной идеи» и свою неспособность (или нежелание) её разработать, советологи и полито­логи насоветовали руководителям страны в 2006 г. приступить к реа­лизации 4-х «национальных проектов». С точки зрения КОБы с само­го начала было ясно, что все они обречены на крах. Сейчас это стало ясно даже их изобретателям и исполнителям. В КОБе ясно и опреде­лённо сказано:

«Ни одна частная задача в России, а тем более в бывшей Украине, не будет решена без изменения курса её развития с западной несправедливой концепции управления "разделяй, стравливай и властвуй" на свою собственную справедливую кон­цепцию управления "соединяй, созидай и здравствуй"».

Кроме указанных выше возможных причин действует ещё и та­кой фактор: неверно сформулирована сама постановка задачи. Разве можно говорить о «национальной идее» в многонациональной стране, да ещё к тому же и многоконфессиональной? Такая поста­новка задачи работает на разрушение страны, ибо и в сознании, и в подсознании людей неизбежно возникает вопрос: «Идея какой наци­ональности будет определяющей для всех?»

Попытки увильнуть от ответа на этот вопрос рассуждениями о том, что «так принято», что «имеется в виду не национальность, а государство» и т.п., удовлетворения у людей не вызывают. Это ещё один пример того, к чему приводит искажение процесса «явление – образ – слово», о ко­тором шла речь в главе 9.

Это же касается и понятия «национальной безопасности», которое вызывает подобный вопрос: «Какую национальность и кто собирается обезопасить в России, стране многонациональной и многоконфессиональной?»

В состав сегодняшней Российской Федерации входят 21 респуб­лика, 9 краёв, 46 областей, 2 города федерального значения, 6 авто­номных округов и 1 автономная область.
В 1989 г. в СССР было 128 национальностей. Сейчас их в России 158. Доля русских сократилась с 82% в 1989 г. до 80% в настоящее время. Эти данные – официальные на 2007 год.
Поиск «национальной идеи» в современных условиях обречён на провал. В условиях завершающегося на планете Земля процесса гло­бализации речь надо вести о поиске такой Идеи, которая бы опре­деляла систему всех общественных отношений, как между людьми, так и отношений между государствами, которая бы обеспечивала бескризисную безопасную жизнь всех. То есть речь надо вести о фор­мировании новой целостной системы ОБЩЕСТВЕННОЙ безо­пасности для всех стран и народов планеты.

Ведь человечество на планете Земля – это как экипаж подводной лодки. Каждый отсек – это страна и проживающий в ней народ. Все «отсеки» пронизаны «тру­бопроводами» нефти, газа, торговли, связи, электричества, туризма, интернета. В этих условиях отделить свой «отсек» от других «отсе­ков» не удастся, поскольку нарушится взаимосвязь и взаимодействие всех остальных «отсеков», после чего «экипажи» соседних «отсеков» бросятся наводить порядок во взбунтовавшемся соседнем «отсеке».

Однако надо признать, что порядок, установленный на «подвод­ной лодке» «силами Запада», действует не в интересах России и ей народа. «Силам Запада» от России нужны только её обширные тер­ритории да огромные запасы полезных ископаемых.

Ведь в других «отсеках», в частности в Европе, запасов сырья практически не ос­талось. Создана ситуация, которая явно не в пользу России и нашего народа. По замыслу «мирового закулисья» России вообще не должно быть на карте мира.

В условиях «подводной лодки», когда «просто некуда деться», у России только 2 варианта возможных действий:

1. Либо смириться с установленным на «подводной лодке» «ми­ровым порядком» и ждать окончания происходящего процесса свое­го уничтожения.
2. Либо устанавливать свой порядок на «подводной лодке», при котором народ России будет жить достойно и в достатке в мире и согласии с другими народами и странами.

Других вариантов просто нет. Поэтому поиск т.н. «национальной идеи» неизбежно приводит добросовестного и честного исследова­теля к выбору одного из этих двух вариантов, а для патриотов России это означает выбор второго варианта.

Но этот выбор предполагает как разработку этого своего миро­вого порядка, так и методов претворения его в жизнь. Именно это в полной мере и решено в Концепции Общественной Безопасности, ко­торая является теоретической платформой КПЕ.

От «национальной» – к «общественной»

Вся наша жизнедеятельность, типологии источников опасности и угроз, перечень предметов безопасности дают нам возможность раз­личить десятки, сотни видов (сфер, элементов) безопасности. Важ­нейшие из них: политическая, экономическая, социальная, военная, технологическая, экологическая, духовная, религиозная, информаци­онная, социокультурная, государственная, генетическая, продоволь­ственная, медицинская, демографическая, ядерная.
Такая классификация является условной, так как в чистом виде, вне связи с другими явлениями и факторами в природе ничего не бывает. Мы имеем дело с комбинированными источниками опаснос­ти и с многоаспектными проявлениями их взаимодействия.

В соответствии с этой классификацией депутаты Государствен­ной Думы в 1994– 1995 гг. разрабатывали и принимали законы: об эко­логической, информационной, продовольственной, промышленной, пожарной безопасности, а также о защите несовершеннолетних, ин­валидов, пенсионеров, свидетелей, пациентов и т.д. – названия сами говорят за себя.

ОБЩИЕ ВЫВОДЫ:

1. Без всяких теорий и классификаций, очевидно, что в России положение ухудшается, в США и странах Западной Европы положе­ние колеблется около некоего более-менее устойчивого состояния, а в Японии и Китае наблюдается устойчивый рост. В основе такого сравнительного анализа лежит наличие собственных концепций развития у одних стран (США и страны Западной Европы – биб­лейская концепция, Япония и Китай – концепция развития с нацио­нальной окраской) и их отсутствие в других странах – Россия. От­сутствие же собственной концепции приводит к неизбежному подчи­нению чужой концепции и её целям.

2. Отсутствие концепции ОБЩЕСТВЕННОЙ безопасно­сти, единого понимания сути и терминов, методологическо­го подхода к оценке и анализу обстановки в стране и мире лишает Государственную Думу координации с Советом Безопаснос­ти, затрудняет законотворческий процесс. Депутаты в спешном по­рядке 18 октября 1995 года под занавес своей деятельности вынуж­дены были принять Постановление «О доктрине национальной бе­зопасности», в котором предложили Президенту Российской Федера­ции представить проект доктрины национальной безопасности Рос­сии в Федеральное Собрание до 31 декабря 1995 года.

3. До тех пор, пока концепция не будет определена, ника­кие государственные задачи и стоящие перед обществом про­блемы не могут быть решены.

Выбор неизбежен между:

• или живём по прежней (библейской) концепции, в толпо-«элитарном» обществе, неважно в какой упаковке – национальной или интернациональной, и «благополучно» переходим в разряд многочис­ленных колоний Запада;

• или мы принимаем новую концепцию безопасности Рос­сии, в этом случае мы становимся на новый, но устойчивый по предсказуемости курс развития страны, который к тому же обес­печивает наиболее безболезненный выход из сегодняшней ситуации.

В этом случае Россия, как это ни парадоксально для многих, ста­новится устойчивым ориентиром для всего человечества планеты Земля, своеобразным «задающим генератором» всех процессов, про­текающих в обществе.

При этом никаких кредитов, инвестиций и других дополнитель­ных средств не потребуется. Концептуальная власть и владение высшими приоритетами обобщённых средств управления от­кроют такие скрытые пока резервы народа, какие и не снились.

По существу представленной Концепции общественной безопас­ности России участники парламентских слушаний констатировали:

1. Основной причиной нестроения России является кон­цептуальная неопределённость.

2. Концепция общественной безопасности, представленная учёными г. Санкт-Петербурга, как инновационная идея создания об­щественной системы безопасности, известная под названием «Мёрт­вая вода», заслуживает внимания и общественного обсуждения. Темпы реализации данной концепции будут зависеть прежде всего от того, как скоро и насколько глубоко эта идея будет воспринята обще­ством, усвоена общественной и индивидуальной психологией.

3. Произошло изменение соотношения частот биологи­ческой и социальной составляющих изменения информаци­онного состояния общества. Если ранее социальная составляю­щая была меньше биологической, то теперь наоборот: социальная стала больше биологической. Таким образом, сейчас за время жиз­ни одного поколения информационное состояние общества меняет­ся несколько раз.

4. Ни западные, ни отечественные учёные не представили целос­тной позиции для выхода из глобального кризиса. Общепризнанной новой концепции нет, а концепция «Мёртвая вода» не представлена широкой общественности.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ:

1. Рекомендовать Президенту Российской Федерации, Правитель­ству Российской Федерации, Парламенту Российской Федерации, об­щественным объединениям ознакомиться с предложенной концепци­ей общественной безопасности России и начать её гласное обсуж­дение в средствах массовой информации, в аудиториях.

2. Просить Президента Российской Федерации обратиться с пред­ложением к мировому сообществу и ООН о проведении в 1996 г. Международного Конгресса по вопросам общественной безо­пасности Планеты.

3. Предложить депутатам Государственной Думы принять поста­новление о создании специальной экспертной комиссии из представи­телей всех комитетов Государственной Думы по оценке «Концепции общественной безопасности России» и разработке закона «О нацио­нальной безопасности».

4. Рекомендовать Федеральному Собранию выступить с совме­стным заявлением двух палат о запрещении пропаганды агрессии и насилия в СМИ. Принять постановление о переаттестации журнали­стских кадров и технического персонала СМИ на предмет оценки их прошлой деятельности, знания социальной психологии, умения в жур­налистском творчестве не разрушать, а созидать, руководствовать­ся высшими интересами информационной безопасности государства общества и человека.

5. В Комитете по безопасности Государственной Думы целесо­образно иметь соответствующую подструктуру, функции которой бу­дут отличаться от Комитета по информационной политике.

6. Новому составу Государственной Думы рекомендовать прове­дение парламентских слушаний по «Концепции ОБЩЕСТВЕН­НОЙ безопасности» в самом начале своей деятельности с учётом замечаний и предложений, поступивших на парламентских слушани­ях, а также из министерств и ведомств субъектов Федерации, депу­татов и отдельных граждан.

Заместитель председателя
комитета Государственной Думы по безопасности
Н.В. Кривельская

Русская идея: Люди, станьте человеками!

«Национальна идея» – это слишком мелко

Российское общество, с трудом преодолевающее кризис во всех сферах своей жизнедеятельности, по-прежнему продолжает искать так называемую «национальную идею». Но для Русской МНО­ГОНАЦИОНАЛЬНОЙ цивилизации «национальная идея» – слиш­ком мелко, поскольку в самом подходе просматривается попытка опустить вопрос с глобального цивилизационного уровня рассмотре­ния и разрешения проблем на уровень национально-обособленческий, неизбежно подчинённый «мировому закулисью». С этой целью в оби­ход «русскоязычных» введено новое слово – «россиянин». Соот­ветственно этому «этнониму» Россию надо называть «Россияния», «Россиония» или «Россия-не-я».

Понятие «русский» соответствует более высокому уровню, не­жели национально-обособленческий уровень. Это – уровень многона­ционально-цивилизационный. Поэтому по-русски естественно звучат и не вызывают отторжения такие словосочетания, как «русский грузин», «русский татарин», «русский немец» или «русский еврей». Это проис­ходит потому, что несложно представить образ русского немца, рус­ского грузина или русского еврея, но чрезвычайно трудно представить образ «еврейского русского» или «грузинского русского».

Поэтому и такие словосочетания, как «еврейский русский» или «чеченский рус­ский» представляются нормальным людям бессмыслицами, либо на­водят на мысли о рабовладении или притязаниях на рабовладение в отношении русских.

Подробно о том, кто такие русские, подробно рас­сказано в приложении «Тайны национального вопроса».

СУТЬ РУССКОЙ ИДЕИ

Из полной функции (ПФУ) управления и соответственно из пяти видов власти, о которых шла речь в главе 12, следует, что без идео­логии ни одно общество жить и развиваться не может, вне зависимо­сти от того, что об этом думают и пишут разные «деидеологизато-ры». Поэтому вопрос о существе Русской Идеи по-прежнему остаёт­ся открытым.

В ельцинской конституции в статье 13 утверждается «идеологи­ческое многообразие», говориться о том, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной и обя­зательной», признаётся «политическое многообразие и многопар­тийность».

С точки зрения основ ДОТУ всё это есть ни что иное, как подчинение России чуждой и враждебной ей концептуальной власти «мирового закулисья», которая своим глобальным признаком управ­ления сделала принцип «разделяй, стравливай и властвуй».

С этой же точки зрения сама постановка задачи по поиску «национальной идеи» для России противоречит положениям статьи 13 конституции РФ. Ведь «национальная идея», как её ни крути, всё равно окажется какой-то «идеологией». Вот до какого абсурда могут дойти «государственные деятели», страдающие калейдоскопическим идиотизмом. К такому же абсурду относится формирование «партии власти» и «партийного правительства».

Так в чём суть Русской Идеи – идеи не национально-обособ­ленческой, а идеи многонационального государства-цивилизации?

Её суть (как это не покажется многим странным) остаётся неиз­менной на протяжении веков. Одна из последних общеизвестных её формулировок:
«Баранкин, будь человеком!» – была дана в советс­кие времена в детском мультфильме. В нём образцово-показатель­ная девочка-отличница примерного поведения постоянно обращалась к школьнику-лодырю Баранкину с предложением: «Баранкин, будь человеком!» Но Баранкин с приятелем отлынивали от учёбы и от общественной работы в школе, а в поисках лёгкой беззаботной жизни превращались то в бабочек, то в воробьев, то в муравьев, но в конце концов, под давлением обстоятельств, угрожавших их существова­нию, хором возжелали: «Я хочу навеки стать человеком!».

2500 лет назад Диоген ходил днём с фонарём по улицам Синопа Когда его спрашивали о том, для чего он ходит днём с фонарём, то он отвечал: «Ищу человека!». Так 2500 лет спустя в наше время про­изошла своеобразная перекличка древнегреческого философа с со­циальным заказом Советским детям на идею, которая смогла бы стать движущей силой развития Русской многонациональной регио­нальной цивилизации после того, как Советские дети, воспитанные на этом мультфильме, станут взрослыми. Советские дети выросли, ста­ли взрослыми и выполнили поставленную перед ними задачу. Сегод­ня в предельно кратком виде всего в трёх словах можно сформулиро­вать Русскую Идею: «Люди, будьте человеками!»
Антон Карамазов
Центральное информационное агентство Новороссии
Novorus.info

Если обобщить большинство западных откликов, то бросаются в глаза поспешные и легковесные оценки. Что касается содержания речи, то главный акцент делается на «беспрецедентном антиамериканизме», а если говорить о тональности, то на «ядовитом сарказме» ряда высказываний российского президента (New York Times, Washington Times). Мол, корень всех мировых бед – Соединенные Штаты, а Россия – «жертва американского вероломства». Некоторые западные комментаторы усматривают в выступлении В.Путина даже «скрытые угрозы» переписать правила в одностороннем порядке и «разжечь нестабильность», если Запад не начнёт играть по новым устраивающим Россию правилам (Financial Times, 27.10.2014, Putin makes west an offer wrapped up in a warning). Высказывается и оценка, что в выступлении не было ничего нового: «Путин поёт старую песню». (New York Times)
То есть в ответ на российский, пусть и предельно резкий, анализ развития международных отношений после окончания холодной войны западные партнёры не представили широкого видения картины современного мира со всеми его несовершенствами. Вместо развёрнутого обоснования политики Запада по острым вопросам мироустройства в постконфронтационный период, поднятым в выступлении, оппоненты российского президента пошли по пути реагирования на отдельные частности, вырывая их подчас из общего контекста. Скорее на следствия конфликтных ситуаций, чем на их глубинные причины.
Украинский кризис, арабские революции и распад государственности в регионе, столкновения вокруг моделей национального развития, всплеск международного терроризма, амбиции НАТО за пределами зоны ответственности этой организации, сокращение ядерных вооружений и проблемы глобальной безопасности – всё это лишь отдельные части большой геополитической мозаики. Собрать ее в новую картину справедливого демократического мироустройства – таков был призыв, прозвучавший на Валдайском клубе. Как следует из текста выступления, сочинские сигналы несут в себе немалый позитивный заряд. К сожалению, конструктивизм путинского послания на Западе остался или оставлен без должного внимания.
Всё зависит от того, кто и как читает и что хочет увидеть в тексте. В этом смысле при наличии политической воли, реализма и чувства исторической ответственности выступление дает много пищи для серьёзных размышлений. Государственные деятели США и Евросоюза могли бы заметить в словах президента России желание подвести черту под чередой конфликтных ситуаций последних двух десятилетий. Что же осталось недочитанным и недопонятым? Именно на этих вопросах необходимо остановиться особо.
Первый посыл В.Путина состоит в том, что холодная война не завершилась заключением мира и прозрачными договорённостями о соблюдении имеющихся или создании новых правил и стандартов. Тем самым ясно дано понять, что Россия не цепляется за нормы международного права, если они устарели, и готова  реформировать систему международных отношений вместе со своими западными партнёрами, то есть на коллективной основе. Этот общий тезис получил дальнейшее развитие в призыве к созданию «внятной системы взаимных обязательств и договорённостей», к выстраиванию «механизма разрешения кризисных ситуаций». Что здесь имеется в виду? Какие кризисные ситуации? Ответ на эти вопросы также даётся, причём довольно прозрачно.
Революционные вызовы современности стали, по оценке Путина, тем самым полем, где прошли линии размежевания между Россией и Западом. Говоря о «цветных революциях» в контексте внешнего вмешательства, президент России в то же время продемонстрировал открытость для поиска общих решений и ответов на последствия социально-политических катаклизмов 21 века. Иначе как расценить слова о необходимости «чётко определить, где пределы односторонних действий и где возникает потребность в многосторонних механизмах»? Более того, президент видит, что существует дилемма между действиями международного сообщества в сфере безопасности и принципом национального суверенитета и невмешательства во внутренние дела.
Все эти вопросы, в том числе содержание суверенитета, де-факто давно вышли на уровень глобальной проблематики. В каких случаях внутренние дела перестают быть внутренними? Являются ли критерием этого подавление гражданских свобод, применение силы в ходе внутренних конфликтов, нарушения прав человека и международного гуманитарного права? Что  приоритетней – силовое принуждение к демократии или эволюционное развитие в условиях стабильности? Признавая всю сложность дискуссии на эту тему, В.Путин подчёркивает важность согласования «чётких условий, при которых вмешательство является необходимым и законным». Отсутствие таких условий, по мнению российского президента, гораздо опасней для мировой стабильности. Принцип суверенитета должен сохраняться, но его содержание может стать предметом коллективного обсуждения в мире, где нет «конца истории», но её «правильная сторона» пока не найдена. При непредвзятом прочтении заявления российского президента в его словах можно услышать призыв начать договариваться и увидеть контуры возможных компромиссов. Иными словами, вместо  споров о частностях предлагается искать «новый глобальный консенсус ответственных сил». Россия не требует для себя исключительной роли. Речь идёт о соблюдении её законных национальных интересов – общепризнанной категории, которой так любят оперировать сами Соединённые Штаты.
Вопрос о том, с чего и как начинать движение к этой цели, остался за скобками выступления. И это вполне объяснимо. Из-за столкновений вокруг Украины Россия и Запад, пока еще сохраняющие тонкую переговорную нить, приблизились к потере взаимного доверия и обречённости на неуспех. Вместе с тем они воздерживаются от игры на дальнейшее обострение, придерживаясь своих интерпретаций договорённостей, достигнутых в Женеве и Минске.
Киев, со своей стороны, продолжает разжигать антироссийские настроения на Западе, видя в этом свой дипломатический ресурс и способ политического выживания. Понадобится, видимо, немало времени, чтобы в Америке и Европе объективно оценили истоки конфликта и пришли к осознанию того, что урегулирование украинского кризиса на долговременной основе невозможно без России и тем более в ущерб её жизненным экономическим интересам, за счёт её национальной безопасности. Такова объективная реальность. С другой стороны, Россия совместно с Западом могла бы  способствовать не только умиротворению ситуации, но и построению на Украине подлинно демократического, не враждебного ей государства с самодостаточной экономикой и на новой конституционной основе.
Поэтому в сложившейся ситуации было бы преждевременно говорить о формате глобальных договорённостей, которые подвели бы черту под нынешней конфронтацией. Для начала важно, не зацикливаясь на украинском кризисе, двигаться к восстановлению доверия на тех внешнеполитических направлениях, где позиции России, США и Европы  близки или совпадают. Судя по тому, как проходят последние российско-американские встречи  на уровне министров иностранных дел, такое понимание начинает складываться. Несмотря на расхождения по Украине, у России и США по-прежнему имеются инструменты и неиспользованный потенциал взаимодействия по Ближнему Востоку, иранскому «ядерному досье», проблеме международного терроризма. Обе страны объявили о повороте к Азии, где также возможна координация шагов в вопросах региональной безопасности, особенно после ухода США из Афганистана. Всего этого уже немало для продолжения совместной работы.
Объявление о создании средневекового «исламского халифата» в центре арабского мира расценивается в Москве и Вашингтоне как общая угроза. Получивший идеологическое обоснование терроризм ускоренно распространяется на другие регионы – Африку, Юго-Восточную Азию. Чтобы остановить эту экспансию, необходимо избегать прежних ошибок, допущенных американцами в ходе арабских революций. Сегодня это открыто признают не только на Ближнем Востоке, но и в самих Соединённых Штатах, причём  как реалисты, так и интервенционисты. В дискуссиях на стратегическом форуме в Абу-Даби (19-20 октября 2014 г.), в которых автору довелось принимать участие, звучала критика политики США в связи с поспешностью их действий по продвижению демократии в регионе в ущерб безопасности и экономической стабильности, а также по поводу двойных стандартов поведения. Американские политологи все чаще отмечают необходимость выработки более «практичной» политики, которая учитывала бы новые региональные реалии. В этом смысле показательны оценки известного политолога Ф.Фукуямы и бывшего посла США в Афганистане К.Эйкенберри. Они пишут в газете «Файнэншл таймс», что «Соединённые Штаты не имеют инструментов, способных обеспечить политическое урегулирование, которое установило бы настоящую демократию в Сирии или хорошую систему правления в Ираке. Они могут только надеяться, что вооружённая междоусобица не продлится так долго, как 30-летняя война между протестантами и католиками в Европе 17 века» ( Financial Times, 24 Sept, 2014, Comment, Friendless Obama…..).
С учётом новых террористических вызовов структурирование российско-американского диалога по ситуации в Сирии и Ираке, где в подходах обеих стран имеется много общего, помогло бы найти правильную тактику в противодействии угрозам со стороны исламистов из ИГИЛ. Россия и США согласны в том, что у сирийского конфликта не может быть военного решения, что его продолжение чревато распространением межконфессиональной гражданской войны на соседние государства и разрастанием гуманитарного кризиса домасштабов катастрофы. Главный пункт разногласий  - роль президента Б. Асада в переходном процессе: должен ли он уйти, как того требуют США и вооружённая сирийская оппозиция, или этот вопрос следует решать самим сирийцам.  Именно этот пункт  стал камнем преткновения на переговорах при международном посредничестве «Женева-2».
Образование «исламского государства» должно внести новые элементы в антитеррористическую стратегию. Созданная Вашингтоном коалиция исходит из возможности ведения военных действий одновременно на два фронта – против ИГИЛ и против сирийского правительства. Роль ударной силы «на земле» в Сирии отводится курдским отрядам «пешмерга» и разрозненным подразделениям оппозиции, которая будет усилена при помощи военных инструкторов и поставок вооружений. Такая тактика вряд ли принесёт успех и может лишь сыграть на руку исламистам, давая им свободу политического маневрирования ввиду неоднородности сирийской оппозиции и сохраняющегося соперничества в борьбе за влияние на неё между Саудовской Аравией, ОАЭ, Катаром и Турцией.
В этих условиях Россия и США, действуя скоординировано, если не совместно, то на параллельных треках, могли бы работать на ближневосточном поле по трём ключевым направлениям, где имеется больше совпадений, чем разногласий.
Первое – возобновление переговорного процесса во внутрисирийском формате. Здесь есть шансы на продвижение вперёд, если российская сторона уже в новой обстановке сможет убедить Дамаск не относить всю сирийскую оппозицию к категории террористов, а американская – добиться согласия от оппозиции не связывать начало переговоров о переходном периоде с отставкой Б.Асада. В этом случае вопрос о том, что вначале – борьба с терроризмом или договорённости по параметрам переходного периода, может быть решён на компромиссной основе.
Второе – нормализация отношений между Саудовской Аравией, Турцией и Ираном – крупными   региональными игроками, чья борьба за сферы влияния и конфессиональная рознь способствовали разрастанию конфликта после революционных взрывов на Арабском Востоке. Россия вместе с США конструктивно участвует в многосторонних переговорах по урегулированию иранской ядерной проблемы и одновременно предпринимает шаги к сближению с Саудовской Аравией. Успех этих общих усилий позволит смягчить напряжённость в регионе Персидского залива, заложить основу для формирования там новой архитектуры региональной безопасности.
Третье – скоординированные действия на палестино–израильском треке, где ситуация периодически накаляется с угрозой перерастания в «третью интифаду».
Взаимодействие или хотя бы параллельные шаги на этих направлениях способствовали бы восстановлению утраченного доверия, что в свою очередь создаст почву для начала диалога по глобальной проблематике, в том числе о будущем украинской государственности.
| РСМД

По его словам, злоупотребление алкоголем среди военнослужащих квалифицируется как дисциплинарный проступок и является правонарушением.

«По каждому случаю проводятся служебные расследования, которые влекут за собой как дисциплинарную, так и административную ответственность, лишаются премиальных выплат», — добавил он.

«Если это солдат-сержант, речь идет о суммах от полутора до двух тысяч гривен. А если офицерский состав — до трех тысяч гривен лишения премирования», — отметил полковник Покотило.

По данным управления, спиртное попадает в руки военнослужащих из-за свободной продажи спиртных напитков в торговых сетях, посредством неконтролируемой продажи алкоголя через частных лиц с доставкой в место расположения подразделений. «И даже есть данные о распространении спецслужбами соседнего государства спиртных напитков с добавлением вредных веществ», — добавил Покотило.

По его словам, ведомство направило письма в местные органы власти, государственные администрации Донецкой и Луганской «об ограничении продажи спиртных напитков на территории АТО для военнослужащих».